2018: Северный ветер. Том 3 (СИ)

— Быстро вы, госпожа.
— Могли бы и подольше церемонию провести.
Хозяева священной рощи — старшие жрецы Крольма и Лонара — грустно вздохнули. Оба были в годах — седые, бородатые и похожие, как братья. А, может, таковыми и являлись — у жрецов Крольма и Лонара такое частенько бывало.
Торопливость Эрин они явно не одобряли, но особо возмущаться желанием не горели — попробуй что скажи поперёк слова целого апостола Смерти!
— Уважаемые, побойтесь меня, Эмрис и прочих богов! — рассмеялась девушка. — Там уже эль выдыхается, и еда стынет — ну какие, в бездну, долгие церемонии, а? Идёмте лучше отмечать!
Отмечали по местным меркам практически в тесном домашнем кругу — гостей и двух сотен не набралось. Командиры наёмников Ханвальда, имперские командиры, несколько людей в зелёном, дружинницы принцессы на правах подружки невесты, сама принцесса, Эрин и многочисленные представители гефарских кланов. К их чести — именно они застолье и организовали, решив всё-таки тряхнуть мошной. Ну и заодно хотя бы немного подлизаться к новому риксу.
Правда попытки и саму свадьбу превратить в чинное и соответствующее всем традициям действо провалились сразу.
За столом верховодила Гаста — её объёмы потребления еды и эля ввергли даже местных орков в священный трепет, а ещё девушка, как выяснилось, знала огромное множество северных песен. И попробуй не подпой или не выпей вместе со здоровенной орчанкой, когда она нависает над тобой с сакраментальным вопросом «кошелёк или…» То есть — «ты меня уважаешь?».
Впрочем, старейшин больше очаровала Афина — вела себя она сдержано, благородно и крайне благопристойно. Учитывая её чистейший уор, манеру одеваться на северный лад и происхождение по матери из Альдерамана, принцессу приняли как свою — уж слишком она отличалась от привычного гефарцам образа южан-имперцев.
Ну, а роль тамады на себя взяла Эрин, которая наконец-то получила возможность всласть повеселиться. При этом она уже несколько раз обошла всех клановых представителей в зале, собирая жениху и невесте на исподнее, рубахи, сапоги, утренний опохмел, полдник, корм лошадям, новый ковёр в спальне и вообще на всё, что ей только взбредало в голову.
Старейшины кряхтели, ворчали, но апостолу Смерти отказать не решались.
Кто-то это уже прозвал чёрной данью, потому как кошели гефарцев худели буквально на глазах, а Эрин обещала ещё не раз пойти в люди за подношениями.
Затем пришёл черед уже официальных даров.
Местные особой фантазии не проявили — золото, драгоценная утварь и посуда, украшения и прочие ценности немалой стоимости. Новоиспечённые владетели Гефары на это смотрели благожелательно, но в целом равнодушно — после несметных богатств инвириди это совершенно не впечатляло.
Последними дары преподносили самые важные гости.
С места поднялся капитан Силаев — куратор северной кампании от ВС РФ.
— Буду краток, — сказал федерал. — Мы не слишком сильны в местных традициях и положенных дарах… Да и какие дары будут при себе у посланных на войну солдат. Но прознали мы, рикс Ханвальд, что желал ты нечто такое, что только у нас и можно достать…
Ханвальд радостно присвистнул.
Один из федералов достал загодя подготовленный рюкзак, откуда вытащил свёрток пиксельной камуфляжной материи.
— Чем богаты, — дипломатично развёл руками капитан. — Зато пошьёшь себе такой плащ, которого ни у кого больше не будет.
Гефарцы зашептались. Ткань и правда была невиданная — не шёлк, конечно… Но какой рисунок! Какой цвет! Такого и правда больше ни у кого не было… Кроме как у инвириди. Ясно как день, что это не просто дар, но ещё и символ расположения людей в зелёном к новому риксу.
— Я тоже не так уж и богата, — сказала Афина, тоже поднимаясь с места. — Моё богатство — это меч, доспех да верная дружина. Но мечи — ломаются, доспехи — становятся тесны, а золото тратится на всякую ерунду. Одно лишь остаётся крепче стали — настоящая дружба. Гонория — моя подруга. Она была одной из первых, что пошла ко мне в дружину — мы немало прошли вместе.
Принцесса сняла с плеч алый плащ, сложила его и протянула Флавес.
 
— И это — знак того, что наша дружба продолжится и впредь, — объявила Афина и улыбнулась. — Подаришь потом моему крестнику. Всегда буду рада видеть тебя, дорогая Гонория, у себя в имении. Да и твоим детям всегда найдётся место в моей дружине — даже и дочерям. Мечей хватит на всех.
Гефарцы снова начали шептаться.
То, что плащ имперской принцессы сам по себе шикарный дар — это понятно. Но и остальные намёки без внимания не остались: случись чего — крестница или крестник сразу побежит к имперской принцессе, которая не пожалеет меча, которым молодой Ширван заберёт своё.
— Ну, а теперь моя очередь, — объявила Эрин.
Апостол куда-то ненадолго отлучалась, а теперь вернулась с небольшой плетённой корзинкой, накрытой большим клетчатым платком.
— Я долго думала над достойным даром, — сказала апостол. — И правда — что подарить храброму воину и вождю? Золото? Золото воинам не дарят — воины берут золото, когда захотят. Сами! Да и не торговец я, и не трус, чтобы золотом откупаться.
Часть гефарцев заворчала — те, кто как раз всякую золотую утварь и дарили. Но и сами при этом признавали — чёрная жрица права. Настоящий северянин может быть и без гроша в кармане: если ему понадобится золото — пойдёт и возьмёт. Это — в традициях Севера.
— Тогда, быть может, оружие? Оружие воину подарить почетно. Но я-то не воин, — Эрин широко улыбнулась. — Я — всего лишь скромная жрица моей милостивой тёмной Госпожи. Что я могу понимать в холодной стали? Так что не по разуму мне выбрать хорошее оружие, и не смею я оскорбить вождя плохим.
Сильное утверждение для той, что была одной из самых могучих бойцов во всём мире. Но — скромность требует сказать так и никак иначе.
— И тогда я подумала… что как-то слишком много думаю, — вздохнула апостол.
Гости дружно рассмеялись.
— Ну, в самом-то деле — важному человеку что ни подари, всё скрытый смысл увидят. Просто так что-то дарят только детям, да и то… Мать дарит дочери прялку — чтобы помощница росла. Отец дарит сыну топор — чтобы и в хозяйстве помогал, и в бою без дела не стоял. А я решила, что подарю своему будущему крестнику или крестнице друга просто потому что уже заранее люблю его.
Апостол жестом фокусницы стянула платок с корзинки и продемонстрировала всем маленького рыженького котёнка, с бело-сине-красным бантиком на шее.
Имперцы с таким уже были знакомы, так что ценность подарка поняли сразу — котят на Востоке раздавали в виде особой милости для самых приближённых. Одновременно знак признания как принцессы Афины, так и людей в зелёном.
— Детёныш парда, — сказал кто-то из гефарцев, поняв всё по-своему. — Хорошо, что у нас рикс не из бедных, чтобы прокормить его, когда он вырастет с коня размером…
— Этот с коня размером не вырастет, — уверенно заявила Эрин. — Держать больших пардов — это вчерашний день. Господа! Будущее уже здесь. И я имею честь презентовать вам редчайшего в мире зверька. Встречайте! Это — котёнок.
  
Глава 16
 
В Гефаре ещё был в ходу такой дикий обычай, как присутствие свидетелей в первую брачную ночь. Обычно это был кто-то из родичей молодожёнов, а за отсутствием у Ханвальда и Гонории таковых в шаговой доступности, соблюсти традицию вызвались некоторые из клановых представителей.
Однако новоиспечённые король и королева, которые в этом плане были воспитаны скорее в достаточно строгих имперских традициях, выразили своё решительное фу. Эрин туманно намекнула, что подобное есть происки зла, от которых согласно другим традициям должны защищать те, кого в российской традиции назвали бы свидетелями на свадьбе. И убежала по каким-то своим делам.
 
Но Хелен и Мергьорн намёк поняли вполне прозрачно, поэтому немедленно вооружились и встали на страже. Старейшины покосились на саблю северянки, на секиру Мергьорна, но устрашились скорее не оружия в его руке, а отборно алкогольно-чесночного перегара, потому как варвар изволил закусывать эль чесночными колбасками.