Потерянная богиня (СИ)

Я сглотнула.
— Ну вот, — важно кивнул Дани, — видишь, ты и так все прекрасно поняла, что бывает при неумелом использовании магии, когда рядом нет учителя. Особенно такого, как я, — он довольно улыбнулся, показав острые белоснежные зубки. — Но тебе повезло. Поэтому расслабься и не комлексуй. А за последствия не волнуйся.
— Ладно, можешь меня не успокаивать, я просто от неожиданности немного опешила. Давай еще потренируемся. Подсобишь?
— А как же!
Как и следовало ожидать, дальнейшие тренировки ни к чему не привели. Однако радужное настроение Дани уже ничто не могло испортить. Поверив однажды в грядущий успех, он, видимо, решил держаться до конца. Я могла ему только позавидовать, поскольку его оптимизма не разделяла. Одна из всей команды. Почему-то все остальные твердо верили не только в то, что у меня все получится, но и, кажется, что спасение их мира целиком и полностью зависит от меня. Такая одержимость моих ребят этой идеей вызывала у меня недоумение, поскольку было совершенно очевидно, что именно я была как раз абсолютно бесполезным членом команды. Я даже высказала это всем, но их реакция меня ошеломила: Эльстан только непонимающе пожал плечами, Дани расхохотался, Корд неопределенно хрюкнул, а Витольд, как всегда, загадочно улыбнулся. А когда я попросила его, как самого адекватного, объяснить мне причину всеобщего заговора, поскольку они-то все друг друга понимали очень хорошо — он только задумчиво проговорил:
— Судьба бывает так непредсказуема, что иногда с ней лучше не спорить.
Больше ничего мне от них добиться не удалось. Я махнула рукой и приступила к упражнениям.
Правда, на долго меня не хватило. Может, я действительно никчемная ученица, но на свои неудачи я реагировала однозначно — меня это жутко бесило. Я чувствовала, что начинаю ненавидеть всех — про Гаронда с Этаной я уже говорила, а теперь к ним еще присоединились все остальные — и Дани, и Эльстан, даже ведьмаку с Кордом доставалось, хотя, признаюсь, абсолютно незаслуженно. К счастью, мои ребята все прекрасно понимали и не обижались на мои приступы бешенства, огромное им спасибо за терпение, поскольку приходилось им со мной несладко. А тут еще Зверь…
Это глупое животное, видимо, совсем ополоумев от насыщенной опасностями дороги, на привале устроило мне настоящий концерт. Сначала он принялся совать свою морду мне в лицо, корча непостижимые для лошадиной мимики рожи, тараща глаза, и стараясь заглянуть в мои. Причем, он не просто заглядывал, а таращился с каким-то совершенно диким выражением. Это было в тот момент, когда я после долгих усилий начала пытаться сконцентрировать ментальную энергию. Конечно же, я на него прикрикнула и хлопнула по морде, но это не помогло. Он все также пялился, даже фыркать начал, словно за что-то злясь на меня. Но когда я его все-таки оттолкнула, он заржал и кинулся к дереву, стукнувшись об него лбом. Я не на шутку испугалась за своего скакуна, бросилась к нему, но он тут же замахнулся и ударился с новой силой. Чтобы его оттащить его от этого орудия самоубийства, мне понадобилась помощь моих ребят.
Немного успокоившись, он улегся на траву. Я принялась хлопотать над ним, позвякивая зельями ведьмака, мазала Зверю разбитую морду, гладила его по холке, приговаривала ласковые слова, а он только тоскливо вздыхал и грустно смотрел на меня укоряющим, почти человеческим взглядом. Мне было жалко его до боли — как бы то ни было, я очень к нему привязалась и любила его со всеми его придурями. Я почувствовала, как к горлу подступает ком, а на глаза наворачиваются слезы.
— Зверь, тварь такая, глупое животное, если ты тут умрешь, я… — у меня перехватило дыхание. Я обняла своего коня за шею и зажмурилась.
— Джен, не плачь, — услышала я совсем рядом голос Эльстана. — С ним все будет в порядке. Он просто…
— Слушайте, а, может, это на него так эта ваша «ментальная энергия» действует? — высказал предположение Витольд. — Вы же сами говорили, мозг животного примитивней человеческого, вот его и зацепило…
 
— Ага, щас прям! — возмутился Дани. — А я — дурак совсем, никаких щитов не ставлю и вообще, про технику безопасности не слышал никогда! Почему тогда другие лошади никаких плясок не устраивают?
— Другие… — пожал плечами ведьмак, — может, они просто не такие чувствительные? Тем более, он из другого мира…
— Он — лошадь, — отрезал Дани. — А из какого мира, значения не имеет.
Зверь обиженно заржал. Дани повернулся к нему.
— Да, не имеет, — повторил он Зверю «лично». — Хоть откуда, но устроен он как лошадь, значит, он — лошадь.
— Он не лошадь, а конь, — заступился за моего скакуна Эльстан.
Дани закатил глаза.
— Да какая разница! Я говорю о том, что от экспериментов Джен с ним ничего случится не может, если только она целенаправленно не будет ему что-то внушать… Хотя, и тогда тоже ничего не случится.
— Но яблоко же взорвалось! — возразил ведьмак.
— Так то — яблоко… Он же — не яблоко, он — лошадь… — упрямо твердил Дани. — Ну — конь. Да и это не важно. Как вы не поймете, я же контролирую ее выплески, если такие есть! — с досадой простонал он. — А в сторону ло… коня этих выплесков вообще не было. Единственное, что могло с ним случиться, это психика сбой дала от пещер всяких и чудовищ, если, как вы говорите, он из другого мира и ничего такого не видел.
Зверь возмущенно зафырчал.
— Но и это все излечимо, — не обращая внимания на «высказывания пациента», продолжал Дани, — травку нужную пожует, и все пройдет. Хорошо, у Витольда запас — что надо!
Я начала успокаиваться. Зверь нахмурился и стал недоверчиво коситься на Даниэля. Эльстан улыбнулся.
— Да что вы к нему привязались! С ним вообще, все в порядке…
Зверь распахнул глаза, взглянув на Эльстана, как на свою последнюю надежду или единственного здравомыслящего в нашей компании.
— Все в порядке?! — опешила я. — А это что?! — я указала на уже начинавшую затягиваться ссадину на лбу вороного.
Эльстан вздохнул.
— Это он от досады. И обиды. На то, что ты его не понимаешь, — объяснил Перворожденный. — Он хочет тебе что-то сказать.
Зверь радостно заржал, вскочил на ноги и снова принялся совать свою морду мне в лицо. Я застонала.
— О нет, я этого не вынесу… Эльстан, зачем ты это сказал?
Эльф пожал плечами.
— Как — зачем? Ведь это же очевидно…
— Ладно, — сдалась я, — тогда, может, озвучишь, что он хочет? Ну, раз ты его так хорошо понимаешь… Зверь, да уйди ты, забодал уже!
— Откуда же я знаю? — развел руками Эльстан. — Это же он хочет сказать, а не я… К тому же — тебе. Но это «что-то» очень важное — по крайней мере, он так считает.
— Вот спасибо, успокоил! — усмехнулась я. — А главное, все понятно стало. Хотя… прости, мне, правда, стало немного легче, — я с благодарностью посмотрела на Эльстана. — Так ты действительно думаешь, что он здоров? В смысле, умом? То есть, умом-то он дурак, это я уже поняла, а — психикой?
Перворожденный рассмеялся.
— Уверен, — кивнул он. — Даже могу поручиться. Но постановка вопроса у тебя, конечно, бесподобная!
— Зато правдивая.
— Вот и замечательно! — подхватился Дани. — Считай, что у тебя появился дополнительный стимул выучиться магии Ментала — чтобы понять, что твоя лошадь… в смысле, твой конь хочет тебе сказать.
Я устало улыбнулась. Погладила Зверя по щеке.
— Обещай не пугать меня так больше, — проговорила я ему в ухо.
Он засопел.
— Зверь! — я слегка сжала пальцами кончик его уха. — Обещаешь?
Он кивнул, правда, с большой неохотой.
— Упрямое животное, — усмехнулась я, шутя схватив его за подбородок.
 
Он радостно фыркнул и снова кивнул, но уже бодро.
— То-то же. Ладно, покончим с лирикой, я заниматься буду. Только под руку не лезьте никто, договорились?
— Легко! — весело хмыкнул Дани.
На том и порешили.
Этот день, начавшийся с сюрприза, мог бы завершиться бездарно, если бы не… еще один сюрприз, впрочем, к моему обучению, не имеющий никакого отношения. Этой ночью ко мне снова явилась Этана. Нет, в этом не было ничего необычного, я уже даже начала привыкать к этим визитам местных богов, воспринимая их как должное. Так и было бы, если бы не одно «но»: Этана заговорила!