Потерянная богиня (СИ)

— Твоей — кем? — изогнула бровь Линара.
Он смутился, попытался отвернуться, но в объятиях чародейки это было довольно сложно. Тогда он сосредоточился, глубоко вздохнул и…
— Ваша Светлость!!! Господин Магистр!!! Ваша Светлость!!!
Из-за поворота показался разведчик его отряда, а рядом с ним, на почти загнанной лошади, весь в мыле, полуживой гонец. Из его замка.
— Я так и знала, — грустно объявила Линара.
— Я тоже, — кивнул Арион, пересаживая чародейку на ее лошадь. — Я же тебе говорил, что у меня какое-то предчувствие…
— Да при чем тут твое предчувствие! Я не об этом…
— А о чем? — не понял Магистр.
Но в ответ она лишь махнула рукой. А потом поскакала вперед, оказать помощь гонцу, который так некстати появился на их дороге. Арион нахмурился, пытаясь понять, что она имела в виду, но тут же решил подумать об этом позже, когда будет время. А сейчас… он потряс головой, отгоняя от себя ненужные мысли, горделиво вскинул голову, готовясь принять новый удар судьбы, и пустил коня вслед за Линарой.
Кавалькада подъезжала к городу. Однако былого воодушевления по этому поводу никто не испытывал, напротив, чем ближе становились крепостные стены, тем медленнее и неохотнее двигался отряд. После того, как гонец поведал Магистру о случившемся в замке, в воздухе повисла тишина, изредка нарушаемая короткими односложными фразами. Хотя самого разговора никто не слышал, а ни Арион, ни гонец об этом не распространялись, всем было понятно, что дела плохи. Но об истинных причинах беды, свалившейся на Магистра, его люди могли только догадываться, строить предположения, одно красочнее другого, чем, в принципе они и занимались всю оставшуюся дорогу, которая уже казалась им почти бесконечной. Однако действительность превзошла все их даже самые безумные ожидания.
У ворот города их встречал отряд Архимагистра Лотара. Всадники были облачены в парадные белые мундиры, на которых красовался расшитый золотом, жемчугом и лазурью герб Верховного Мага. Что интересно, Арион заметил среди людей Лотара не только магов, но также и воинов, не владеющих магическим искусством — охрана, которая полагается Архимагистру по чину, но… не для того, чтобы встречать своих собратьев по Гильдии. Самого Верховного среди этого великолепия не наблюдалось, что, в принципе, и предвидел Арион.
От колонны отделился всадник в расшитой золотом попоне и приблизился к Магистру. Арион двинулся ему навстречу. Всадник отсалютовал по всем правилам, после чего возвестил:
— Архимагистр Светлой Гильдии Лотар, возрадовавшийславный город Рейнгард своим появлением, приветствует мятежного Магистра Ариона и повелевает…
Что там повелевает Лотар, не долетело до слуха «мятежного Магистра», ибо тут же потонулов возмущенном рокоте его отряда и криках толпы зевак, которая уже успела собраться вокруг. Арион взмахом руки приказал своим людям замолчать. Повиновались все. В полной тишине, неожиданно повисшей над городскими воротами, прозвучал нарочито спокойный голос Ариона, в котором отчетливо слышалась усмешка.
— Как повезло, однако, славному городу Рейнгарду… — «золотой» всадник уже набрал полные легкие воздуха, чтобы призвать мятежника к порядку, но, столкнувшись с его холодным пронизывающем взглядом, не проронил ни слова. Магистр, меж, тем продолжал: — Кстати, а с каких это пор я признан мятежным?
— Архимагистр Лотар не наделял меня полномочиями отвечать на провокационные вопросы мяте… Вашего Сиятельства, — неожиданно закончил он, склонившись в церемониальном поклоне.
Арион скрестил руки на груди, прилагая все силы, чтобы хотя бы со стороны казаться спокойным. Краска заливала его лицо, желваки ходили от гнева, унижения и ярости, хорошо, хоть из ноздрей дым не валил! Вот, подумал он, напугал ни в чем не повинного всадника… Хотя при чем тут — напугал! Этикет соблюсти нужно, а каким бы он мятежником не считался, его звание Магистра под сомнение поставить ни у кого бы язык не повернулся — это звание определяется не титулом, а уровнем мастерства, поэтому даже если на эшафот поведут, этикет, во что бы то ни стало, обяжет конвоиров обращаться к нему вежливо, по всей форме, с соблюдением всех реверансов и правил приличий.
 
От этих размышлений Арион побагровел еще больше. Ну да… По всей форме. Как они сожгли бога. Тоже, кстати, мятежного. Арион усмехнулся. Да уж, еще никогда ему не доводилось так приблизиться к божественной сущности… Он мысленно одернул себя, понимая, что заходит слишком далеко в своих домыслах — в конце концов, его хочет видеть не Архиепископ Гаронд, а Архимагистр Лотар, а это, как ни крути — существенная разница. Он вздернул подбородок.
— Ладно, что там повелевает Верховный? — подавив эмоции, спросил он.
— Предстать перед ним… — начал всадник зачитывать приказ Лотара, но Магистр его перебил.
— Одному?
Вместо ответа герольд снова поклонился.
— А мои люди?
— Пусть Ваша Светлость… то есть, Ваше Сиятельство не изволит беспокоиться, — бедняга все никак не мог сообразить, как же ему обращаться к Ариону, ему никогда не приходилось видеть «мятежных магистров», а понятия «мятежников» и «Магистров» отличались в его представлении коренным образом и никак не желали вставать в один ряд, — к услугам ваших людей лучшие постоялые дворы Рейнгарда, наш город наслышан о славных подвигах героев Крадоса и для нас великая честь…
Брови Ариона поползли вверх. Как быстро разлетаются вести… Интересно, о каких именно подвигах здесь наслышаны? Однако, через некоторое время, послушав восторженную… и, как ни странно, искреннюю речь «золотого» всадника, Арион несколько успокоился. Не похоже, чтобы этот город желал зла его ребятам. Вот их с Лотаром отношения — другое дело. И, вроде, других они касаться не должны. По крайней мере, раньше не касались. Он еще немного подумал, но потом все же отдал распоряжения своему отряду принять предложение герольда.
— Ну что ж, — повернулся он к всаднику, — как там тебя, кстати?
Всадник вздрогнул и склонился еще ниже.
— Простите… — сконфуженно прошептал он, коря себя за непочтение.
— Занятное имя, — усмехнулся Арион, — ну что ж, таинственный незнакомец, веди меня к Верховному.
Всадник облегченно вздохнул и, развернувшись, принялся отдавать команды конвоирам. Это у него получалось лучше, чем разговаривать с «мятежником». Арион неожиданно почувствовал к Архимагистру нечто вроде… жалости. Да, конечно же, сила на его стороне. Да, безусловно, он может растоптать в пыль молодого зарвавшегося мага, постоянно возникающего у него на пути. Причем, сам молодой зарвавшийся маг и слова поперек не скажет, почитая Архимагистра как высшую власть, как это ни странно. Но дело было не в этом.
Сейчас Арион, ведомый под конвоем в замок Рейнгард, искренне жалел всесильного Лотара, прокручивая в памяти раз за разом разговор с заикающимся герольдом. Может быть, у Ариона и не было столько людей, сколько у Лотара, но в одном он был уверен точно — никогда его человек не будет извиняться и склоняться перед его врагом, кем бы он ни был. Его людям нечего бояться провокации тех, кого назвал неприятелем их господин. Его люди всегда знают, на чьей стороне правда. И его люди никогда не позволят себе усомниться в своем господине. А вот люди Лотара…
Подойдя к замку, его попросили спешиться. Кажется, здесь, когда за спиной Магистра вместо внушительного отряда шествовало несколько конвоиров, «золотой» красавец почувствовал себя немного увереннее и в его голосе даже прозвучал некоторый вызов. Однако Арион только пожал плечами и совершенно невозмутимо эту просьбу выполнил — не конным же входить в парадную залу! Тем более, что хозяин замка не виноват, что здесь соизволил гостить Архимагистр Лотар… Кстати!
 
— Кстати, а кто сейчас является хозяином Рейнгарда? — обратился он к герольду, однако посланник Лотара, лишь на краткий миг обретя уверенность, тут же впал в ступор, стоило Магистру задать ему вопрос. Арион разочарованно кивнул. — Понятно. Не уполномочен.