Злодейка в деле (СИ)
Я действительно на неё похожа? От окружающих я часто слышала, что — да, похожа. Но недавно я убедилась, что внешность унаследовала от Рейзан. Как так? Возможно, от мамы мне достались отдельные черты, а все разговоры о сходстве — лесть? Стоит взглянуть на портрет… Или не стоит?
— Его высочество принц Олис, — докладывает Рыжик.
— Мы будем чай, — решаю я за всех. Постараемся создать хотя бы подобие семейной атмосферы.
Получив разрешение, Олис входит, замирает у двери и склоняется в поклоне. Излишне торжественно, отчуждённо.
— Олис, проходи, располагайся, — приглашает папа. — Должен сказать, когда Тери был в твоём возрасте, я его близко к управлению армией не подпускал. Есть сложности в отношениях с твоим дедом, ты это знаешь, но безотносительно всех этих политических тонкостей, я действительно считаю, что для заместителя главнокомандующего ты слишком юн. Однако Кресси настаивает.
Олис вцепляется в спинку пустого кресла, к которому подошёл, не садится, переводит взгляд с меня на папу и обратно.
Тьфу! Щекотливая ситуация, надо спасать:
— Па-а-ап, кажется, Олис воспринял твой монолог как намёк, что следует отказаться от должности по собственной инициативе, но, извини, ничего не выйдет. Я уже взяла с Олиса обещание и повторюсь, кандидата достойнее нет. Правда, Олис? — я расплываюсь в улыбке.
На Олиса я смотрю с вполне искренней симпатией, лишь слегка преувеличенной.
— Ваше высочество, вы предлагаете мне подтвердить вашу последнюю фразу? — Олис уже не такой напряжённый, даже перестал терзать спинку кресла и садится, хоть и на самый краешек, явно, что готов вскочить в любой момент.
— Именно! — радуюсь я. — Видишь, папа? Олис понимает меня с полуслова! Мы отлично поладим.
Папа только вздыхает:
— Вижу. Олис, отправляйся с Кресси, я не возражаю. Но не учись у неё плохому. Двух чудовищ я не выдержу.
Олис склоняет голову в знак послушания, а я тихо фыркаю.
Рыжик вовремя приносит чай, и папа посылает его за картами, а заодно и за генералом, на чьи плечи ляжет реальное управление, потому что от нас с Олисом проку мало. Олис получил полноценное образование, а вот я с военными науками познакомилась лишь поверхностно, причём с упором на парадный протокол. Как оказалось, это было ошибкой, которую исправлять нет времени. На Олиса тоже рассчитывать трудно, и я не про доверие. Папа прав: Олис владеет теорией, ему бы хоть немного реального опыта получить, прежде чем вставать во главе армии.
Вся надежда на генерала и Книгу, подбросившую весьма занятную зацепку.
Ради карты трое лакеев вносят в кабинет дополнительные столы, настолько она большая. Увы, после электронной масштабируемой, да ещё и с функцией геолокации, цветастая, дотошно прорисованная, великолепная бумажная карта не впечатляет. Папа с Олисом встают рядом, а я уделяю внимание чаю, словно совещание меня не касается.
Папа недовольно косится:
— Госпожа главнокомандующая не изволите ли изложить свой план?
У-у-у…
Я поднимаюсь с кресла, не выпуская чашки. С рабочего стола заимствую карандаш.
— Мы в столице, — я небрежно указываю в центр карты, промахнувшись на пяток сантиметров. — В темпе идём на юг, к степям, — я перевожу карандаш левее и указываю на линию границ, — и занимаем оборонительную позицию. Наша армия не готова к полноценному вторжению в степи, поэтому главной задачей станет защита наших рубежей, нельзя позволить степнякам топтаться по нашей территории. А затем мы нанесём один точечный удар. Власть нынешнего Великого хана держится на его личном авторитете, на его способностях. Что случится, если он будет убит?
— Я слышал, у него есть преемник, — осторожно отвечает Олис.
— Толку с того преемника? Великий хан пришёл к власти, выиграв в традиционном поединке, но его правление — сплошное нарушение традиций. Им недовольны, его власть держится на страхе перед его войском. Грубо говоря, нужно победить всего одно племя, и единство степняков развалится. Убрать его, парочку других ханов и, обезглавленные, степняки отступят. Не только отступят, но и погрязнут во внутренних раборках. Как-то так.
— Звучит мутно, — Олис от изложенного не в восторге.
И надо признать, он прав.
Хах, Олис ещё не слышал мой настоящий план, вот где муть и безумие.
Я допиваю чай, отставляю чашку:
— Выдвигаемся завтра.
— Кресси, нереально, — морщится папа.
— Завтра выдвигаемся мы с Олисом во главе передового отряда. Пап, я тороплюсь. Чем быстрее мы наведём порядок на юге, тем лучше. Разве нет? — я беззаботно падаю обратно в кресло и болтаю ногами, как маленькая девочка. Поведение под стать по-детски несуразным словам.
Я нарочно безобразничаю, всё равно я некомпетентна.
— Генерал прибыл! — докладывает Рыжик.
— Ваше высочество, — обращается ко мне Олис. — торжественный смотр войск назначен на послезавтра.
— Присоединяйтесь, — папа жестом приглашает генерала, не дожидаясь поклонов. — Лорд Риц, только вам я могу доверить детей.
Генерал редко бывает при дворе, но я помню его с детства. Непропорционально крупный, с богатырскими плечами и спичечно тонкими ногами, он вручил мне уличный леденец на палочке, чем раз и навсегда покорил.
— Есть, ваше величество!
Я встаю. При генерале кривляться совсем не хочется, я его слишком уважаю.
— Лорд Риц, рада видеть вас. Теперь я уверена в успехе кампании.
— Принцесса Крессида.
— Наша задача как можно быстрее достичь южных границ, генерал. В течении семи-восьми дней было бы идеально. Рассчитываю на вас, — самое лучшее, что я могу сделать, это сбросить всю рутину на человека, который способен с ней справиться.
Генерал бросает взгляд на карту:
— Принцесса? Но длительный марш-бросок через пол империи будет очень тяжёлым для солдат и негативно скажется на боеспособности.
Хм…
— Поскольку вы так говорите, лорд Риц, основные силы отправятся под вашим руководством. Марш-бросок совершит только передовой отряд и присоединится к пограничным войскам.
— Кресси, по твоим сведениям степняки нападут раньше, чем мы ожидаем? — вклинивается папа.
Врать в этом вопросе я не буду:
— Нет. Но у меня есть наводка, где Великий хан окажется в окружении сил, уступающих нашим. Я не собираюсь воевать в полном смысле этого слова, я использую против степняков их же стратегию. Набег. Прийти, взять голову Великого хана и откатиться к нашим границам.
Не ложь, но и правдой назвать трудно.
— Звучит мутно, ваше высочество, — генерал почти слово в слово повторяет фразу Олиса.
Я пожимаю плечами.
Начинается обсуждение конкретики — кто, куда, в каком порядке будет двигаться, снабжение, логистика и прочее, прочее, без сомнение важное. Я слушаю и честно пытаюсь вникнуть. В общем и целом я вполне ориентируюсь, но рот мне лучше не открывать. От Олиса проку больше. Если я лишь вдохновляюще киваю, то Олис высказал пару дельных предложений. Дельных — это не моё мнение, а генерала.
— У вас потрясающая хватка, принц! Сир, вы можете гордиться сыном, — с похвалой генерал, увы, промахивается.
— Уверена, Олис войдёт в историю, — хмыкаю я.
— Разве что героической смертью, — себе под нос вздыхает Олис.
Ни папа, ни генерал его не слышат. Я игнорирую, лишь подмигиваю.
Совещание затягивается.
До своих покоев я добираюсь в районе полуночи. Совершенно не удивляюсь, когда обнаруживаю в будуаре Феликса. Он, развалившись на диване, уплетает мои любимые бисквитные пирожные, причём таскает их с блюда не вилкой, а пальцами. Моя бедная горничная шокирована и возмущена до глубины души. Ещё более шокированной она становится, когда я подхватываю последнее оставшееся на блюде пирожное точно также пальцами, но не съедаю сама, а протягиваю Феликсу, и ему невольно приходится слизнуть сладость с моей кожи. Ухмыльнувшись, я молча ухожу в спальню.
Надо бы расспросить, что Феликс узнал про главную героиню, но у меня голова от военных премудростей пухнет. Ещё и это я сейчас не выдержу, тем более Олис за героиней присматривает.