Миссия – выжить… (СИ)
— Наши опасения подтвердились. И честно говоря, — помедлив с признанием, но потом все же выдала, — внешность, это не единственное, что изменилось.
Отец мигом подобрался. Его взгляд приобрел привычную остроту.
— Что ещё?
— Я… Я стала видеть и слышать разное. По крайней мере то, что точно не может слышать и видеть обычный человек. Проверено на Дерека. С другими расами, сам понимаешь, свериться не могу.
— И что ты видишь?
Я подумала о моем внутреннем «голосе», новых способностях по анализу вещей и людей, а также о том, что во время их использования у меня почему-то сияют глаза. По крайней мере мне удалось лично убедиться в последнем, когда я использовала «Оценку» на зеркале. Не удивительно, что применив ее в первый раз так обеспокоила Хаттери. Возможно что-то было видно и сквозь маску, но потом он так ничего и не сказал на этот счет, лишь еще раз попросил меня быть осторожной. Поэтому, в разговоре с отцом я решила начать с малого.
— Скажи отец, зеркальщики могут изменять внешность по своему желанию? — Ответила вопросом на вопрос.
Мой старший родственник вмиг помрачнел.
— Я надеялся, что тебе никогда не придется в свое жизни свести близкое знакомство с такими как они.
— Ты что-то знаешь об этом? — Я нервно сжала линком в руках.
— Как посол, я обязан это знать. И заметь, то что я сейчас тебе расскажу, это строго секретная информация. — Он нахмурил брови и серьезно посмотрел в мои глаза. — Зеркальщики — очень сильные менталы. Они способны не только читать мысли, но и внушать окружающим то чего нет. Их способности известны в узких кругах. И часто их используют правительства для различных не самых приятных заданий. В основном для шпионажа и разведки, но и наемные убийцы среди них встречаются очень часто. Где ты видела этого зеркальщика?
— Он бармен и менеджер бара-гостиницы в которой находится временный командный пункт. — Мой ответ прозвучал немного заторможено. Так значит, все что я видела было правдой. Эта мысль принесла двоякое чувство облегчения замешанном на озабоченности.
— Плохо. Значит этот гуманоид очень сильный. Обычно представитель их народа может морочить одновременно не больше пятнадцати, в лучшем случае двадцати существам. Но бар — это очень многолюдное место, а значит и наблюдающих глаз больше. — Отец взволнованно придвинулся к камере. — Держись от него как можно дальше! Избегай брать в руки даже те вещи которых он просто касался, не говоря уже о еде или питье. Эти серые грассы крайне коварны и невозможно точно предсказать куда и как они ударят.
Я понятливо кивнула головой. Услышанное мне не понравилось, но что делать дальше я пока не придумала. В любом случае нужно все рассказать и посоветоваться с Хаттери. Возможно вместе нам удастся что-то сообразить.
— Знаешь папа, я хотела тебя спросить об одной вещи. — Проекция моего собеседника прекратила расхаживает передо мной и вопросительно приподняла бровь. — Ты ведь вырос вместе с бабушкой. Не помнишь ли та у нее каких-то особых проявлений ее дара Прорицателя? Возможно у нее глаза светились или ещё что?
— Да нет, все обходилось без спецэффектов. В основном она впадала в некое подобие сна на несколько минут, а очнувшись всегда делилась новым видением. Поэтому ей требовала постоянный просмотр. А к чему этот интерес?
— Просто проверяла теорию, но она увы не подтвердилась.
— Так у тебя что…? — Он неопределенно помахал рукой перед лицом, но я его поняла.
— Да, особенно когда переживаю сильные эмоции или… вижу невидимое. Кажется, это тоже можно записать на счёт моего перерождении.
— Насколько я понял, сами кишаны обладали ещё повышенной скоростью и силой. Понаблюдай за собой, возможно это будет следующее, что проявится. — Он немного замялся, но закончил фразу. — Мне кажется этот обряд посвящен превращению представителя иной расы в их сородича. В учениях многих культур описано нечто подобное, но это лишь формальное принятие. Не более. Ты же на самом деле меняешься. И твои проявляющиеся возможности… ни у рейменианцев, ни тем более у людей нет ничего подобного.
Теперь я заметила во взгляде отца что-то схожее с опасением. Я не стала расспрашивать, и так было прекрасно ясно чего он может боятся. Кишаны обладали не только высокоразвитыми технологиями с повышенными индивидуальными способностями, но и некой необъяснимой силой, о которой мы не имели никакого представления. Да и на что ещё они были способны было загадкой. А все что неизвестно или непонятно обязательно вызывает страх. И по большей части это страх окружающих по отношению к чему-то новому.
После разговора с отцом я чувствовала полный раздрай в душе. Вроде бы и сняла камень с души, избавилась от тягостного молчания, но в тоже время получила полный комплект дополнительных и не самых приятных сведений, которые просто ставили в тупик. Да и все целиком я так и не рассказала…
Я с размаху села на постель. В моей вполне стандартной комнате пять на четыре шага вся мебель была модульной и при ненадобности просто убиралась в стены. Сами стены были серыми, и когда вся мебель была спрятана, ты оказывался в стерильно чистом помещении без малейшего налета индивидуальности. Меня это угнетало, поэтому я намеренно запретила программе управления складывать постель. А сегодня серый цвет в добавок напоминал мне о неразрешенных проблемах.
— Компьютер, выведи панель управления интерьером.
После того, как я закончила работать с панелью, моя комната радовала глаз приятными пастельно-салатовыми оттенками стен, белым сводчатым потолком с имитацией лепнины и тёмно-каштановым полом под дерево. Жалко, что из-за огромного количества дел раньше у меня просто не доходили до этого руки. Зато теперь можно было вздохнуть с облегчением. Хотя бы в своем гостиничном номере я не чувствовала себя такой чужеродной.
Мое блаженство прервал очередной вызов на линком.
— Ясмин! У меня есть отличная новость. Спускайтесь на завтрак, и мы все обсудим. — Дерек просто лучился довольством.
— Хорошо, только в этот раз позавтракаем в другом месте. Потом объясню почему. — Ответила на его удивленный взгляд короткой фразой. — Через десять минут буду.
***
Со вчерашнего дня контингент на первом этаже не изменился, как и обстановка. Мазнув мимолётным взглядом по спокойно протирающему бокалы зеркальщику, поманила за собой Хаттери, скользнула к выходу и не задерживаясь в зале. Он молча последовал за мной, а на выходе к нам присоединился старик Грант.
— Шериф, вы же знаете все достопримечательности? Подскажите где можно поесть вкусно и по-домашнему?
— Что местные потроха вас не устроили? — Седой мужчина хитро мне подмигнул.
— Увы, — я демонстративно вздохнула, — желудок у меня слабый, капризный. Долго пищу быстрого приготовления не переносит. А мы ещё на транспортниках намаялись с этими проклятыми репликаторами — не еда, а одно непотребство.
— Как я вас понимаю! Ничего лучше домашней еды точно нет. Но кроме бара и общепита, который ещё хуже, никаких заведений подобного рода предложить не могу. Разве что, вы не побрезгуете готовкой моей старушки. — Он покосился на меня с некоторым сомнением, но я только благодарно кивнула:
— Спасибо вам большое, почту за честь.
Так что завтрак прошел в узком кругу. Госпожа Грант оказалась отменной кулинаркой, а увидев гостей на пороге только отругал своего мужа за то что не предупредил ее заранее и она не успела подготовить побольше разносолов. Мы убедили ее что в этом нет никакой необходимости и как люди военные обойдёмся тем что есть. Но кажется это ее не особо утешило.
Домик шерифа оказался небольшим, зато двухэтажным и стоящем обособленного от соседских. Госпожа Грант работала преподавателем в местном училище — обучала шахтеров горному делу и повышала их квалификацию.
— Раньше я тоже уходила в забой, но годы брали свое, да и Терри был против. Так что я переквалифицировалась. Со временем мне даже понравилось передавать свои знания, хотя поначалу и было трудно. Но когда я смотрю на моих мальчиков, думаю, что мои знания могут спасти чью-то жизнь в решающий момент… Это сильно воодушевляет.