Пилот вертолета (СИ)

Я заглядывала в темноту туннеля с некоторой осторожностью, в то время как в глазах Павла горели любопытство и азарт. Солдаты рядом тоже смотрели в ту темноту с предчувствием богатых трофеев. Наручи на их запястьях уже горели ярким белым светом. Павел приготовил тяжелый фонарь.
- Не думаю, что это хорошая идея, - протянула я, ощутив реальную опасность, исходящую из темноты бункера.
- Почему? – обернулся Павел.
- Там не безопасно.
- На острове везде небезопасно. Можешь выразиться точнее?
- То, что меня привлекло к этому месту не трофеи, - подступив к Павлу, показала на бункер. – Там обитает зло, по своей природе напоминающее тех тварей, что мы видели в церкви.
- Ты о тех, когтистых? – резко спросил он. - Там они тоже есть?
- Это другая тварь. Она имеет схожую с когтистыми природу и крупное как кит.
До зубов вооруженные солдаты молча переглянулись между собой. В разговор не вмешивались и ждали, что решит Павел.
- Но… - протянула я, прислушавшись к своим ощущениям. Замолчала.
- Что, но? – настоял Павел.
- Оно будто в спячке, - заметила я схожесть состояний мертвых земель и чудовища, обитающего где-то в туннелях брошенного бункера.
- Значит, не опасно, - решительно заявил Павел. Я резко метнула к нему взгляд. – А то, что ты не чувствуешь в бункере трофеи, еще не значит, что их там нет. Да?
- Наверное…
Павел обратил взгляд к солдатам:
- Идем.
И двое крепких мужчина двинулись к полураскрытым железным воротам в бункер метра три высотой.
- Знаешь, при других обстоятельствах я бы предложил тебе подождать здесь, - протянул мне Павел. – Но в той чертовщине мне нужен Проводник.
- Да, я поняла.
Прошла мимо него, и тот с робкой благодарностью проговорил мне вслед:
- Спасибо.
Включив фонарь, я шагнула в темноту бункера.
На солнечном склоне жара, а здесь, в коридорах бункера холодно и мрачно. Впрочем, прохлада сперва была даже приятной, но только сперва. Ступая, коснулась пальцами холодных стен бункера и по коже побежали мурашки.
- Сектор три, - озвучил идущий впереди солдат потемневшую оранжевую надпись на стене.
Еще через пять метров в зону света фонарей попал того же цвета логотип Лаборатории: «ЛР».
Обесточенные светодиодные панели вдоль стен были целы. Ни следов боя, ни разрушений.
Оружие в руках солдат было приведено в боевую готовность. Пока один шел к развилке, другой, толкнув дверь справа, проверил помещение. Идущий следом Павел осмотрел ту комнату, что была слева.
- Чисто.
Мужчины уверенно продвигались вперед, а я, сбавив шаг, белым светом фонаря посветила в одну из проверенных солдатами комнат: в небольшом узком помещении над столом стояло шесть пыльных мониторов. На столе нетронутыми оставались стоять две кружки, а на спинке офисного кресла висел пиджак.
Никаких следов боя, ни пулевых отверстий в стенах, ни мертвецов под ногами. Как при хорошо организованной эвакуации при ЧС, вещи персонала Лаборатории остались на местах и были распахнуты все двери.
- Нина, - позвал Павел, посветив в меня светом фонаря.
- Иду.
Миновав одну из коридорных развилок, мы пришли к обесточенному лифту с раскрытыми дверьми. В широкой кабине из светлой стали, в которой запросто поместился бы автомобиль, было пусто.
- Здесь лестница вниз, - доложил солдат за стальной дверью слева.
- Офис, - сообщил солдат, на выходе из помещения справа.
- Идем вниз, - распорядился Павел.
Мужчина толкнул дверь, шагнув на лестничную площадку.
Темно и тихо.
Посмотрела за металлическое ограждение. Посветила фонарем в темноту, насчитав два лестничных пролета.
Вскинув к плечу автомат, солдат начал бесшумный спуск по лестнице. С пистолетом в руках Павел пошел вслед за ним. За Павлом я с револьвером. За мной замыкающий группу солдат.
Миновав два лестничных пролета с большими оранжевыми надписями «2» и «1», мы спустились на этаж «В». И, переступив последнюю ступень лестницы, мужчины вместе толкнули железные двустворчатые двери.
В кромешной тьме сразу ударил в нос тяжелый спертый воздух.
 
Луч света фонаря терялся в темноте.
Под ногами, под внушительным слоем пыли зеленый наливной пол. Слева железная опора. В отдалении просматривались очертания больших машин.
- Это парковка? – вожу лучом фонаря по стенам с оранжевой нумерацией, и опорам.
- Подземная транспортная артерия бункера.
Солдат впереди молча двинулся к машинам. Принялся осматривать крайнюю из них. Следовавший за ним Павел взобрался в кабину высокого вездехода: серьезная шестиколесная машина с оранжевой эмблемой на кузове казалась серой, но когда я провела ладонью по холодному металлу, остался светлый след.
- Исправен, - подозрительно проговорил второй солдат, вскользь осмотрев грузовик, соседствующий с вездеходом. - Транспорт просто бросили здесь.
- Полагаю, у них была на то причина, - с хрипотцой в голосе изрекла я, как и солдат, тревожно всматриваясь во мрак нехорошего места.
Явственно ощутив, как в темноте вдруг начали вырастать силуэты Темных, в моих ладонях в тот же миг вспыхнул желтый свет. Сияние сперва было неброским и мягким, но только сперва…
- Они везде, - наконец протянула я.
Опешивший на время солдат – ведь я светилась теперь как факел! - нашел в себе силы оторвать от меня взгляд, потребовав серьезно:
- Как много?
- Десятки и их становится только больше.
Зарычал двигатель вездехода. Сверкнули яркие фары и два десятка Темных растворились на глазах.
- Уходим! – высунувшись из узкого окна, прогремел Павел.
К распахнутой двери вездехода я примчалась первой. Когда хлопнули обе пассажирские двери позади Павел выжал газ в пол, и машина со свистом вырулила с парковочного места.
Фары били дальним белым светом, распугивая Темных, стоящих на пути.
Вездеход мчался на полном ходу по прямой, а картинка за лобовым стеклом машины не менялась: высокие потолки и опоры метр на метр шириной. Время от времени промелькали одна-две простенькие машины, припаркованные у стен.
- Что это такое? – спросила я, глядя на миниатюрное устройство с двумя дисками и проводами на сидении между мной и Павлом. Устройство было подключено к проводам под приборами вездехода. Две из четырех лампочек мерцали зеленым.
- ВПА.
- Не ясно.
- Внешний портативный аккумулятор. Если аккумулятор машины в хлам, ВПА в помощь, - на одном дыхании и громко объяснил Павел, потребовав вдруг. – А это что, мать его, такое?
- Мой способ защищаться от Темных, - сухо и без деталей объяснила я природу своего сияния. Заметив, как из Темноты на машину бросилась тень, видом напоминающей трехметровую собаку, крикнула: - Берегись!
Павел увиделэтопрежде, чем я закричала. Успел выкрутить руль, и выпрыгнувшему из темноты чудовищу досталась только задняя часть вездехода. Удар был мощным. Полетели железные обломки, задние габариты и… Об одну из опор ударилось полутораметровое колесо. Машину единожды крутануло вокруг оси, а потом все остановилось.
Тихо и мрачно. И никто на нас больше не нападал.
- Что это было? – солдат на заднем пассажирском сидении старался говорить беспечно, но голос его предательски дрогнул.
Затаив дыхание, я осторожно обернулась, увидев, что словно ножами была срезана одна треть вездехода.
Позади поврежденная опора и темнота.
Когда казалось, что хуже уже быть не может, начали тускнеть фары.
- Что за черт? – выругался Павел, когда мерцать стал еще и наруч на его запястье. Павел ударил по нему ладонью, но тот, секунды спустя, совсем угас.
Окончательно затухли фары вездехода, затем надствольные фонари и наручи солдат. Остался только яркий желтый свет моего сияния.
- Я рад, что ты с нами, - протянул Павел.
Через крупные трещины лобового стекла он всматривался в давящую темноту за бортом вездехода.
- А я вот что-то не очень этому рада, – понизив голос, пробормотала я.