Катюха - расхитительница помоек (СИ)

— Ну рассказывай — как жизнь?
Вкратце пересказав свои приключения за последние месяцы, я в ответ поинтересовалась:
— Теперь ты рассказывай — как тебе деревенская жизнь?
Серёга устроился поудобнее, явно планируя длинный рассказ.
— Поначалу тяжеловато было, а потом втянулся. Я же только овощи посадил, всякую живность заводить пока не стал. С домом тоже возни хватило. Я же печку перекладывать взялся, потому что в доме лет пять никто не жил, а чтобы посторонние не заселились, хозяева трубу у печки сломали. А я решил всю печку переложить.
Я его перебила.
— Но ведь это не так просто. Нужны специальные огнеупорные кирпичи, какой-то цемент специальный?
— Я когда печку разобрал — кирпичи рассортировал, там в серёдке было выложено шамотным кирпичом. А цемент при кладке печей не используется, только глина, потому что цемент такую температуру не держит. Всё лето я с ней возился, только в сентябре сложил, когда уже прохладно было. Но мне не понравилось, как получилось. Я в основном из-за этого и зимовать там не остался. А тут за зиму теорию подтяну, и весной ещё раз переложу. Я уже многие моменты понял.
— А может, профессионального печника нанять? — предложила я.
Серёга возразил:
— Нет, я хочу сам разобраться. Кроме того, профессиональный печник цену загнёт, а у меня сейчас таких денег нет. Мне же пришлось весь инвентарь туда заново покупать. А вот на своей печке научусь, тогда тоже можно будет на этом деньги зарабатывать.
Я с удивлением глядела на него — мужику скоро шестьдесят, а он всё хочет что-то новое освоить. И у него получается, потому что имеется богатейший жизненный опыт и знания. Вот только не пойму — откуда он всё это знает? Ведь по его словам, у него из образования только восемь классов школы и кулинарный техникум. Вот я, хоть и институт окончила, многие вещи только от него узнала.
А Серёга тем временем достал сигареты:
— Теперь ты рассказывай. Что у тебя с твоим… Как его — Павел Батькович?
— Егорович, — поправила я. — Видимо, как-то перегорели чувства. Сначала несколько месяцев безумной страсти, а потом как-то стали остывать. Так ведь бывает?
— Бывает, — согласился Серёга. — Вот я два раза был женат, и каждый раз думал — ну вот теперь на всю жизнь. А потом проходило несколько лет, и всё шло вкривь и вкось.
— А почему? — тут же заинтересовалась я. Надо же на чужих ошибках учиться.
Серёга задумчиво затянулся сигаретой.
— Я думаю, это из-за бабской жадности. В какой-то момент бабам становится всё мало, и они начинают капать на мозги. Короче — зажираются.
Чем мне он всегда нравился — полным отсутствием желания понравиться. Что думает — то и говорит, совершенно искренне. Такое нечасто встретишь. И отношения у нас с ним установились на первый взгляд странные — как бы партнёрские, на равных. Не как у мужчины с женщиной, не как у отца с дочерью, хотя по возрасту я ему в дочери гожусь. Он не стесняется у меня спрашивать то, чего не знает, и сам охотно делится своим опытом. Непонятно только, почему у него не сложились такие отношения со своими родными дочерьми. А может, именно потому, что они родные?
— Но ведь с семье должны быть партнёрские отношения? — я попыталась докопаться до истины. Но у Серёги был свой взгляд на жизнь.
— Мужчина должен содержать семью, приносить в дом деньги.
— А женщина? — тут же поинтересовалась я.
— А на женщине дом, хозяйство.
— У тебя готовить лучше многих женщин получается, — польстила я. Потом оглядела его комнату, точнее — залежи инструментов, одежды и других полезных вещей, и вынуждена была признать. — Хотя, конечно, создавать уют в доме ты не привык.
— Так я же говорю — это дело женщины! — подтвердил Серёга.
Я задумалась — это что же, если мы с Пашкой когда-нибудь поженимся, у нас такая же модель будет? А может, мы именно поэтому и не торопимся?
 
— Нет, — возразила я. — Должно быть как-то по-другому.
— Как?
— Пока не знаю. Если бы знала — уже была бы замужем.
— То есть твой тоже инициативу не проявляет?
— Кроме его инициативы должно быть моё согласие, — ушла я от прямого ответа.
— Ну это ваше дело, — Серёга закруглил скользкий разговор.
— Конечно, наше, — я, наоборот, хотела продолжить эту тему. — Вот он увлекается диггерством — по всяким подземельям лазает. А я по помойкам. Короче — оба экстремалы. А он говорит — одноимённые заряда отталкиваются. И в то же время хочет, чтобы я с ним ходила.
— Да потому что ерунду он про одноимённые заряды говорит! — воскликнул Серёга. — Наоборот — чудак чудака видит издалека. Вот как мы с тобой. Вот скажи — почему мы с тобой нормально общаемся? Разный возраст, разное образование, даже пол — и тот разный.
Я пожала плечами — а, действительно, почему?
— Да потому, что у нас взгляды на жизнь схожие, — объяснил Серёга. — Вот и у вас схожие — одна по помойкам шастает, другой по свалкам. Так что вам ещё надо?
Я растерялась.
— Я не знаю.
Вот почему с ним говорить интересно — как-то незаметно подводит к своей мысли. Хотя вот насчёт «содержать семью» я не согласна. Я что, домашнее животное, чтобы меня содержать?
На следующий день я проснулась поздно, потому что с Серёгой болтали почти до двух ночи. И, едва умывшись, позвонила Пашке. Судя по сонному голосу, он тоже только недавно встал. Разводить долгие прелюдии лень, поэтому я с ходу спросила:
— Пашка, а почему мы не живём вместе?
Такое ощущение, что он всю ночь об этом думал, потому что моментально ответил:
— А я тебе на работе ещё не надоел?
— Да, есть немного, — вынуждена была признаться.
— Вот представь себе — ты мою рожу видишь в режиме 24/7. И как тебе?
— Да, надо время от времени отдыхать.
— Вот мы и отдыхаем, — подвёл итог Пашка. — Мы естественным путём пришли к оптимальной форме сосуществования.
— То есть ты ко мне сегодня не приедешь? — уточнила я.
— А ты хочешь? — спросил он.
— Вообще-то не очень.
— А чего тогда спрашиваешь? Я подумал — тебе надо отдохнуть от вчерашних приключений. Да и мне тоже.
— Ну тогда пока, — и я отбилась.
Был определённый период в наших отношениях, когда мы боялись друг друга обидеть, и по пять раз всё переспрашивали. Хорошо, что это закончилось, и можно вот так просто прервать разговор, не опасаясь, что он потом будет дуться.
А тем временем Новый год неумолимо приближался. А вместе с ним — и новогодний корпоратив. В этот раз наше руководство попыталось учесть прошлогодний опыт, и разделило мероприятие на две части — для рядового состава, и для командного. В рядовой состав вошли продавцы и младший тех. персонал. Мы с Пашкой оказались в старшем тех. персонале, который удостоился чести бухать вместе с кадрами, бухгалтерией и прочим начальством. Уже потом Пашка сказал по секрету, что сначала меня хотели записать в младший тех. персонал, но он об этом узнал и высказал своё «фи». Ссориться с ним не стали.
Как выяснилось, в командный состав попала и Светлана — как старший продавец. У меня даже возникло подозрение, что новый формат мероприятия придумали из-за того, как она оскандалилась в прошлом году. Что, в общем-то, правильно — вид начальницы, в частично одетом виде танцующей на столе, может деморализовать подчинённых.
Мероприятия проходили в разных местах. Для рядовых — в кафе, для начальства — в более пафосном ресторане. В остальном различия минимальны — примерно такие же аниматоры, ведущий и всё такое. Наверное, были разные меню и напитки, но меня это слабо интересовало. Вообще-то я небольшая любительница подобных мероприятий, но тут вроде за компанию, да к тому же на халяву. Но, как выяснилось, без неожиданностей всё равно не обошлось.
  
Глава 25
 
Сначала корпоратив проходил чинно и культурно. Все обсуждали какие-то рабочие моменты, но по мере употребления напитков обстановка становилась всё более раскованной. И тут к нам с Пашкой подошла Светлана. Она была почти трезвая, но, судя по полному стакану в её руках, всё ещё было впереди. Чинно поздоровавшись, она показала на свободный стул у нашего столика.