Катюха - расхитительница помоек (СИ)

— Что ты тут делаешь?
Я от неожиданности чуть кирпичей не отложила, попыталась обернуться, но он держит меня крепко.
— Пусти! — говорю ему, а он продолжает меня держать, и снова спрашивает:
— Так что ты тут делаешь?
И голос какой-то знакомый, но от волнения не соображу, где я его слышала.
— Чего, бомжих никогда не видел? — спросила его и снова попыталась вырваться. — Пусти, а то закричу!
Он ослабил свою хватку, я рванулась и отбежала метров на пять, и только тогда обернулась. И снова чуть не отложила кирпичей, но уже по другому поводу. Павел! Стоит и улыбается. Тут у меня случилась форменная истерика.
— Чего ржёшь?! — заорала я на него. — Чего тебе от меня надо?
— Ничего не надо, — продолжает он улыбаться. — Просто подошёл поздороваться.
— Ага, давненько не встречались! — я продолжала орать. — Иди своей дорогой!
Тут к нам какая-то тётка подошла.
— Девушка, у вас всё нормально?
Вот только вмешательства посторонних людей мне не хватает для полного счастья!
— Нормально, — буркнула я. — Всё нормально, просто семейные разборки.
— Точно? — тётка никак не уходила. — Может, полицию вызвать?
Тут я уже испугалась.
— Нет, спасибо, мы сами разберёмся.
Павел тоже растерялся. Я этим воспользовалась и быстренько схватила сумки с добычей. Тётка наконец пошла дальше. Я тоже было двинулась, но Павел нагнал меня:
— Тебе помочь?
— Ты ещё ко мне в гости на кофе набейся!
— А что, это идея!
Я встала как вкопанная. Вот это сверхнаглость!
— А у тебя не слипнется?
— Нет, — Павел снова заулыбался. — Если только у тебя кофе тоже с помойки.
— А если именно оттуда — побрезгуешь?
Он задумался.
— Если за компанию с тобой — не побрезгую.
И сказано это было серьёзным тоном. Что это значит? Ну ладно, посмотрим, что будет дальше. Теперь мне скрывать больше нечего. Кроме того, мне тоже есть чем его прижать. Я сунула ему в руки одну сумку.
— Ну тогда пойдём.
Идём и как-то неловко молчим. Я заговорила первой.
— Ты за мной следил, что ли? Ты же живёшь совсем в другом месте.
— Да, следил, — признался он. — А откуда ты знаешь, где я живу?
Он за мной следил! Это что ещё за фокусы?!
— И зачем?
Он замялся. Пришлось остановиться и прикрикнуть на него.
— Колись давай, Пинкертон хренов!
— Мне показалось, что ты торгуешь краденым.
— Чего?!
— Ну крадёшь в магазинах, а потом продаёшь это через интернет.
— Ты совсем офигел? — не выдержала я.
Павел стал объяснять.
— У тебя фирменные вещи, дорогая косметика. Это никак не соответствует твоей зарплате. Ну ладно, это можно объяснить тем, что тебе подарили. А откуда берётся то, что ты продаёшь? По телефону ты каждый раз объясняешь это по-разному. А вещи дорогие и каждый раз новые. Если поверить, что это вещи твоей сестры, то получается, что она их пару раз наденет, а потом тебе отдаёт. Кроме того, мне ты никогда не говорила, что у тебя есть сестра. Кстати, она старше тебя или младше?
— Какая разница? — рассеянно ответила я, размышляя над его словами. А ведь действительно, со стороны это всё выглядит именно так, как он сказал!
— Вот я и решил выяснить, в чём тут дело, — продолжил он.
— Ну и как, выяснил?
— Ага!
— Доволен теперь?
— Ага! — повторил он. — Я бы не хотел работать с воровкой.
— И теперь ты всем растреплешь, откуда у меня фирменные шмотки, косметика и всё остальное? — спросила я, и, не дожидаясь ответа, предупредила. — В таком случае мне придётся рассказать, что ты со своим подельником тайно проникаешь в метро. Что вы там делаете? Готовите теракт? И учти — я буду это рассказывать кому надо.
Тут настала его очередь офигевать. Он встал столбом и молча разевал рот, как вытащенная из воды рыба.
— Что замолчал? — продолжала я наседать. — Я тоже кое-что умею!
Наконец он снова обрёл дар речи.
— Давай поговорим об этом не посреди улицы.
— А мы уже почти пришли, — я кивнула на свой подъезд. Поднялись ко мне в квартиру, и тут у меня мелькнуло нехорошее предчувствие — а ведь в случае чего я с ним не справлюсь! Но отступать уже было поздно.
 
— Проходи, — показала ему, а сама пошла чайник ставить. Он сел на кровать, а я поставила перед ним стул спинкой вперёд и уселась верхом. Получилось, что я как бы нависаю над ним, и защищена спинкой стула.
— Так что ты можешь сказать в своё оправдание?
— Ты знаешь, что такое «диггер»?
— Знаю — древняя компьютерная игрушка.
Он усмехнулся.
— Это такая городская субкультура. Диггеры — это исследователи городских подземелий. Вот мы, например, интересуемся историей метро. Конечно, метро всегда было объектов двойного назначения, но есть закрытые ветки, по которым нет пассажирского движения, так называемое «Метро-2». Говорят, есть даже ветки, которые идут за город — в Голицыно, где штаб войск РВСН; под Чехов, где подземный командный пункт вооружённых сил; в Балашиху, где командный пункт ПВО. В 90-е, когда был разгул гласности, про это даже в газетах писали, а сейчас всё это прикрыли, и официально ничего не сообщают.
— А вы, значит, пытаетесь это разнюхать? — я продолжала его допрашивать. — Чем это отличается от шпионажа?
— Это скорее ближе к краеведению. А то у нас всё засекречено — что нужно и не нужно. Вот, например, ты знаешь, что в 1941 году на станции «Кировская» был штаб московской системы ПВО?
— Не слышала про такую станцию.
— Деревня! Сейчас это «Чистые пруды».
Я недоверчиво глядела на него.
— Это её переименовали, что ли?
— Да, в 1990-м году. Тогда много чего переименовали. Вот, например, ты знаешь, какой был партийный псевдоним у Жданова?
— А кто это? Ты мне зубы не заговаривай!
— Катерина, так ты не москвичка? Все москвичи эту шутку знают. Когда станцию «Ждановская» переименовали в «Выхино», то пошла шутка, что партийный псевдоним Жданова — Выхин.
Я засмеялась — прикольно!
— Ты прав — я приезжая, а эту квартиру снимаю.
Он прислушался.
— У тебя чайник закипел. Ты обещала кофе.
— Как там — «дайте водички попить, а то так есть хочется, что переночевать негде»?
— Переночевать? — задумчиво переспросил он.
— Я пойду кофе делать, — и я отправилась на кухню.
  
Глава 18
 
Почему он сказал про «переночевать»? Или это я первой сказала? Но мы стоим друг друга! Хотя я выследила его первой! Я поставила перед ним чашку.
— Сахар по вкусу.
— Так кофе тоже с помойки? — улыбнулся он.
— Слушай, может, хватит? — оборвала я. — Когда шутку постоянно повторяют, она перестаёт быть смешной.
Он помешал кофе и осторожно взял горячую чашку.
— Когда я увидел тебя в помойке — я был в шоке. Вот уж чего никак не ожидал. Хотя мог бы давно догадаться.
— Догадаться? — насторожилась я. — И по каким признакам? На чём же я прокололась?
— Какие-то мелочи — не боишься испачкаться, не трясёшься над своими тряпками, ну и вообще вся такая решительная. Прямо настоящая расхитительница помоек!
— Но когда ты увидел меня первый раз, я тебе не понравилась? Помнишь, когда меня Светлана привела?
Павел задумался.
— Ты вела себя непривычно смело. И я захотел поставить тебя на место.
Я внимательно смотрела на него.
— И у тебя получилось?
— Зачем ты спрашиваешь? Ты же знаешь, что ты меня тогда уделала.
Я довольно улыбнулась, но продолжила расспросы:
— А остальные приколы? Например, когда ты мне живую мышку в комп подкинул?
— Да, это глупо получилось, — признался Павел. — Это что-то из репертуара школьника, который пытается оказывать внимание однокласснице.
— А одноклассница отвечает ему тем же? — спросила я.
— Тем же? — удивился Павел. — Я думал, это такая месть с твоей стороны.
— Ну можно и так сказать.
Он поставил пустую чашку.
— Я, наверное, пойду. Уже поздно.