Добрая похоть (СИ)

— Саяка! — позвал я ведьму, борющуюся за плавучесть с крысой. Не то, чтобы крыса мешала ведьме, она просто хотела залезть ей на голову, а вот сама госпожа Такамацури была решительно против.
— А?! — откликнулась девушка, укусив зверя за бок. Тот, тоненько взвизгнув, отпрыгнул в сторону от жестоковыйной мадамы и поплыл к берегу.
— На! — от моей руки до великой мудрицы протянулся тонкий красный луч приёма «Вера», здорово усиливающего выбранную мной даму, а еще позволяющую ей парить над какой-либо поверхностью, — Сбей эту дуру с неба!
— Ыых! — сказала Саяка, бодро подлетая на метр над водой.
— Бульк! — ответил ей я, совсем забывший, что вынужден во время действия приёма сохранять неподвижность!
Пришлось отключать приём, позволяя ведьме шлепнуться в воду, а затем, быстренько раздевшись до майки с трусами, бросать исконно-посконный русский клич по сторонам, заполненным водоплавающими соратниками:
— Эй!! Держите меня семеро!!
К моему глубочайшему удовлетворению, окружающие уже были в достаточной степени простимулированы летающей в небесах блондинкой, обладающей силой запечь крейсер как булочку, от чего среагировали оперативнее, чем голодный студент, бросающийся встречать курьера с пиццей. Я был схвачен за всё подряд как девушками, так и дрейфующими поблизости матросами и, стараясь не смотреть, чьи руки крепко сжимают мой тазобедренный комплекс, вновь пустил красный луч в Саяку. Та снова подлетела в воздух, тут же открывая огонь по продолжающей гробить ценное судно Тадарис.
Идея оказалась не очень эффективной, по причине отсутствия у товарища Саяки дальнобойных заклинаний. Бывшая ведьма могла похвастать «колдовской пулей», но у этого колдовства был эффект дробовика, полностью пропадающий на половине пути к продолжающей жечь напалмом Святой. Массовые заклинания тоже не доставали. Оставалось лишь колдунство, обозначенное как «шар магии» и представляющее из себя светошумовую гранату с легким отталкивающим действием. Ей Саяка и начала пулять по бывшей богине.
Нет, мы, конечно, могли уйти на дно, бросив моряков…, но это был план «Б».
Тадарис, показывая свою, выходящую за все рамки логики, целеустремленность, продолжала жарить крейсер, что позволило нашей ведьме с третьей попытки всё-таки попасть по вредительнице. Эффект оказался потрясающий! Взвизгнув так, что даже мы услышали, Святая закувыркалась в воздухе как получивший под зад петух-трудоголик! Госпожа Такамацури, демонически захохотав, вновь начала целиться. Пользуясь паузой, я бросил взгляд на лодки, набитые солдатами, увидев, что те остановились у мостков гавани и наблюдают за происходящим. Почему так — было понятно. Люди просто задолбались грести туда-сюда.
Я не очень люблю логику, когда она предсказывает неприятные и независящие от меня вещи. Сейчас, находясь в неподвижности и отчаянно кося в небо, я предугадал, что когда Тадарис закончит кувыркаться как сдувающийся воздушный шарик, то она обязательно обидится, затаит и отомстит. Ну, если мягко выражаться, а так, учитывая, что я слегка знал эту взбалмошную и эгоистичную особу, то можно сказать и прямо — выйдет из себя так, что нижнее белье загорится, а потом будет садить всем что есть по Саяке. До победного. Пришлось вопить, предупреждая вальсирующую над волнами ведьму о том, что ей грядёт нечто плохое, а возможно даже и нехорошее. 
Вот прямо как в воду глядел!
Блондинка, стабилизировавшись, начала осыпать Саяку короткими лучевыми вспышками, от которых та ловко уворачивалась, летая над водой бодрой мушкой и посылая в ответ свои светящиеся шары. Левитация Тадарис, в отличие от быстрого шмыганья бывшей ведьмы, была делом довольно медленным, а опыта воздушных маневров у блондинки плакали коты. В результате богиня визжала как резанная, вынужденная постоянно срываться с места, чтобы пропустить мимо себя опасный шарик. Увернувшись очередной раз, Тадарис воздела руки к небу, призвала какую-то золотисто-белую раскрашенную под хохлому бяку неописуемого вида, а затем натравила это непонятно что на противницу. Вихрастая ведьма, нимало не смутившись виду непонятной бяки, с видом опытной конькобежицы заложила вираж прямо мимо меня, преследуемая странной хренотенью. Та, оказавшись чем-то божественно-намоленным, логично растворилась в воздухе, оказавшись в зоне моего пассивного поражения. Бывшая богиня изошла на фекалии, но, получив еще одну «магическую бомбу» в пузо, вновь начала кувыркаться, как роза в проруби.
 
Скосив взгляд на флотилию наших недругов, я увидел, что они продолжают торчать там же, где и остановились, не делая ни малейших попыток к нам приблизиться. А действительно, в чем смысл? Как оказалось, меня кроме девчонок поддерживали лишь двое матросов, а остальная команда, спасшаяся с атакованного лучами любви корабля, уже забралась на последний, что здесь остался, и он в данный момент шустро драпал, вовсю дымя парочкой труб. То есть, говоря просто, грубо и откровенно, соваться к нам сейчас означало лишь попасть взбешенной до предела Святой под горячую светящуюся руку.
Тем временем Тадарис, избегая редких, хоть и метких залпов ведьмы, умудрилась войти в долгий штопор, снижаясь по спирали. Видимо, этот маневр в виду длительности стал для её глазок исцеляющим фактором, от того, проморгавшись, она узрела не только катающуюся над волнами великую мудрицу, но еще и нашу группировку, напоминающую советских тружеников, удерживающих над водой памятник раздетому до трусов Ильичу с вытянутой рукой. Ну и «Ильича» она, конечно, тоже опознала.
— Мач Кррррайм!! — белугой взвыла бывшая богиня, — Ты смеешь использовать мой собственный класс против меня?!!
Женская логика. Мастер-класс от богини. Переварив вопль, я уж было хотел язвительно спросить грудастую блондинку, а как я вообще могу его не использовать, но она, так получилось, ответа на свой вопрос не ждала, а собиралась пульнуть в меня своей гадостью. Но Саяка со своей опередила. Матерящуюся летающую богиню вновь закрутило самым лютым образом, а я понял, что это игра в одни ворота. Если смотреть правде в её наглые, бессовестные и злые глаза, то всё, что делает Саяка — это доводит Тадарис до ручки. Причинить ей вред…
— «Призыв драки!» — ликующий вопль Саяки едва не заставил меня пустить ветра от неожиданности. Мало того, что не героично ни разу, так меня сзаду еще и держат, помогая в этой нелегкой борьбе… и да, что блондинка снизилась, попав в зону уверенного саякиного поражения, я понял только сейчас. 
Подумав, я отключил усиливающий Такамацури приём, заставляя ту вновь шлепнуться в воду, однако, нерастерявшаяся ведьма тут же заработала руками и ногами, удерживая взглядом ту точку, в которой через несколько секунд должна была появиться слегка побитая Святая. Вывернувшись из крепких объятий, я скомандовал матросам валить куда глаза глядят и как можно быстрее, но, если попадут в плен к монстрам — сразу же сообщить, что они от меня.
— Атакуем все дружно! — рявкнул я, облачаясь в доспех «барона-разбойника» и призывая щит, — После атаки уходим на дно!
— На дно!! — зачем-то радостно заорали Матильда с Тами, тряся руками. Видимо, так устали меня держать в такой позе.
Тадарис после того, как облако рассеялось, оказалась висящей к нам тылом, что стало для неё очень большой неприятностью. Нет, сначала (бэмс!) удар моим брошенным щитом по затылку и «магическая бомба» Саяки, залетевшая четко под подол, от чего нашу противницу подкинуло на метр вверх, не вызвали (наверное), особых эмоций. Только вот (вжик!) арбалетный болт от Мимики, прилетевшей Святой в роскошную правую ягодицу, заставил молниеносно обернуться… и получить здоровенным яйцом прямо в лицо!
Все посмотрели на Тами. Даже держащаяся за торчащий из попы арбалетный болт Тадарис, по чьему лицу и ниже стекала желто-белая слизь и яичная скорлупа.
— Ну мне же нечем атаковать на расстоянии…, - спокойным голосом объяснила гномка, а затем, поперхнувшись, дико взвизгнула, — На дноооооо!!!
И мы нырнули. Перед тем, как показать ожесточенно трущей лицо бывшей богине свой блестящий мокрый зад, я увидел, как от самых стен академии монстров набирает силу огромная волна, идущая против всех законов природы на набитые солдатами лодочки в бухте. Кажется, Виенна наконец-то сделала свой ход!