Добрая похоть (СИ)

В нужную гавань мы ворвались, как среднестатистическая бабка в отъезжающий автобус — с шумом, пылью, великими физическими нагрузками и паром из ушей. Опоздание было уже на полчаса, от чего я с легкой паникой представлял себе возможные алаверды от жестоко ущемленного Шарвара (хотя возвращение в «Золотую бороду» казалось на порядок страшнее), но молодой эльф со звучным именем Сатир оказался на месте. Даже больше, по звучному эху им изрыгаемых ругательств и проклятий, мы быстро отыскали пузатый корабль, весело покачивающийся на волнах в самом дальнем конце пирса. На его палубе и сидел сквернословящий молодой че… эльф, активно прикладывающийся к бутылке.
Был упомянутый «золотой молодец» встрепан, расстроен, поддат и слегка истеричен, поэтому начал общение с вопля, носящего негативный оттенок с легким вопросительным подтекстом, в отцензуренном варианте представляющим из себя вопрос: «А чего так долго?!».
— Пробки! — ляпнул я, не подумав. Все сделали круглые глаза.
— Ну пробки, это конечно да…, - заметно смешался подвыпивший юноша, уже вводя меня в изумление, но тут же ожил, — У вас есть деньги?!
— Есть! А у вас есть корабль?! — следующей «неподумавшей» стала Саяка, вводя Матильду в челодлань, а эльфёнка в ступор, который тот решил лечить с помощью бутылки вина.
Полечившись, юный тип, не выказывая никаких признаков капризности, задирания носа и прочих замашек золотой молодежи, деловито предложил нам начать оформлять сделку, суть которой была простой как тапок: я ему миллиард, а он мне корабль. Со стороны Сатира обмана не было, Статус корабля был как на ладони, с моей тоже, поэтому, без особых треволнений, мы приступили к расчету.
А вот с последним было не всё так просто. Дело было в том, что самой крупной купюрой у канис значилась банкнота в 10 000, то есть мне нужно было передать продавцу 100 000 купюр. Передавались они довольно смешным образом — рассчитывающиеся стороны протягивали друг к другу ладони, между которыми начинали весело летать купюры, появляясь у одного и исчезая в инвентаре другого. Конечно, можно было воспользоваться другим способом и выгрузить денежный «кирпич» прямо на палубу, но здесь, в гроте, было довольно ветренно, от чего мы с Сатиром и раскорячились друг напротив друга, соединенные денежной «струей».
Однако, жизнь просто не могла пропустить такой прекрасный момент, чтобы не плюнуть мне в суп. Выразилось это в виде мухой вскарабкавшегося на палубу встрепанного пацана, дышащего как загнанная лошадь.
— Господин Ффноа! — прокашлял едва отдышавшийся пацан, — Вас ищут! Ваш отец с отрядом стражи! Они только что покинули «Ястребиную утку» и направляются сюда!
— Мне!%?:(*»!! — экспрессивно выдохнул представитель золотой молодежи, начиная совершать панические движения ногами и задом. Его перед был надежно фиксирован получением денег, от чего глаза парня стали отчетливо круглыми и полными ужаса. С дрожью в голосе он пробормотал, — «Утка» очень близко отсюда. Шога, они торопятся?!
— Ваш отец очень зол! — доложил пацан, — Но он идёт пешком!
— Так, Шога! — Сатир дал изрядного петуха, но тут же принизил голос, — Беги туда! Обойди отца и подберись к нему сзади! Скажи, что я валяюсь пьяным в… в… «Салоне Пловиса»! Понял?! Бегом!
— Г-г-г-г-г…, - мальчишку затрясло как старый холодильник.
Я медленно закатил глаза, вздохнул, а затем успокаивающе произнес:
— Кто-нибудь… дайте этому пацану денег!
Две крупные купюры моментально примирили мальчика с перспективой всего, кроме смертной казни, от чего тот унесся со скоростью ударенного током кота. Раз — и его нет.
— Не сработает, — сквозь зубы процедил слегка успокоившийся Сатир, — Шогу отец расколет до задницы за один взгляд!
Он оказался прав. Меньше, чем через пару минут произошли одновременно два события — денежный поток иссяк, завершая сделку, а от начала пирса раздался злобный вопль чрезвычайно разочарованного в собственном сыне отца, плавно переходящий в начальственный мат, приказывающий окружающим немедленно доставить всех причастных в удобной для анальных кар позе под светлые очи высокого начальство, иначе эти самые кары будут применены как к стражникам, так и к их семьям, родственникам и домашним питомцам. 
 
— Отдать швартовы! — рявкнул я, хлопая окровавленной ладонью по голубой полусфере, выступающей из палубы ближе к корме, прямо за рулевым колесом. Корабль перешёл в мою полную собственность по уверениям Системы, а нам срочно нужно было перейти теперь на нем в море. Подальше от злого как российский тренер по футболу бонзы местного разлива.
— Что такое швартовы?! — тут же возопила почуявшая грядущие беды Саяка.
— Режь херню, которой он примотан к деревянной херне!
Великое преимущество рабочего русского, имеющего много общих корней с женским русским, в том, что им можно очень кратко задать понятный вектор, одновременно с этим сопроводив его достаточно ёмким эмоциональным посланием, призванным максимально стимулировать исполнителя. Великое преимущество универсального переводчика магикона в том, что волшебная машинка это понимает в полной мере. Саяка тут же лупанула по одному из удерживающих корабль канатов «волшебной пулей», а Тами, расщелкнув своё копье на всю длину, обрезала второй.
Топот множества тяжеловооруженных людей, несущих нам звездюли, был уже близко.
— Нам конец!! — проинформировал нас паникующий сын, сидя на корточках и держась за волосы обеими руками.
— Как им управлять?! — прорычал я, слегка пиная Сатира.
— Голосом! — всхлипнул тот, — Только у корабля нет маны, понимаешь?! Совсем нет!
— Ах ты козёл нехороший, — сказал я матом, разгибая парня и тряся его за грудки, — Как зарядить?!
Заикаясь, Сатир быстро объяснил, что требуется прижать руки к голубой полусфере, а затем разрешить той жрать собственную ману, от чего и был моментально унесен любящим мной в нужную сторону, а затем впечатан наглой мордой в метрового диаметра полусферу, выступающую над досками палубы. Одновременно с этим, я сунул к голубому стеклу собственные руки, отдавая команду на зарядку. Резерв, содержащий почти тысячу очков маны, был моментально «высосан» сферой, от чего та едва заметно засияла.
Я сразу почувствовал себя слегка зажатым в угол. Собственное здоровье пришлось сбить в ноль, чтобы выдавить кровь на привязку корабля, по пирсу топочут взбешенные стражники, а мана показывает нулевые значения. То еще дельце. Ну да, девчонки готовы к схватке, но я-то не готов?!
— Командуй! — заорал не желающий встречаться с отцом эльф, — Прикажи ему выходить из гавани на максимальной скорости!!
Пролаяв нужную команду, метнулся к борту, готовясь драться. Однако, этого не требовалось, по крайней мере, сейчас. Умничка Матильда, которая хоть и вертела головой до этого момента без особого толку, догадалась сделать одну жизненно важную штуку — просто-напросто повиснув всей своей тушкой на примечательном рычаге возле трапа. От такого дела трап и свернулся нафиг, а там уже и сам корабль двинулся с места, разрывая дистанцию с топчущимися по пирсу матерящимися стражниками, тщетно норовящими зацепить борт алебардами.
— Задержите их! — орал стоящий позади толпы стражей мужик в роскошной шубе, — Сатир! Вернись! Лишу наследства! Отрекусь! Вернись немедленно! Я же тебя найду!!
— Хрен тебе, отец!! — восторженно заорал моментально приободрившийся эльф, — У меня есть миллиард канис и впереди свобо..
Дальше он договорить не успел, будучи взятым мной за шкирку и за штаны в районе задницы. В следующий момент Сатир Ффноа изобразил из себя гордую птицу, впиливаясь собственным телом в нестройную толпу стоящих на причале стражников, от чего некоторые из них посыпались в воду, крича плохие и грубые слова.
— Это тебе за ману, козёл нехороший, — пробурчал я, отворачиваясь от чужой семейной сцены, — И за папу. И чтобы еще этот дятел нас в задницу не клевал!
Живой корабль бодро пёр из грота в открытое море, от чего мне в лицо бил ветер свободы и приключений. Сзади бурно радовались обнимающиеся девушки.