Искатель Моравола (СИ)

Первое, что пришло им в голову — найти Тавискарона и отправить его в Пустоту самым жестоким методом, однако Блэйд напомнил Эниде, что племянник герцога в первую очередь ожидает именно такой реакции и поэтому будет держать большую часть канцелярии возле себя, чтобы иметь возможность дать отпор.
— Элайна сказала, что Августин специально провоцирует Тавискарона. — Пробормотала себе под нос чародейка. — А что, если племянник герцога думает так же? К тому же она сказала, что город — игрушка для интриг, и враги вполне могут переиграть нас.
— Тебе не нужно заботиться о том, что сказала подстилка Первоначал, — наклонившись к Эниде, буквально прошипел ей в лицо Блэйд. — Ее слова не имеют значения. Мне нужно попасть к Тавискарону, и ты мне в этом поможешь!
— Чем? — Чародейка оскалилась в ответ, но тут же удивленно вскинула брови. — Подстилка Первоначал? Откуда ты об этом знаешь?!
— Это не важно, — чернокнижник отодвинулся от напарницы.
— Отлично. Тогда ответь на вопрос, который имеет для тебя значение! Что такого в твоем артефакте? — Энида сложила руки на груди. — Ведешь себя так, словно от него зависит твоя жизнь.
— Не только моя, но и всего Моравола.
— Ты — не мораволец, не нужно делать вид, что вас что-то объединяет или что тебя заботит его судьба, — цинично завила чародейка и, поднявшись с места указала на выход. — Что же, если артефакт для тебя так важен — вперед, а теперь извини, мне еще нужно разобраться с тем, что произошло в лабиринте.
— Это забота Вортигерна.
Энида тяжело вздохнула, едва сдержав усталое: "если бы только его", и направилась к двери.
— У меня есть идея как нам отыскать остальных заговорщиков, и, если твой артефакт может подождать, я не отказалась бы от помощи.
Она повернулась к колдуну, ожидая услышать ответ, но за ее спиной не было никого. Чернокнижник исчез, видимо, посчитав, что не желает тратить свое время на захваченное чудовищами подземелье, оставляя напарницу в одиночестве.
И несмотря на их недолгое знакомство, почему-то Энида почувствовала пустоту внутри. Словно оказалась предана или потеряла важного товарища. И от осознания этого мгновенно разозлилась на саму себя.
С чего она вообще решила, что у них есть общая цель? Чернокнижник заявился к ней в кабинет, миновав стражу и ловушки, чародейка ничего не знала о нем, и должна была наказать колдуна. Как минимум за проникновение в дом аристократа. Но вместо этого она решила послушаться его и ввязалась в авантюру, которая вполне могла быть ловушкой Тавискарона.
Вместо того, чтобы следить за канцелярией и не дать ей выступить против Августина в такой важный день, она бросилась вслед за незнакомцем и стала главной причиной взрыва на складе, подорвавшем авторитет Моравола. Более того, она провела Блэйда в самое сердце Цитадели Архимага, даже не задумываясь, какой вред он может причинить. Человек его сил мог без проблем вырезать половину правительства, разгромить цитадель или украсть важные бумаги, и все это благодаря «дикарке с юга», которая внезапно для самой себя стала достаточно наивна, чтобы даже не задуматься об этом.
Прикусив губу, чтобы не выругаться, Энида спрятала кулаки в карманы, вышла из штаба Канцелярии и направилась на верхние уровни Цитадели. Если она и могла еще что-то сделать, чтобы не чувствовать себя бесполезной в этот день, то в Мораволе оставался лишь один человек, способный ей помочь…
Моравол, Южный Вход В Дворцовый Квартал, 16:31
Андриан провел рукой по вымокшим волосам, отбрасывая их назад и с ненавистью посмотрел вверх. Закрывшие небо тяжелые облака не торопились прекращать выливать потоки воды на практически беззащитных горожан, а способные повелевать стихией маги заботились только о себе и площади архимага. Место, где должна проходить вечерняя часть праздника, старательно оберегалось от любых видов непогоды, а узнавшие об этом люди старались попасть к цитадели как можно раньше.
Впрочем, была и еще одна причина этого стремления: всем хотелось стоять как можно ближе к трибуне, где будет выступать Августин, а защита от проливного дождя шла приятным дополнением.
 
Чародей с тоской подумал об Агне, которая столь часто отводила от них стихию в довольно недружелюбном Варлолине, и повернулся к спутникам.
— Есть идеи, как нам найти эту… Эниду? — спросил он у Оттона, не решаясь отвлекать Мильву от разглядывания позолоченных решетчатых ворот и давать лишний повод открыть рот.
— Не знаю. — Полутролль пожал плечами. — Я никогда не слышал о ней. Ты уверен, что гвардеец сказал именно это имя?
— Мы все слышали гвардейцев. — Мильва оторвалась от ворот и перевела взгляд на стражников, охраняющих дворцовый квартал от лишних гостей. — Вопрос в другом: с каких пор моравольская знать позволила кому-то из чужеземцев селиться возле себя?
— Может быть, она не чужеземка? — Задумчиво произнес Андриан, глядя сквозь прутья ворот на богатые дома аристократов Моравола. — Может, кто-то из местных решил испортить жизнь своему ребенку и назвал на южный манер.
Один из стражников не выдержал и улыбнулся. Всего лишь на мгновение, однако этот жест не остался незамеченным наблюдательным Андрианом.
— Вы знаете, о ком мы, не так ли?
Стражник промолчал, глядя в невидимую остальным точку перед собой.
— Да бросьте! — Воскликнул Андриан, стараясь как можно быстрее сменить стиль речи на тот, к которому привыкли все знающие его по академии чародеи. Добродушный, располагающий к себе парень, способный всего лишь словом заполучить все, что ему нужно. — Уж пару сплетен-то можете рассказать! Ничего вам за это не будет.
Второй стражник, стоявший с левой стороны ворот, нахмурился и перевел взгляд на болтливого чародея.
— Шел бы ты отсюда, — фыркнул он и положил ладонь на пристегнутый к поясу клинок. Как только рука обхватила рукоять, лезвие вспыхнуло алым светом, подсказывая, что его владелец собирается сделать с настырными подростками.
— Хорошо, — кивнул Андриан, делая шаг назад и примирительно подняв руки. Он внимательно осмотрел стражников и, за мгновения придумав план, как им попасть внутрь, добавил. — Я уйду. Однако думаю, что вам стоит знать: вы гоните человека, способного упомянуть вас в разговоре с Вортигерном. На жалобу он не обратит внимание, но вот на рекомендацию… — чародей замолчал, с намеком глядя на угрожающего ему стражника. Не увидев ответной реакции, он пожал плечами и повернулся спиной. — Нет так нет. Пошлите, ребята.
Он махнул рукой недоуменно смотрящим на него спутникам и широким шагом направился в противоположную сторону. Его план должен был сработать и чародей уже начал обратный отсчет, в надежде, что алчность возьмет верх. Три… два… один…
— Черт тебя забери, парень, — прорычал первый стражник. — Чем докажешь, что ты знаком с Вортигерном?
Пряча самодовольную улыбку, Андриан вновь повернулся к стражникам.
— Испытайте меня. Насколько мне известно, артефакты, определяющие честность человека, должен носить каждый хранитель закона.
Стражник, прищурившись, оглядел слишком наглого подростка и кивнул. Достав из-за пазухи небольшую пластину, он уже протягивал ее подошедшего чародею, как внезапно его руку перехватил напарник, неожиданно быстро оказавшийся рядом.
— Что тебе нужно? Сомневаюсь, что одни лишь слухи.
Первый стражник, недовольно поморщился и повернулся к напарнику. Его взгляд буквально говорил, что этот выкрик был явно лишним, ведь можно было скормить парню пару ничего не значащих слухов и прогнать, но теперь… теперь юнец запросит явно больше, чем просто сплетни аристократов, иногда доносящиеся до ворот.
Андриан вновь улыбнулся, радуясь, что оппоненты сами облегчают ему работу, и приглашающе развел руками.
— Практически ничего, всего лишь приоткрыть ворота и сделать вид, что не заметили, как в закрытый от посещения квартал проникли три слишком любопытных подростка.
— Невозможно, — отрезал стражник, рубанув перед собой ладонью. — Если колдуны узнают, кто именно пропустил оборванцев, с нас живьем снимут шкуру.