Попадос и два ствола 2 (СИ)
Два облезлых обезьянних пенсионера сидят на траве под солнышком, привалившись спинами к капсуле. Оба внимательно следят за моим лицом и руками, своими слезящимися мутными глазенками.
- Ну, давайте уже, - подгоняю их я, - Вы меня не видели – я вас тоже не заметил. Все при своих – и разбежались!
Супружеская пара, видимо. «И в горе и в радости»… Да ну их – пусть себе доживают.
Как ни странно – до престарелых животных быстро доходит, чего я от них желаю.
С почти человеческим покряхтыванием, помогая друг дружке, они тяжело поднимаются на нижние конечности и удаляются в южном направлении…
Не прощаясь и не оглядываясь.
- Видал? «И жили они долго и счастливо и умерли в один день»! – озадаченно чешу заросший кадык я, - Наверное, это и называется: «лебединая верность». Даже у обезьян. Впрочем, тебе щеглу пока не понять, - и умудренно вздыхаю.
- Чего не стрелял-то? – снимая с лица страшную маску саблезубого тигра, интересуется любимый внук своей бабушки.
- А сам? – коротко гогочу я, - «Мама»! Да ну, чего лишнее зверье выстрелами подманивать? Может их тут, по округе, еще с полбатальона шарашится? Да и патроны жечь вхолостую… А чего замер-то? Приказ никто не отменял! Мухой наверх взлетел!
- Понял, - щеки Саньки окрашиваются в цвет пожарной машины. Пацан сконфуженно кивает и взбирается на крышу, явно мечтая лишь о том, чтобы гадкий и язвительный насмешник Кот о «маме» больше никому не насвистел. А особенно Яне…
Настоящую причину я пацану озвучивать не стану. Негоже командиру излишний гуманизм и человечность на всеобщее обозрение выставлять. Вполне могут слабостью выглядеть.
На самом деле - мне тупо не захотелось убивать этих гамадрильских пенсионеров.
Это ведь, почти каждого человека – практически всегда найдется, за что убить, а вот по неразумному зверью без повода стрелять – как-то неправильно, что ли. Никакой опасности две данные особи не представляют – так на кой им кровь пускать?
Кот – гуманист! Следуй путем Кота!
Между тем, к двум отважным разведчикам из головного дозора, присоединяются остальные члены группы.
Выставляем еще одного бойца в караул и парами разбегаемся по схронам.
Один копает – другой охраняет. Пока так. Уже смотавшийся на поля Олег, докладывает по поводу картошки и прочего: шанс собрать хотя бы часть предполагаемого урожая - имеется. Она еще и взойти толком не везде успела. В качестве меры безопасности на случай обратной миграции животных, завхоз предлагает огородить сельскохозяйственные угодья траншеями и кольями вбитыми остриями к внешнему миру. Глядишь, да обойдут.
Неопределенно киваю, про себя прикинув, что сей процесс займет туеву хучу времени и очень больших трудозатрат.
Впрочем, мне все равно – пусть он сам со своей бомжепацифик бригадой и парится.
Поматерясь и попотев - размещаем на плоту две «двуспальные» капсулы.
Складируем в них отрытое имущество.
И кстати, ни один из тайников во время нашествия не пострадал! Что очень радует всех присутствующих. На дворе солнечное весеннее утро – так что, сегодня мы еще раз сплавать туда-обратно, точно успеем. А то и все два.
Марго подходит ко мне, когда наш озерный лайнер уже готовится отчаливать:
- Слушай, Кот, у меня уже с полчаса такое ощущение, что на нас кто-то смотрит! – негромко, только для моих ушей, сообщает девушка.
Бросаю взгляд на Юрку с Саней, еще не снятых с постов.
- Как там у вас, воины?
- Все норм!
Поворачиваюсь к девушке и пожимаю плечами. Мол: «сама все слышала».
- Ну, не знаю, - вздыхает психофакиня, - Вот никак не могу отделаться от этого чувства!
- Да, брось! – я улыбаюсь, – Может, ты просто еще от прошлых приключений не отошла?
Нервишки, то-сё?
Фыркает оскорбленной пантерой и демонстративно отворачивается в сторону озера…
Ну и ладно.
Нет, я уже достаточно давно – вполне серьезно отношусь к этой девушке и ей не надо мне ничего доказывать, но в данном случае, сдается, что Маргоша «на воду дует».
Хотя, вообще, как по мне: во многих женщинах - фея от ведьмы отличается только настроением.
И потому - они гораздо лучше мужчин улавливают всякое «такое». Таинственное, загадочное и мистическое. На ментальном уровне.
Не то, что мы, мужики - простодырые и толстокожие, как носороги.
Однако же, чувство опасности у меня развито не хуже, чем у бывалого и рваного дворового кота, пробирающегося к заветной помойке!
Ну, а сейчас оно совершенно спокойно и не подает абсолютно никаких тревожных сигналов.
- Нет! Не показалось! – прильнув к биноклю и обследовав западный берег, отрывается от оптики Марго и с гордым блеском в глазах предлагает, - Сам посмотри.
- Что там? – тянусь к своему биноклю я и уже на половине движения слышу лихой разбойничий свист, прилетевший с противоположного края озера...
Глава 4. И незваные гости бывают кстати
Не встречая препятствий, над водой звуки разносятся стремительно и далеко.
Быстро покосившись на Марго, оглядываю противоположную сторону водоема.
Ну, и где же ты, Соловей-разбойник?
Покажись!
Ага - вот он. Да, еще и не один пожаловал! Ну и чьих же ты будешь?
Тьфу! Да это же Федя-Мустанг! Точно – он! Ишь, как энергично семафорит, бродяга! А с ним Серый и еще какие-то люди.
Ответно машу рукой с карабином и кивком пригласив с собой даму, усаживаюсь в лодку.
По сравнению с плотом-авианосцем она выглядит легкомысленным речным трамвайчиком.
Энергично гребу и вслух размышляю о том, что могло послужить причиной, появления здесь, всех этих персонажей. Маргоша накидывает свои версии.
Обезьяны поселок одолели?
Маловероятно. В шесть сотен стволов - население «Форта-Полкан», должно было отбиться практически от любого нашествия.
Скорее всего - дело тут совсем в другом.
Похоже, они все-таки, доигрались в мятежников. И пришли-таки за «политическим убежищем».
Бежали от репрессий? Или были официально изгнаны, вновь пришедшим к власти полковником?
Лодка быстро скользит по спокойной поверхности озера и лишь у самого берега, я замедляю её бег.
Не хватало еще напороться на какую-нибудь гадкую прибрежную корягу, затаившуюся под водой коварной змеей.
В молчании выбираемся на сушу. Со стороны пришлых тоже стоит тишина.
- Ну, что, горожане, приветствую вас на вольных землях нашего великого народа! – в духе индейских вождей, торжественно и величаво, поднимаю ладонь вверх.
- И вам не хворать, селяне! – Федя расплывается в своей, не слишком симметричной, но открытой и приятной улыбке.
- Правительство в изгнании? – улыбаюсь я, - Жертвы интриг и неудавшихся дворцовых переворотов?
Федор самоиронично ухмыляется в привычном стиле, Серый чуть сконфуженно фыркает.
Знакомимся с остальными.
Быстро и ненавязчиво приглядываюсь к неожиданным визитерам.
Федя-Мустанг прикочевал вместе с уже знакомой нам супругой, Еленой. Серый тоже с женщиной. С ними еще два мужика со своими дамами. Один из них - Витя, который, вместе с плотником меня из городской «тюрьмы» вызволял.
И одинокий «красавчик»…
«Георгий»! – очень весомо произносит он при знакомстве.
Спасибо, хоть: «Победоносец» - не добавил! Павлин не ощипанный.
Ровесник – судя по всему. Что же, надо признать - не обделенный шармом экземпляр. Раскованный, уверенный в себе, высокий и хорошо сложенный. С частоколом крепких зубов и многозначительно сбитыми кулаками. Сразу с порога производит впечатление и прекрасно об этом знает. Вон как Маргошка засуетилась-то! На извечных женских рефлексах, причесочку неосознанно поправляет, курица глупая. А голосок-то прямо ангельский. На губах бархатная улыбочка гуляет - лукавая, как партия в покер. Вот же пигалица дурная - ведь типок-то, весьма тревожный. Это с полувзгляда - инстинктивно ощущается. С таким рядом - жизнь или проще станет или опасной до самых бровей. Ибо в любой и каждой заварухе, подобные персонажи впереди строя несутся и очень многое на себя берут, но зато и конфликты эти – тоже, часто именно из-за них и возникают.