Попадос и два ствола 2 (СИ)
- Слушай, Кот, лично я, точно никуда не пойду, - неожиданно подает голос, обычно молчаливый и послушный, Леня-аромат, - Здесь останусь. Буду базу охранять.
Невольно весело усмехаюсь подобному категорическому заявлению. Понятно, почему он так решил. Запасы трофейной алкашки в лагере скопились весьма немалые и тащить разнообразные бутылки с собой в «Форт-Полкан» никто не станет. Ноги бы унести. Вот этот поклонник зеленого змия и решил остаться рядом с объектом своей, почти религиозной страсти и поклонения.
- Обопьешься ведь и сгоришь, дурак. Если корейцы раньше не завалят.
- Да, пусть остается, - встает на сторону бывшего бомжа Олег, - Какой-никакой, а сторож. Мне хоть немного за хозяйство спокойнее будет. Может все не слишком надолго затянется, а? – с надеждой предполагает он.
Машу на обоих рукой:
- Да, делайте, что хотите.
Если совсем откровенно - судьба данного потерянного персонажа, лично меня сейчас волнует в минимальной степени. Не до него. Надо решать, как самых ближних уберечь, да и самому не помереть раньше срока, отмеренного природой и мамми Рамлой…
Глава 25. В свободном плавании
Второй день чешем по степи. Дело для многих из нас давно уже не новое и можно сказать - привычное. Мы по полям «RX-2704» и до того, нехило километров намотали, однако сейчас процесс перемещения из точки А в точку В выглядит несколько иначе, чем прежде.
Маршрут движения группы теперь прокладывается исключительно от одного естественного укрытия до другого. Проще говоря – максимально быстро передвигаемся от перелеска до перелеска. Там осматриваемся. Намечаем следующую промежуточную цель и устремляемся к ней.
Впереди, на приличном расстоянии от ядра группы, рысит головной дозор. Усиленный.
В нем идут трое. Как правило, в число троих дозорных поочередно попадают: Виктор, Георгий-первый, я, Федя или Анна.
Следом шлепает основная часть личного состава: Марго, Олег с сыном Юркой, Санчо, Серый, Артем, Георгий-второй и признанный относительно годным – «Дима-грузчик» из бывших рабов.
Виталий, отбитый у мексиканцев в последнем выходе, тоже рвался в бой, однако мужик до сих пор от побоев не отошел, хотя и храбрился. Но всё же был забракован «медкомиссией».
Бейба также желала принять участие в рейде, но тут уж мне пришлось отдуваться самому.
- А почему тогда Марго и Рыжая с вами идут, а? – Йуля с подозрением прищуривается.
- Ну, Маргоша проверенный боец, - я с подчеркнутым безразличием пожимаю плечами, - да и Рыжая, тоже вполне боевая девица. Практически штатный снайпер.
- Я тоже стрелять умею, - гордо заявляет моя пассия, - На поляне, где Олег с семьей жил, по тому здоровому насильнику не промахнулась, помнишь?
- Конечно, дарлинг. Ты просто рили валькирия. Но ты мне слишком дорога и к тому же ранена совсем недавно, - делаю круглые глаза, - А скитания по степи могут быть очень некомфортными. Ни помыться, ни одежду сменить, даже разуться на ночь не всегда получится. А я не хочу видеть тебя такой - грязной, пропахшей потом и заморенной, как старая лошадь…
Йуля морщит носик и задумывается. Комфорт для неё – одно из немаловажных условий счастливого существования.
- Мы не слишком долго, - наблюдаю явный успех в переговорах и тороплюсь его закрепить, - А ты пока наше новое гнездышко обустроишь. Уютно и с любовью – как только ты умеешь. Я с полковником прямо сейчас договорюсь, чтобы он нам самый классный модуль выделил. Семейный. Хорошо..?
Уговорил. Отбился.
Пусть в поселке сидит. Мне так, и правда, спокойнее будет. Все-таки шесть сотен тамошних стволов на хапок не возьмешь. Сколько бы ни было бойцов у противника.
Расстались с Забарой и нашими поутру, в половине дневного перехода от «Форта-полкан».
Хотели их почти до порога сопроводить, но повстречали дозор поселковых. Там уже знали о нападении на «Гуляй-поле» и были настороже. Я оказался прав и кто-то из спасшихся из поселка анархистов побежал именно сюда.
Теперь горожане рыли окопы, строили дерево-земляные оборонительные сооружения и наблюдательные вышки и смотрели испуганными глазами на триста шестьдесят градусов по сторонам.
Даже за Забарой в наши края гонцов снарядили – вот только, видно, на степных просторах мы с ними разминулись.
Напоследок полюбовались на мокрые глаза барышень, наслушались напутствий подрагивающими голосками, приняли дозу прощальных поцелуев и сквозанули в степь.
Так что за «гражданских» можно быть относительно спокойными.
Ну, а наши перспективы пока в полном и беспросветном тумане.
Вот и идем, чтобы хоть что-то прояснить.
Что является конечной точкой маршрута?
Да, пока и самим непонятно.
Пару раз сходивший в западном направлении Федор, ведет нас в края между «Доусоном» и «Гуляй-полем». А там видно будет.
Все без исключения навьючены, как верблюды в торговом караване.
Оружие и боеприпасы, еда и вода, лопатки и топоры, котелки и фляги, медикаменты и прочее имущество, которое может оказаться полезным.
Однако после беседы с Виктором и Забарой на последнем совместном ночлеге, перед расставанием – помимо груза в рюкзаке на меня давят еще и не слишком оптимистичные мысли о наших перспективах. Не именно нашей группы, а всего сообщества.
Вообще не знаю, как мы будем выворачиваться. У них, в Северной Корее, оказывается, срок обязательной и всеобщей срочной службы составлял – от пяти до десяти лет у мужиков и три года для женщин.
Как в семнадцать всех без исключения забривали, так они и тянули солдатскую лямку.
К тому же и здесь у них достаточно времени было, чтобы боевое слаживание пройти.
Пока мы задорно играли в вольных ковбоев на Диком Западе, эти милитаристы армию создавали.
А может даже и опыт ведения реальных боевых действий их местные войска имеют.
Нельзя исключать, что своих соседей с запада они уже нахлобучили и нагнули.
Одно только в плюс – со слов наших армейцев, там, в прежней Корее, стройбатов очень много было. А из строителей вояки – ну, такое себе.
Летчики опять же, те, кто аэродромы подметает, моряки, ПВОшники, ракетчики и прочие – тоже не пехота. Авось не слишком блещут навыками стрелкового боя.
Однако, все указывает на то, что без союза с кем-нибудь - нам эту войну не вывезти. Да и в союзе – бабушка надвое сказала. И где их еще найти – союзников-то?
И, похоже, что подобные мысли не одного меня к земле поддавливают:
- Слушай, может напрасно мы с этой разведкой замутили? Может бросить все, забрать своих из форта и к твоим приятелям ЮАРовцам свалить? – подсев поближе, предлагает Олег во время очередного короткого привала в тенистой рощице, где даже ручеек имеется.
- Ну и кем мы там будем? - даже не дав мне раскрыть рот, возражает отставной капитан, тоже отдыхающий неподалеку, - Пожизненными вассалами и людьми если не второго сорта, то не первого, уж точно? Вечными приживалами – эмигрантами? Да ведь эти лихие вояки и туда рано или поздно доберутся! Что их - те гвинейцы остановят, что ли? – он сбавляет градус своей пламенной речи и продолжает немного спокойнее, - Ты пойми, Олег – я тоже не самоубийца. И сам помирать раньше времени не желаю и вас на смерть не поведу. И я даже не исключаю возможность перехода к тем же южноафриканцам, тут как повезет... Только, чтобы там себя хотя бы в относительной безопасности чувствовать – надо этим агрессорам здесь, на своей земле, по зубам настучать. Образно говоря - клыки выбить, пусть и частично и руки поломать. Чтобы у них хотя бы в ближайшее время сил на войну не осталось. А мы пока осмотримся получше, обживемся и хоть понимать будем, что да как вокруг происходит. Что мы пока знаем о здешних раскладах? Чуть больше, чем ничего – на севере горы, слева гвинейцы, за ними южноафриканцы, с юга мексы, океан и обезьяны, а справа корейцы… Ну, где-то, не слишком далеко - еще французы гуртуются… Всё!
Виктор замолкает
Прослушавший речь походного атамана, народ задумчив, но по глазам видно - скорее согласен.