Попадос и два ствола 2 (СИ)

- Чего? – не сразу догоняю я, задумавшись о своем и прослушав половину фразы.
- Обойдемся без лишних слов и телодвижений, говорю. Чик – и готово.
- Ты чего их в ножи брать собрался?
- Заманчивая мысль, конечно, но не стоит рисковать. Среди дня, да в чистом поле… Не… риск слишком велик, да и неоправдан.
- Вот и я о том же.
- Ладно – подождем пока они завтракать усядутся, подберемся поближе и отработаем. Так, парни, по возможности, всех сразу наглухо не валить. Хоть одного желательно не минусить а «затрехсотить». Подранки обычно очень разговорчивы.
- Ну, это – как пойдет, сам понимаешь, - Жора делает бровь «горкой».
- Я могу кому-нибудь плечо вынести, - заявила рыжая кандидатка в биатлонные мастера, - Почти с гарантией.
- Хорошо. Тогда тебе первой и стрелять, - кивает отставной капитан, - Пригляди кого посолиднее, если получится. Ну, а не выйдет – так не выйдет. Тогда сразу бей по взрослому. Наглушняк. Сможешь?
- Да.
- Стреляла уже по двуногим?
- Нет, - качает рыжей головой девушка, - Но смогу.
- Уверена?
- Абсолютно, - решительно кивает Анна, - Чего тут терзаться-то? Они вон на людей ошейники нацепили.
- Ну, вот и ладно. В общем, парни – не рискуем. Не подставляемся. Оно того не стоит. Пусть даже пообщаться ни с кем из этих не срастется, мы все равно в плюс выйдем. Зато поубавим количество стволов у потенциального противника…
Давайте цели распределим.
- А…
- А если у кого не выйдет – бейте по кому удобнее…
Снова разделяемся на пары и практически «гусиным шагом» перемещаемся в сторону обнаруженной стоянки. Выбираем позиции и сидим мышами под веником.
Они готовятся к трапезе, мы ждем.
- Может, еще поближе подберемся? – шепотом предлагает рыжая, - Тогда я стопроцентно вон того бородача рабочей клешни лишу.
- Нет, - прикинув оставшееся до противника расстояние и возможные риски приближения, отрицательно машу головой, - Отсюда работать будем.
Время ползет черепахой. Будущие жертвы не спешат приступать к трапезе, сами не подозревая того, что своей неторопливостью продлевают минуты своего существования на этой земле.
Ну вот – наконец-то эти тормоза рассаживаются. Смещаюсь на несколько метров левее. Отсюда мне сподручнее по своей цели огонь вести будет.
Как и условлено, ждем, пока Анна не выстрелит первой.
Адреналин сейчас, уже наверное, из ушей польется. Впрочем, ничего неожиданного в этом нет, всё как всегда перед дракой. Но руки спокойны и нисколько не дрожат.
Держу на прицеле «своего» чернявого.
Ну что она телится!?
Тух!
Кандидатка в мастера спорта не свистела о своих талантах и не подвела.
Сначала засадила точно в плечо, удачно повернувшемуся бородатому, а уже через мгновенье влупила прямо в центр грудной клетки одного из «наркобаронов».
Двух других сработала мужская часть нашего коллектива.
Мне сегодня определенно везет и я попадаю своему объекту точно между лопаток. Он даже привстать и обернуться не успевает. Вдогон ему прилетает в череп сбоку от Вити.
Четвертый тоже готов. Жорик стрелять умеет.
А вот не надо было так расслабляться, ребятушки.
Даже если за вами куча стволов и банда, держащая в страхе все окрестные леса и поля.
- Идем вперед, - в очередной раз оживает гарнитура в ухе, - Двоечками. Аккуратнее, господа. Кот, присмотри за девушкой.
Похоже, что наш полевой командир, если не зауважал рыжую снайпершу, то, во всяком случае, увидел в ней ценную боевую единицу, которую надо беречь.
Приближаемся неторопливо, держа карабины у груди, в полной готовности стрелять по всему, что шевельнется.
Со стороны противника тишина. Мертвая.
Даже бородач не издает ни единого звука. А может он уже тупо от болевого шока загнулся?
Виктор с Георгием успевают первыми.
- Всё норм, - оповещает нас с Анной командир.
- А борода?
- В отключке. Да, ничё, очухается – пульс есть.
Биатлонистка горделиво косится в мою сторону.
- Можешь – признаю, - правой рукой снимаю перед девушкой воображаемую шляпу.
Улыбается.
Хорошая деваха – годная для нашего прайда.
 
И стреляет мастерски и никаких тебе лишних соплей и ненужных охов-вздохов.
Отработала и забыла.
Мельком оглядываю три трупа и бородача, все еще пребывающего в забытьи.
Эти усачи, скорее всего и вправду латиноамериканцы, а вот временно живой лысый – явно родом не из пампасов.
Ладно – очнется, поведает свою автобиографию. Витя уже занимается его раной, чтобы "язык" раньше положенного ему срока кровью не истек.
Ну, а я пока на их пленников гляну. Больше-то некому – Жора над трофеями коршуном парит, а Анна командиру помогает.
Подхожу к испуганно сжавшейся троице, достаю нож и перерезаю связывающую их веревку.
Как бы барышни врассыпную не кинулись. Мужик-то, в таком состоянии, явно не кенийский бегун, а вот с испуганно нахохлившихся дамочек станется. На их месте я бы тоже не исключал такого варианта. Кто же нас знает – на лбах печатей: «Мы хорошие» не имеется. Ну, а то, что с нами девушка имеется – ну, так и что с того? Может мы «Бонни и Клайды» какие – и еще похлеще только что убиенных персонажей будем…
Готово! Оковы пали!
Побежать – не побежали, но смотрят, как на инопланетное существо, от которого можно ожидать чего угодно.
Понимаю.
Стоп! Они наверняка пить хотят.
Протягиваю ближайшей ко мне девушке флягу.
- Мерси, мсье, - с грустью в оленьих карих глазах щебечет она.
Твою же маму! Никак француженка! Вот это поворот!
- Вив ля Франс! – ничего более путного в голову с разбегу не приходит.
- Ви, мсье. Же вьен де Франс. – кивает она.
Ох, и хороша же, чертовка! Даже в таком плачевном состоянии.
- Ну, что тут у нас? – закончив возню с бородатым, подходит Виктор.
- Слушай, похоже, что они французы.
- Силь ву пле, мадемуазель, - также, как и я, совершенно не в кассу, кивает девушке наш полевой командир, улыбаясь во всю пасть.
Француженка еще сильнее округляет и без того большущие глазищи.
- Ты чего ей сейчас сказал?
- Понятия не имею. Просто брякнул, что вспомнилось, - он пожимает плечами, – и в ответ на мой критический взгляд, с легкой обидой в голосе парирует, - Ну, а что? Зато обозначился, что мы люди культурные, а не варвары какие! Ну... почти культурные.
- Ну, ты реально военный! Еще бы: «а ля герр, ком а ля герр» приплел.
- А сам-то чего? Ну, давай, давай, пообщайся с ней, а я посмотрю.
- Да, легко, - обещаю я товарищу и перехожу на международный английский.
- Ду ю спик инглиш?
- Совсем немного, - виновато признается девушка, - и с небольшой запинкой продолжает, - Могу я узнать – кто вы, господа?
- Мы те, кто больше не даст вас обидеть. Я Кирилл. Это Виктор, Жорж и Анна. Вот из ё нейм?
- Катрин, - немного оттаяв, девица демонстрирует милые ямочки на щеках.
- Земляки, давайте я вам расскажу, чего знаю… - избитый мужик внезапно подает свой хриплый до скрежета голос.
- Оп-па! Здорово, зёма! А чего…
- Что там у вас? – выдержав достаточную паузу, после окончания нашей стрельбы, внезапно оживает рация.
- Погоди, родной, - Виктор машет мужичку рукой, - Всё нормально, полковник. Имели огневой контакт с противником, в количестве четырех единиц. Безвозвратных и санитарных потерь не имеем. Противник уничтожен. Есть пленный и гражданские иностранцы. Двигайте по нашим следам. Тут переводчица с французского нужна.
- Вещай, родной, - разрешаю я, дав земляку и до сих пор молчащей второй девушке напиться…
Рассказ освобожденного заставляет серьезно призадуматься и вызывает целый ряд вопросов.
Оказывается, что и мужик, которого зовут Виталий и вторая барышня – Галина, также оказавшаяся нашей соотечественницей, были высажены сюда, на "RX-2704", всего три дня назад.
Неподалеку друг от друга.
В первый же день пересеклись и решили держаться вместе.