Попадос и два ствола 2 (СИ)
Неторопливо и осторожно приближаясь ко мне, один из камуфляжных типов – долговязый, голенастый как кузнечик и лысый как колено, интересуется:
- Вы их пленный?
- Да, - немного приподняв корпус над землей, я с юнармейским энтузиастом, подтверждающее киваю и чтобы развеять последние сомнения, подбородком указываю в направлении тела Матвея, - А это мой друг, сэр. Они убили его, когда мы пытались оторваться от преследования.
- Хорошо, – резюмирует лысый, не забывая контролировать окружающее пространство прищуренным взглядом, - Расскажете позже. Можете встать, сэр.
- Да. Спасибо, - я не спеша поднимаюсь на ноги.
Ф-фу, нна! Неужели хэппи-энд и сегодня из меня не станут делать шашлык по-гвинейски?!
Даже не верится.
Не обманула все же, замечательная черная ведьма-пророчица?!
Поживем еще?!
Эх, как же хорошо-то!
А может, от полноты чувств и вихря эмоций – позволить себе джигу станцевать? Ну ведь, не африканские же пляски исполнять – подобное, явно может быть не очень правильно оценено освободителями.
Да нет – с танцами я, пожалуй, все-таки не стану торопиться. А то мои новые бледнолицые братья точно подумают, что спасенный, на радостях умишком тронулся. Ну, а в данный, непонятный момент: косить под дурака - стопудово не самая лучшая тактика поведения, кем бы этот лысый с коллегами не являлись.
Пожалуй, индейское спокойствие в подобной ситуации - наилучший способ заслужить первоначальный авторитет у расово близких незнакомцев.
А вот, кстати – кто они по национальности?
Даже здесь, на "RX-2704", это может оказаться весьма и весьма немаловажно. Эхо земных противоречий может и сюда донестись.
Пока мне отчего-то упорно кажется, что пятнистые спасители - какие-нибудь австралийцы, ну, или новозеландцы. Даже не знаю почему.
Но, точно не европейцы и на американцев, вроде, не слишком похожи.
Впрочем, чего мозг ломать? Он и так пылает от множества слишком свежих впечатлений – как бы, не перегрелся. Вот-вот уже и так все само прояснится.
Верчу головой, оглядываясь.
Всех: и африканцев-подранков и тех, кого не подстрелили в бою – пришельцы добивают. Буднично и неэмоционально.
Гуманно не напрягая вставанием на ноги перед смертью - прямо в лежачем положении, в головы стреляют. Без каких-либо допросов, прощальных слов, лишнего пафоса и ненужных театральных эффектов.
Вот так вот: «Live fast, die young»*, братуленчики. Печально, понимаю, но что поделать? Жизнь – боль…
Может, конечно, что я неправильный и совсем плохой парень, без шансов на исправление – но мне их совершенно не жалко, даже не стану лгать.
Между тем, сознание быстро и безошибочно выделяет среди нападавших кренделя, который и рулит всем происходящим: высокого и спортивного мужика с пронзительным, цепким взглядом и седыми короткими волосами «ежиком».
Несмотря на возраст ближе к полтиннику, наверное - шаг у дядьки пружинистый, а пластика движений по тигриному грациозна. Лицо худощавое, обветренное и загорелое до бронзы, похоже, еще в прошлой земной жизни. Спокойный, жилистый, поджарый и очень опасный. Хищник! Да не мелкий, а серьезный. И не молодой волчок, а битый и травленный зверюга… Акела! Волчара! С первого взгляда сей персонаж внушает, надо признать…
Такой: «Крокодил Данди», если кто смотрел старый фильм.
У меня вот была подобная слабость…
Давайте-ка я с ним, как и с ведьмой – весь диалог сразу в художественном переводе изложу…
Мои спасители оказались белыми гражданами славной Южно-Африканской Республики. Здесь же – они живут рядом с гвинейскими неграми, с противоположной от нас стороны. Черных не любят - категорически и однозначно. Всесезонно и независимо от времени суток. И само собой - это чувство взаимно.
Так что, помимо непрерывной яростной «гражданской войны» с собственными бывшими чернокожими согражданами, эти горячие парни регулярно совершают рейды на земли гвинейцев. То одни к другим, на огонек и дружескую перестрелку заглянут, то вторые с ответным визитом налетят. Так и живут.
Не скучают, в общем.
«Белые пришли – грабють, красные пришли – тоже грабють».
Их старшего я вычислил правильно. Этого волчару зовут Питер. Он потомок голландских колонистов, вдовец, протестант и бывший полицейский.
Кстати, овдовел мужик еще на Земле, в результате ограбления со стрельбой и кровью. Налетчики были черными. Так что отношение к людям с данным цветом кожи у дядьки сформировано однозначное и бесповоротно беспощадное…
Ну, а сейчас вот, мы с новым знакомым, сидим в тенечке под кустиком, ждем, пока двое временно живых гвинейцев тела товарищей прикопают и разговоры разговариваем…
*«Живи быстро, умри молодым»
Глава 16. Отходняк, покой и воля
- Друг? – кивает южноафриканец в сторону холмика над телом Матвея, которого мы зарыли в стороне от негритянской братской могилы.
- Скорее компаньон, - пожимаю плечами я, - Неплохой парень был.
- Все зло от кафров, - философски вздыхает мужчина, взъерошив крепкой широкой пятерней серебристый ежик волос на голове.
- Что? От чего? – не понимаю я.
- А, ну да, - хмыкает Питер, - Ты же не в курсе. Ну, это у нас так люди черных ублюдков называют. «Кафр» - это примерно как «нигер» в штатах.
- Смотрю, с толерантностью у вас все нормально. Как вы здесь так удачно для меня оказались?
- Тебе действительно повезло, - смеется он, - Просто пошли в обычный рейд. Решили немного почистить своё восточное направление. Здешние кафры совсем обнаглели. Вышли к лагерю этих, - он кивает в сторону ямы, - Допросили парочку черных, оставшихся там. Двинулись по следам. Видели уничтоженную базу другой банды – это же ваших рук дело?
- Да, - скромно, но с достоинством подтверждаю я.
Питер требует подробностей.
Да ради бога. Как говорится: «вы хочете песен – их есть у меня». Думаю, это не слишком большая плата за спасение жизни. Соловьем не пою, но все же рассказываю о событиях в более или менее ярких красках и деталях.
- Хорошая работа, – резюмирует южноафриканец, - Мертвого и раненого мы тоже видели. Кстати, не хотите присоединиться и вместе поработать? Сделаем эту землю хоть немного чище, а, Кот? Не прямо сегодня, конечно, а вообще. Работы всем хватит. Они ведь и для вас угроза. Трофеи – пополам.
- Весьма интересное предложение, - признаю я, - Мне надо поговорить об этом со своими людьми.
- Само собой, - соглашается он.
- Слушай, Питер, а вот, черные, что – и в старом мире вели себя настолько же дерзко? – интересуюсь я.
Мне действительно любопытно, ибо раньше делами на черном континенте я практически совсем не интересовался. Не до них было, да и далеко это – почти в другой реальности. Мне и на близлежащей, окружающей территории проблем по самую маковку хватало.
- А как еще? - с простотой граненого стакана искренне удивляется он, округлив бледно-голубые глаза, - По-другому они не умеют. Ну, с учетом, какой-никакой эффективности старых законов и работы полиции – поскромнее конечно, - все же признает потомок голландцев, - Здесь же, они вообще распоясались. Мерзавцы-кафры бегают и стреляют во всех без разбора. Не только в нас, белых, но и друг в друга. Эти дикари не обучаемы и неисправимы, что с них взять? Животные гораздо умнее! А эти скоты ленивы и тупы – зачем работать, если можно ограбить и взять силой?
И знаешь, что я тебе скажу, Кот: негры - это вообще ошибка эволюции, - А судя по твоим вопросам, дружище - в вашей стране черных, видимо, вообще не было или было совсем немного. Наверное, хорошо у вас там!
- Поверь на слово, друг - у нас и без них своих траблов хватало. По самые брови, - вспомнив совсем недавнюю и, к счастью, оставшуюся в прошлом, жизнь на Земле, весело, но немного нервно, хохотнул я на его последней фразе.
- А, ну да, у вас же там… - Питер проявляет неожиданную деликатность и неопределенно хмыкнув, не заканчивает фразу.