В плену надежд (СИ)

Ее слова доходят до меня с трудом. Я сижу, оглушенная новостью. Я даже не замечаю, как Марго уходит и возвращается с бокалом.
— Выпей, легче станет, — сует мне под нос. Я на автомате беру стакан и делаю большой глоток, горло обжигает, я начинаю кашлять. Марго хлопает меня по спине. Я на нее смотрю, а в ушах снова голос Захара и его последние слова: "Раз решила вести себя как шлюха, я буду относиться к тебе соответственно!" Так вот что он имел в виду. Зря Андрей спас меня. Надо было все-таки прыгать. В мое сознание пробивается гневный голос Марго:
— Вот так я и знала, что ты сядешь и будешь реветь! Больше ты ни хрена ни на что не способна!
Черт. Она права. Ни на что я не способна. А Андрея я, возможно, уже погубила. Нет его до сих пор! Дело к утру идет, наверняка что-то случилось, а я даже не знаю, как ему помочь.
Всхлипываю, пытаюсь себя одернуть, но ни хрена не получается. Встаю, пытаюсь скрыться в спальне, но Марго не дает.
— Стой! Сядь ты уже. А то Андрей вернется, прикончит меня, что довела его любимую Соньку.
Улавливаю словосочетание "любимая Сонька" и сердце прошибает болью, как будто это уже в прошедшем времени. Скорее всего, я так и не узнаю, стала ли для него по-настоящему любимой. Почему его нет? Что делать? Слезы льются быстрей, вырываю руку и бегу в спальню. Мне нужно закрыться, нужно собраться в кучу, чтобы понять, что делать. Чем я могу ему помочь?
Только не успеваю я захлопнуть дверь, как следом врывается Марго. Господи! Да что же ей надо? В душе поднимается волна гнева, и я начинаю орать.
— Да отвали ты от меня! И вообще, ты права! Да, я никчемная, беспомощная Сонька, я ни на что не способна, а ты крутая всезнающая Марго! Так какого хрена ты сидишь здесь, попивая виски, а не бежишь ему на помощь? Он, скорее всего, в беду попал, а я не знаю чем помочь! Он обещал вернуться через два часа, а прошло уже пять! Его, может, уже в живых нет, а ты меня жить учишь! Какого хрена?
Мою пламенную речь обрывает окрик Марго.
— Успокойся!
— Да пошла ты! — разворачиваюсь и бегу за одеждой, чтобы бежать сама не знаю куда. Потому что сидеть без дела не могу. Достаю джинсы и кофту.
— Ты куда собралась? Совсем дура? — спрашивает Марго.
— Да. Конченая! Полная дура. Но сидеть здесь и слушать твой бред, пока он неизвестно где, я не могу!
— Да нормально у него все! Успокойся. Он прислал мне сообщение, что останется до утра у человека, к которому пошел.
Я замираю. Несколько секунд доходит смысл сказанного, потом на меня камнепадом рушатся самые разные эмоции. Первой — великое облегчение, что с ним все в порядке, второй — резкий укол, почему он сообщил ей, а не мне, третья — просто сносит с ног. Получается, все это время Марго знала, что с Андреем, видела, что я переживаю, но ничего не сказала! Это оказывается последней каплей! Меня одолевает такая злость, что я не контролирую себя, я просто бросаюсь на эту тварь, вцепляюсь в ее волосы, молочу ее кулаками. Наверное, у меня это получается только потому, что Марго не ожидала от меня такого, да я сама от себя не ожидала. Я заваливаю ее на пол, она отбивается, а я ору:
— Ты сволочная, конченая сука! Ты знала и не сказала мне! Да я чуть умом не тронулась! А тебе трудно было сказать!
— Успокойся, совсем больная! Ай, отвали! — орет Марго, уворачиваясь от моих ногтей и кулаков.
Ситуация меняется в несколько мгновений. Марго удается скинуть меня, а потом я сама не понимаю, как она умудряется выкрутить мне руку, повалить лицом вниз и придавить к полу всем телом. Боль пронзает руку, каждое движение дается с трудом, но я продолжаю дергаться и материться. Посылаю на голову этой суки все мыслимые и немыслимые проклятия. Выговариваю все, что думаю по поводу всех ее выходок за целый день. И что странно, она молчит. Сопит мне в ухо, держит, чтобы я не вырвалась, но молчит. Когда мой гневный поток кончается и силы на исходе, я замираю. Она ждет еще несколько секунд, потом говорит мне в ухо хриплым шепотом:
— Я могла бы тебя убить за несколько секунд пятью разными способами. Самый простой — свернуть шею, но это банально. Могу придушить твоими же волосами или перегрызть артерию на шее. Это самый кровавый способ, но я могу. Я делала такое пару раз, и это спасало мне жизнь. Потому что я прошла через такое, из-за чего твоя милая головка взорвалась бы от одного рассказа. Пережить ты такое бы не смогла. Поэтому твои выходки только забавляют. Не беси меня больше, если не хочешь знать, какая я на самом деле сука. Поверь, мою сучью сторону ты еще не видела, и не дай бог тебе ее увидеть. Сейчас я отпущу тебя, ты сядешь, и мы спокойно поговорим, а если еще раз рыпнешься, я тебя прикончу. Всем проще станет от этого. Поверь.
 
Она отпускает меня, я сажусь, обнимаю себя за колени, потирая ноющее плечо. Марго садится рядом.
Так мы долго молчим. Потом она говорит:
— Ты меня удивила! Признаю.
— Чем же? Тем, что вцепилась тебе в рожу?
— И этим тоже. Прости, что не сказала про Андрея, — просто говорит она, я смотрю на нее пораженно.
— Засунь свои извинения знаешь куда…
— Засуну. И за остальное тоже прости. Я тебя проверяла. — Ну ни фига себе!
— И как? Проверила?
— Да. Проверила. Ты не так безнадежна, как кажешься сначала.
— Супер. И что теперь? Вручишь мне медаль?
— Лучше. От медали толку мало. Я предлагаю тебе свою помощь.
— Это какую? Снова налепишь на меня прыщи?
Марго усмехается.
— Это было забавно, согласись! Я откровенно поржала. И Андрей почти выдержал, не вмешиваясь. Я ему поставила условие, что помогу только в том случае, если он будет беспрекословно выполнять все требования и подыгрывать мне. Так что на него сильно не злись.
— Может это у меня и получится, но только после того, как он мне объяснит, какого хрена он сообщает о том, что не вернется, тебе, а не мне.
— Ну, тут все просто! — усмехается Марго. — Он прислал сообщение с закрытого чужого номера. Значит, с его телефоном что-то случилось. Мой номер он помнит наизусть, потому что я даже в телефонную книгу его не разрешаю вносить. А у тебя номер новый, правильно? Он его просто еще не успел запомнить.
— Логично. И все же. Что за проверки? Ты возомнила себя великим вершителем судеб?
— Бог с тобой! Нет. Но мне было, правда, жаль отдавать Андрея какой-нибудь бездарной овце.
— Отдавать? А он что, когда-то был твоим?
— Нет. Но мог бы. Это я не захотела. Но он дорог для меня. По-своему, очень дорог.
— Как поведал мне Андрей перед уходом, когда-то давно у вас был секс по дружбе, но и это быстро вам надоело.
Марго снова усмехается, как мне кажется, очень горько.
— Ёмко он определил, но в целом верно. Как уже сказала, я одиночка, отношения — это не для меня.
— И что будем делать дальше? Ты так и будешь меня цеплять каждые пять минут? Как ты уже поняла, я терплю долго, но потом могу сорваться.
— Посмотрим. Может, и не буду. Но это как пойдет. А сейчас советую поспать, пока Андрей не вернулся.
— Боюсь, что не усну сейчас. Слишком ты меня взбодрила!
— Ты меня, признаюсь, тоже. Ну и ладно. Не знаю как ты, а я хочу выпить.
— Я тоже, тащи коньяк.
— А ты пирожки. Будем, как последние извращенки, закусывать благородный напиток пирожками с яйцами! — смеется она.
  
Глава 18
 
Выйдя из гостиницы через черный ход, я отправился в условленное место встречи. Только ждал там совсем не тот человек. Скажу честно, подставы я не ожидал, поэтому, когда на меня налетели два мордоворота и попытались усадить в машину, я среагировал недостаточно быстро, успел только одному помять челюсть, как второй вырубил меня шокером.
 
Очнулся я непонятно где, а надо мной стоял, усмехаясь, сам генерал Зиновьев, с которым, собственно, у меня и была назначена встреча.
— О, очнулся, орел! Давай, давай, Андрюшенька, приходи в себя, а то мне скучно! — генерал с улыбкой похлопал меня по щеке.