Перерождение (СИ)
На столб, рядом с которым находилась и который теперь был с её рост.
«Нет, так дело не пойдёт», – подумала она и изменила форму.
Сначала став полуоркшей, которую уже успела полюбить, а затем приняв первоначальную форму человека, коим пришла в сию реальность.
Её взгляд, по-прежнему оставшийся золотым, метнулся к коленопреклонённому жениху-оборотню.
Коварная женская улыбка тронула уголок губ Богини.
Она предвкушала близость с ним.
И свадьбу.
Взгляд сквозь пространство и материальные препятствия, которые не имели для Атти теперь никакого значения, устремился к убегающей Второй, опасливо озирающейся и ожидавшей мести и гибели.
Зря.
Аттика познала силу Безусловной Любви и Покоя, присущей Богам.
Каждый на своём месте и там, куда сам пришёл.
Существуют Законы Мироздания, Высший Суд, Карма или причинно-следственные связи (кому как угодно и легче поверить).
Но однозначно одно: любой поступок, слово, мысль и, уж тем более, действие несут за собой последствие. Всегда.
И мы создаём их сами.
Не существует наказаний.
Как нет плохих и хороших.
Есть Души.
Которые проходят свой Путь Развития. Добровольно.
Ошибаются.
Оступаются.
Поднимаются.
Учатся.
В процессе.
Всегда.
И самый святой когда-то загубил миллионы жизней.
И не стал бы «святым», не получив Уроки от Высших, от Кармы, которые сам привлёк, закрутил и создал.
Жизнь не стоит на месте.
Никогда.
В мире нет ничего статичного.
Все и всё постоянно развивается, учится и совершенствуется.
Глава 43. Финал
Второй раз в жизни Атти надела свадебное платье и со счастливой улыбкой невесты посмотрела на своё отражение в зеркале.
Всё-таки как удивительна и непредсказуема порою Жизнь.
Теперь она Богиня и будет давать благословение собственному браку. Третьему, кстати сказать. И единственному, заключённому по самым традиционным канонам, к которым она привыкла.
Да, в ней многое изменилось, но новая божественная сущность приживается и сливается со смертной личностью иномирянки, на которую и так свалилось слишком многое за последнее время, постепенно давая время свыкнуться и не сойти с ума.
Психика и разум перестраиваются не спеша, и пока Атти чувствует себя как Атти большую часть времени.
У алтаря ведьм, где всё практически и началось, её ждало сразу трое невероятных мужчин.
Двое из них уже были её мужьями и играли роль шаферов.
Атти благодарно улыбнулась им.
Невероятные мужчины.
Во всех смыслах.
Мало того, что спокойно принимают друг друга, совершенно не соперничая и не ревнуя, так ещё и могучие воины и сильные правители.
«Кроме третьего», – перевела она счастливые глаза на жениха.
Он, безусловно, был самым красивым из них в классическом понимании. Действительно совершенная мужская красота, на которую можно смотреть часами. Он словно был рождён, чтобы им восхищались. И по-прежнему самый сильный среди своего вида. После истинного владыки оборотней, конечно. Но не правитель. И только он один будет принадлежать лишь ей, когда двое других могут периодически исчезать из её жизни, занимаясь делами своих племён.
Аттика остановилась напротив будущего третьего мужа.
Он поднял с её лица полупрозрачную мерцающую волшебную ткань фаты и с любовью посмотрел в зелёные глаза.
– Ты прекрасна, – выдал эталон.
– Ты тоже ничего, – улыбнулась девушка, и усмехнувшийся жених, нежно поцеловал её в лоб, как самое дорогое сердцу существо и повернулся вместе с ней к жрецу.
***
Три года спустя
Аттика загорала на борту просторного подобия яхты, направляясь по реке к месту, где у Лима были какие-то оркские дела.
На борту были лишь орки.
Эта поездка была своего рода их очередным личным медовым месяцем, которые она периодически устраивала с каждым из мужей. Временем, когда она принадлежала лишь кому-то одному.
Это лично её введение в их семейные взаимоотношения, и всех оно только радовало.
Она скользила взглядом по огромной фигуре трёхцветного мужа, в который раз поражаясь сей странной раскраске.
– И всё же, – заговорила она с находящейся рядом Оаэ. – Почему он трёхцветный? Чтобы его было легче определить в многочисленном оркском войске и прихлопнуть?
Магичка улыбнулась.
– Не знаю, – ответила она. – Это лично его особенность. У всех королей ранее были лишь рога, как символ власти. Его трёхцветность, возможно, показатель того, что в нём есть кровь не только орков, поэтому так и получилось.
– Я тоже так подумала, – отозвалась Богиня.
– И вообще, – заговорила оркша, – тебе ли меня об этом спрашивать? Ты же всё должна знать, нет?
– Не знаю, – отозвалась новая Гая. – Иногда я что-то знаю и чувствую, иногда нет. Я только учусь вообще-то, – пыталась она оправдаться.
– Долго что-то, – наигранно недовольно ответила клыкастая древняя громила. – Туповатую Богиню нам подбросили вместо совсем сумасшедшей.
Атти улыбнулась.
– И всё-таки лучше, чем вообще сумасшедшая, – парировала она.
– Ну да, – вынужденно протянула оркша, и Аттика вернула внимание к мужу.
С какой из прародительниц Лима согрешил однажды король орков? И было ли это по любви или жутким насилием над жертвой, которая наверняка еле выжила после подобной близости.
В любом случае благодаря подобному стечению обстоятельств были спасены минимум тысячи жизней, что лишний раз доказывает то, что из Личности нам слишком сложно понять очень многое.
Аттика в очередной раз подумала о том, как всем им помогла банальная невероятная случайность и выступ в обрыве, на который упал Хор и, помогая выбраться друзьям, претерпел трансформацию.
Внимание Атти привлёк какой-то странный всплеск воды.
Она поднялась и направилась к борту, с удивлением обнаружив в воде старую зеленоволосую знакомую.
– С ума сойти, – вырвалось у неё, когда похорошевшая мавка счастливо помахала ей рукой в знак приветствия.
– Поздравляю, – улыбнулась в ответ Атти. – Ты выбралась всё же, молодец.
Она активно закивала головой и указала рукой в сторону.
Богиня проследила в заданном направлении и увидела, как из воды появился настоящий царь морей с коралловой короной на голове и трезубцем в руке.
Настоящий брутальный властный мужик был крайне недоволен тем, что его сюда притащили на смотрины, но не мог отказать любимой. Да и притащили его не к кому-нибудь, а к самóй новой Богине, которой он уважительно поклонился. Этим он и оправдывал своё безволие.
Аттика вернула взгляд к мавке.
Зеленовласка продолжала тыкать в него пальцем и радостно восторженно хлопать в ладоши, выказывая свои эмоции.
Богиня нахмурилась.
– Только не говори, что считаешь его подарком судьбы и чем-то невероятным, – произнесла она.
Мавка чуть скисла, удивившись. Кивнула, подтверждая догадку новой Богини.
Аттика недовольно поджала губы.
– Милая, – начала она. – Он с тобой, потому что ты достойна его, понимаешь? Достойна сильного царя. Ибо ты царица. Ты вообще знала, что мавки, оказывается, не могут покидать свой омут? – ошарашила она духа.
Та растерянно отрицательно мотнула головой.
– Вот! – воскликнула Атти. – А ты смогла! Ты! Смогла! Единственная! Ты невероятная. И рядом с тобой сейчас тот, кто достоин той силы и красоты, которую ты обрела в себе на этом пути. Поняла?
Мавка улыбнулась после некоторого раздумья. Кивнула.
Ещё счастливее, чем до этого. Как-то иначе. С осознанием.
– Будь счастлива, дорогая, – мягко произнесла Аттика.
Та кивнула и поплыла к любимому.
Вместе они махнули Богине хвостами, когда уходили в свой мир в тёмные воды.
Атти смотрела им вслед и вспомнила недавний разговор с третьим мужем: