Синтез (СИ)

— Думаешь, он? — взгляд Хольгера вмиг прояснился и стал острым и цепким. — Он мог?
Сармат пожал плечами.
— Я не вижу смысла. Но… — он криво усмехнулся. — Это со мной бывает. Дай руку.
Хольгер растерянно мигнул.
— Нет, запястья, — Гедимин на долю секунды прикоснулся к дрожащей ладони сармата и крепко взялся за браслет. — Делай, как я скажу. Второй рукой нажми здесь и здесь. Зафиксируй, чтобы не проворачивался. Вот так…
Что-то внутри браслета захрустело. Гедимин крепко сдавил его двумя пальцами и выкрутил, как не слишком толстую жесть. Металл лопнул, напоследок выпустив несколько искр из оборванного провода. Второй браслет открылся сам, и Хольгер бросил его на пол и брезгливо потёр запястье.
— Великолепно, — прошептал он, разминая пальцы. — Давай руки, Гедимин. Теперь моя очередь.
— Держи очень крепко, — предупредил сармат, прижимая запястье к стене и пытаясь подпереть его коленом. — Провернётся — закроется ещё плотнее.
Полминуты спустя ещё два браслета упали на пол. Гедимин потёр запястья и довольно усмехнулся.
— Лучшего и желать нельзя.
Он подобрал металлические обломки и повертел их в руках, сплющивая и сминая, а потом протянул один из них Хольгеру.
— Усилит удар. А теперь приступим к исследованиям.
Он поднялся на ноги. Потолок в «карцере» почти задевал его макушку, и Гедимину даже не пришлось высоко поднимать руку, чтобы прощупать стыки вдоль стен. Вентиляционные щели были замаскированы выступами покрытия, но воздух рядом с ними был ощутимо прохладнее. Гедимин тщательно простучал стену вокруг выступов и слегка сузил глаза.
— Нужна помощь, — он повернулся к Хольгеру, закрепляя на правой руке обломки браслетов. Они полукругом обхватили костяшки. «Добыть металл,» — он задумчиво сощурился, вспоминая устройство промышленной вентиляции. «Если повезёт, протиснемся в подвал. Если нет — вернёмся к люку.»
Дверь загудела, медленно приоткрываясь. Гедимин развернулся к ней лицом и швырнул металлический обломок туда, где у «Шермана» или «Маршалла» должен был находиться лицевой щит. Но в комнату тяжело ввалился «Рузвельт», и обломок с лязгом отскочил от поворотной станины. Она загудела и мотнулась в сторону, с грохотом врезаясь в край люка. «Броненосец» резко развернулся правым боком вперёд, и Гедимина отшвырнуло к стене. Между ним и «Рузвельтом» растянулась матовая плёнка уплотнившегося защитного поля. Она не окружала экзоскелет — пузырь, заполнивший почти всю комнату, ни к чему не крепился. Сквозь белесую плёнку Гедимин увидел, как на «руке» «Рузвельта» что-то шевелится — два выступа, похожих на короткие патрубки, втягивались под броню. Хольгер резко, с присвистом, выдохнул и ударил ладонью по защитному полю.
— Hasu!
«Умные макаки,» — сузил глаза Гедимин. «Ладно…»
Он с силой провёл ладонью по жёсткой шерсти на макушке и резко, не прерывая движения, воткнул пальцы в белесую плёнку. Поле затрещало, разрываясь надвое, как по непрочному шву. Прореха была невелика, но очень быстро увеличивалась, и Гедимин подобрался, готовясь к прыжку. Мыслей в голове не осталось — только сухие щелчки, отсчитывающие время до удара.
— Стоп! — крикнул кто-то, и Гедимин изумлённо мигнул — из-под «клешни» экзоскелета неторопливо вышел человек. Он был одет в меховой комбинезон, и по очертаниям нельзя было понять, есть под одеждой бронежилет или нет, — но вот оружия при нём не было. Он смотрел прямо на сармата и слегка улыбался.
— Сразу видно выпускника Лос-Аламоса, — усмехнулся он, встретившись взглядом с Гедимином. Тот мигнул.
— Остановитесь, — человек развёл руками, показывая, что оружия у него нет. — Вам незачем сражаться. Вашей жизни ничего не угрожает. Уберите это!
Он указал на защитное поле. «Броненосец» медленно и неохотно поднял «руку». Из-под брони рядом с исчезнувшими патрубками-излучателями высунулись два длинных электрода. Искра проскочила между ними с громким треском, и защитное поле исчезло.
— Спасибо, — не оборачиваясь, сухо сказал человек. Он поддел носком сапога обломок магнитных наручников и выразительно хмыкнул.
 
— Это была не моя идея. Я никогда не нанёс бы вам такое оскорбление. Но… вы немного удивили меня. Вы очень быстро решаете проблемы. Межрёберные спазмы больше не беспокоят вас?
Гедимин недобро сощурился. Он уже рассмотрел комбинезон пришельца — нашивки с хищной птицей там не было, зато ярко выделялся значок «Вестингауза». «Он знает, кто я. Интересно, зачем ему это,» — подумал сармат.
— Что тебе нужно? — хмуро спросил он. — Нас скоро расстреляют?
Человек спокойно выдержал его взгляд.
— Это исключено, — он с усмешкой покачал головой. — Глупо разбрасываться такими ценными кадрами. Я принёс вам новую одежду. Переодевайтесь, я не буду вас торопить.
Он повернулся к «Рузвельту» и молча протянул руку. Охранник отстегнул от брони два прозрачных пакета и бросил их на матрас. Человек резко поднял ладонь и снова указал на пакеты. «Броненосец» неуклюже протиснулся в комнату и переложил свёртки на соседний матрас, наклонившись почти до пола.
— Прошу, — человек кивнул на них и отошёл к люку, жестом отгоняя охранника с дороги.
«Гедимин Кет» — гласила надпись на крупной наклейке на середине пакета. Второй свёрток предназначался для Хольгера. Сарматы переглянулись. Гедимин, пожав плечами, вскрыл упаковку и вынул белый комбинезон.
Скорее всего, скирлин был светло-серым, — в тусклом свете было тяжело различать оттенки, но сармат сравнил его с цветом обшивки «Рузвельта» и не нашёл отличий. По груди, рукам и икрам тянулись двойные ярко-красные полосы. К одной из них крепился нагрудный знак «Вестингауза», к другой — нашивка с номером: «Нова-11-1».
Это была нижняя одежда; верхний комбинезон лежал рядом. Он был тяжелее и плотнее, но расцветка ничем не отличалась. К нему прилагались съёмные крепления на плечи и жёсткий пластинчатый пояс, — обычное снаряжение сармата, работающего с ручным инструментом. Оба комбинезона подходили Гедимину в точности, — скирлин не натягивался на плечи до полупрозрачности и не висел пузырями на животе. Сармат обулся и достал из пакета последний предмет — пару плотных рабочих перчаток. Он провёл по скирлину ногтем и довольно усмехнулся, наблюдая, как след быстро затягивается. «Эта спецодежда сделана хорошо,» — отметил он про себя, проверяя наличие и глубину карманов. Все они были расстёгнуты и совершенно пусты — кроме одного, слева на груди. Там прощупывалась жёсткая стопка небольших предметов. Гедимин запустил туда пальцы и ошалело замигал, глядя на разноцветные карточки. Все его сертификаты были здесь. Он быстро перебрал стопку, нашёл свидетельство из Лос-Аламоса, несколько секунд смотрел на него, а затем сложил все карточки обратно в карман.
— Я вижу, вы готовы, — сказал человек, отступая к люку. — Продолжим разговор снаружи. Я бы хотел, чтобы вы приступили к работе как можно скорее.
Гедимин, изумлённо мигнув, оглянулся на Хольгера. Тот пожал плечами и растерянно усмехнулся.
— О чём ты говоришь? — спросил сармат, выбираясь из «карцера». В коридоре было пусто и тихо, и светильники горели вполсилы.
— Кто ты? Из федералов? — спросил, подозрительно сузив глаза, Хольгер. Человек молча поднёс руку к нагрудному знаку «Вестингауза». Охранник закрыл за ним люк, долго возился с затворами и кодами к замкам.
— Фюльбер Мартинес, — человек внимательно посмотрел на сарматов и слегка улыбнулся. — Можно сказать, рекрутёр… или менеджер по персоналу. Ваша деятельность привлекла общее внимание, мсьё Гедимин. И я бы не назвал его дружелюбным. Как вы понимаете, она незаконна более чем полностью. И, как вы, опять же, понимаете, служба безопасности Канадских территорий настаивает на вашей ликвидации. Я говорю о всех пятерых участниках этого гениального плана…
Гедимин стиснул зубы.
— Мы не сделали ничего опасного, — процедил он. Фюльбер кивнул и вежливо улыбнулся — немного шире, чем улыбнулся бы сармат, и совершенно не так, как это делал насмотревшийся фильмов Кенен.