Синтез (СИ)

Рабочие «Волчьей речки», распределившись по бригадам, расходились по глайдерам и отправлялись на сольвентные поля — точно так же, как это происходило каждый день, и Гедимин, окинув аэродром беглым взглядом, направился к ангару. У ворот стоял Иджес и внимательно смотрел на глайдеры. Гедимин удивлённо покосился на него и отодвинул его с дороги.
— Видел филков? — спросил Иджес, выставив у него на пути руку. Гедимин остановился.
— Они уже пятый день здесь. Что в этом интересного?
Большой рудничный транспорт собирал сарматов, работающих на сорбционных установках «Волчьей речки — один». Сейчас в фургон входили последние из опытных рабочих — их было немного, но они выделялись среди собравшихся вокруг филков, как эдмонтонский барк среди тягачей на Грузовом аэродроме. Филки стояли чуть в стороне. Никто из них не входил в фургон, пока не прошёл последний из «обычных» сарматов, и даже полминуты спустя они ещё ждали. Глайдер загудел. Филки направились к фургону. Кто-то из них настороженно оглянулся на ремонтный ангар. Гедимин перехватил его взгляд и увидел, что филк вздрогнул, и его глаза слегка потемнели. Сармат в недоумении пожал плечами и ушёл в ангар.
… - Видели их контейнеры? Они во-от такие, — Иджес, усмехнувшись, провёл пальцем по упаковке с Би-плазмой. — Грамм триста, не больше.
Устроившиеся вокруг него ремонтники захмыкали, кто-то негромко фыркнул. Гедимин, перебравшийся со своим контейнером к верстаку, недовольно сощурился, но промолчал.
— А у них много самок, — заметил один из ремонтников, отложив в сторону полупустой контейнер. — Заметили? Каждый третий — самка.
Сарматы переглянулись. Иджес закивал.
— Да больше! Почти что каждый второй. Их же Джеймс наклонировал. Они плодятся так же, как макаки. Ясно, им нужно много самок.
Сарматы зафыркали. Гедимин сделал большой глоток из контейнера и попытался сосредоточиться на недостроенном реакторе, но голоса и смешки снова отвлекли его от дельных мыслей.
— Они, наверное, часто спариваются. Им далеко ходить не нужно, — Иджесу пришлось немного повысить голос, чтобы его услышали сквозь общее веселье.
— Всё по проекту «Слияние», — усмехнулся другой ремонтник. — Макакам лучше глядеть в оба! Сегодня в бараке тысяча мышей, а завтра — уже полторы!
— Целая армия, — фыркнул третий. — Вот им удобно — никаких клонариев не надо. Если бы от них ещё польза была… Они ведь, наверное, ни работать, ни стрелять не умеют? Ну, когда появляются? Так же, как макаки?
— Да и те, которых привезли, — фыркнул в ответ Иджес. — Что они наработают своими мышиными лапами?! Они пневмомолот не удержат. Для них «Вирм» привёз вот такие бурчики! Видели шахтную бригаду?
Ремонтники, переглянувшись, закивали, кто-то снова засмеялся. Гедимин допил Би-плазму, подобрал несколько пустых контейнеров, сложенных у двери, и вышел из ангара.
Снаружи было шумно — шла пересменка, утренняя смена возвращалась в посёлок, дневная выгружалась из глайдеров, и еноты, собирающиеся обычно у мусорных баков к обеденному часу, забрались на крышу, подальше от техники и сарматов. Роботы-уборщики повисли на стенах — после пересменки им предстояло убрать мусор и песок с аэродрома, а шерсть животных — с крыши. Небольшой дождь, начавшийся перед обедом, прекратился, но посадочные полосы ещё были мокрыми. Из леса пахло свежей органикой. Гедимин, бросив контейнеры в мусорный бак, посмотрел на грузовой глайдер недалеко от ангара и подошёл поближе — в одном из недавних полётов транспорт повредил обшивку фургона, и она треснула в двух местах. Это не было серьёзной неисправностью, но, пока было свободное время, можно было на неё отвлечься.
Такие неглубокие трещины исправлялись просто — одной-двумя стяжками с внутренней стороны и запаиванием фрила снаружи — «Практически заклеивание изолентой,» — как подумал про себя Гедимин, включая лучевой резак. Прогревать фрил при косметическом ремонте нужно было очень осторожно, самым краем «жала», чтобы не срезать только что поставленные стяжки; в запаивании не было необходимости, и сармат оставил бы всё как есть, но в инструкции говорилось о поддержании «достойного» внешнего вида механизмов (что бы это ни значило). Жестом попросив пилота подождать, сармат придвинулся к повреждённой обшивке.
 
Мимо, оглядываясь на него, прошёл одинокий филк, за ним — ещё трое. Навстречу им, переговариваясь на ходу, куда-то спешили двое сарматов. Гедимин немного опустил локоть, чтобы его не толкнули под руку, но сарматы вовремя отступили ближе к стене. Ещё один филк шёл им навстречу, и один из них мимоходом поднял руку и отвесил ему щелбан. Филка отнесло к стене ангара, и он на секунду остановился там, болезненно щурясь и прижимая ладонь ко лбу. Гедимин выключил резак, прикрепил к плечу и сделал три широких шага. Этого было достаточно, чтобы догнать сарматов.
Гедимин не замахивался — затрещина не была слишком сильной, но от неожиданности сармат пролетел два метра вперёд, прежде чем развернуться.
— Нравится? — спросил ремонтник. «Двое. Крыша там, фургон здесь. Резак не брать,» — щёлкало в голове. Ушибленный сармат смерил его взглядом и странно оскалился. Второй, мигнув, дёрнул его за рукав. Гедимин стоял молча, внимательно следя за их движениями.
— Псих! — ушибленный сплюнул на мостовую. Второй толкнул его в бок.
— Эй, идём! Идём, говорю!
Гедимин не двигался с места, пока они не добрались до диспетчерской, и тогда вернулся к фургону. Филка там уже не было.
…Сармат каждый день занимал место у иллюминатора, когда шахтёрский глайдер заходил на посадку, — иногда он делал полукруг над городом, и тогда можно было краем глаза увидеть, что происходит на строительной площадке «Вестингауза». Сегодня пилот не подвёл — Гедимин на развороте успел рассмотреть заложенный фундамент и крышки коллекторов. Техники на площадке было немного; на каждом подходящем участке стояло по охраннику. «Идёт второй месяц, а они только заканчивают фундамент. Не хватает рабочих?» — Гедимин пожал плечами. «Сейчас их много. Бараки на западе уже достроили. Почему не перебросили их сюда?»
В информатории барака было тесно, все свободные места снова заняли участники состязаний по «Космобою», и Гедимин, потоптавшись у двери, подошёл к администратору.
— Пять минут, — буркнул тот, неохотно поднимаясь с места. Гедимин благодарно кивнул и ткнул пальцем в значок почты.
«Рад услышать вас снова, коллега из Ураниум-Сити,» — письмо от Герберта пришло час назад, хотя отправлено было ещё на прошлой неделе, — видимо, снова шло через Северный Союз с заходом на венерианские платформы. «Ваш новый проект довольно интересен. Подобные опыты с рилкаром в настоящее время ведутся, насколько я знаю, во всех странах. Его способность к поглощению и безопасному накоплению нейтронов уже широко известна, но пока я не слышал о её практическом применении. Одного фута недостаточно для указанной вами интенсивности излучения — я остановился бы на полутора, но такие вещи обычно проверяются на месте. Монолитный материал и участок, построенный из нескольких слоёв, могут сильно отличаться. Между прочим, одномоментное гамма-облучение рилкарового фрагмента — один-два сентизиверта, этого вполне достаточно — довольно интересно влияет на его свойства, и Майкл советует это опробовать.»
Гедимин заинтересованно хмыкнул. «Сентизиверт? Это несложно. А если Герберт не пишет, какие именно свойства, — похоже, Майкл снова вольно обращается с чьим-то патентом. Всё-таки я в большом долгу перед ним…»
«Что касается «Вестингауза» — к сожалению, я не могу много рассказать вам. Я работал с ними, и некоторые из моих знакомых сейчас на вашей территории (как вы понимаете, имён я не назову). Но я очень сомневаюсь, что вам стоит искать общения с ними. «Вестингауз», в отличие от «Вирма», тщательно охраняет своих специалистов и очень настороженно относится к сарматам. На то есть веские причины — поищите как-нибудь в сети «инцидент в Каньоне Тюра». Довольно неприятная страница нашей общей истории, основная вина, несомненно, на сотрудниках «Айрон Стар», — они спровоцировали рабочих местного предприятия на мятеж. Там погибло несколько сотен человек, практически вся охрана каньона и представители «Айрон Стар» и «Вестингауза», собравшиеся там на переговоры. «Вестингауз» намерен не допускать больше подобных случаев, поэтому на сарматских территориях он вводит особые меры предосторожности. Я попробую связаться со своим знакомым, но шансы невелики — связь на территории проходит с огромными сложностями. Известно, впрочем, что вся деятельность «Вестингауза» на сарматских территориях сопряжена с огромными сложностями. Возможно, он вовсе откажется от строительства центрифуг. Я попробую прояснить причины и сообщу вам, если что-то узнаю. Постарайтесь до этого времени воздерживаться от неосторожных действий. Охранники «Вестингауза» не спят и не пьют на посту…»