Синтез (СИ)

Прошло пять секунд, ещё десять, — до стены дотянулся второй фонтан, и сольвент потёк прямо по ней, сползаясь в большую тяжёлую каплю; она дотянулась до скалы и расползлась по ней, проедая широкую нишу. Гедимин постучал ногтем по рилкару. Стена ничуть не изменилась — ничего, похожего на трещины или отверстия, в ней не было. Сольвент стекал по ней, капая в проеденную внизу яму. Рилкар оставался цельным и прочным.
Можно было подняться наверх на сольвентном поле — там нашли бы миниглайд, чтобы вернуть ремонтника на базу — но Гедимин пошёл по шахте к главному подъёмнику. Ему нужно было время, чтобы спокойно подумать. «Трубы из стеклянистого фрила. Достаточно прочные для работы на химических производствах. Определённо, рилкар тоже можно так использовать. Доработать насосы. Бур у меня есть. Прорыть небольшую скважину. Есть места, куда макаки не сунутся, а мне хватит. Если бы достать немного сольвента…»
25 декабря 51 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
Цепочка красных вспышек на долю секунды «зажгла» снег и погасла, две стремительные тени мелькнули над замёрзшим озером, сходясь на расстояние выстрела, и снова разошлись, уклоняясь от третьей. Одна из них, дрогнув, пошла к земле. Самка в оранжевом комбинезоне, сунув пульт управления в карман, побежала по льду к приземлившемуся кораблю, две оставшиеся одновременно вскинули руки и снова схватились за пульты. Красная вспышка скользнула по прибрежным кустам, но не достигла цели. К трём кораблям, кружащим над озером, присоединился четвёртый. Гедимин проводил его взглядом и, обойдя заснеженные кусты, спустился на лёд.
Южный ветер нёс рассыпчатый снег и приятную прохладу; Гедимин снял капюшон и весело щурился на корабли над замёрзшим озером. Последний из учебных тестов этого года был успешно пройден, поздравления от Герберта Конара — прочитаны, ответ отправлен. В кармане шуршали обёртки — упаковка очередной посылки из Спрингера, немного странных органических веществ, употребляющихся в пищу к югу от Канадских территорий. День начинался хорошо.
Во льду темнели проруби. Каждую из них обступили сарматы — кто-то ждал своей очереди окунуться, кто-то уже рассматривал лёд из-под воды, кто-то на берегу кутался в полотенце, поспешно переодеваясь. Один из таких свёртков при приближении Гедимина зашевелился, из-под него выглянула макушка с короткой серо-стальной шерстью.
— Гедимин! — Хольгер выпрямился, сворачивая полотенце, и провёл ладонью по слипшимся волосам. Холод быстро превращал их в ледяные иглы. Гедимин вскинул руку и едва заметно усмехнулся.
— Пробуй, — он протянул Хольгеру яркий пакет; внутри лежали плотно упакованные «кексы Конара», и сармат, окинув их удивлённым взглядом, принялся за распаковку. Гедимин забрал у него полотенце и набросил его на плечи, быстро стягивая с себя сапоги и двуслойный комбинезон. Сарматы расступились, пропуская его к проруби. Вода, как обычно, была теплее воздуха и постепенно превращалась в кристаллы на границе двух сред; Гедимин, перевернувшись на спину, повис, упираясь пальцами в ледяную «крышу» и зачарованно наблюдая, как лёд выстраивается вокруг них тонкими зубчатыми кольцами.
…Два сармата стояли на берегу, глядя на модели звездолётов в небе над озером. Гедимин не стал надевать капюшон — ветер был слабым, холод еле чувствовался, а ощущение тонкого льда, стягивающего кожу, было приятным. За приоткрытой дверью насосной станции что-то звенело и брякало; из её охранников снаружи стоял только припорошенный снегом «джунг».
— Информаторий сегодня работает? Странно. Кто там администратор? — спросил Хольгер, потеряв интерес к звездолётам. Гедимин озадаченно мигнул.
— Как обычно, наверное. Паскаль.
— Паскаль улетел на материк ещё вчера, — качнул головой Хольгер. — И я не видел, чтобы кого-то прислали взамен.
Гедимин пожал плечами.
— Информаторий работает. Хотя… действительно странно, что он так рано улетел. Видимо, смену пришлют в январе.
За спиной сармата загрохотали «копыта»; он обернулся и увидел четвёрку охранников в экзоскелетах. Их координация движений заметно пострадала, из-под щитков виднелись раскрасневшиеся и очень недовольные лица. С собой они несли пластину прозрачного фрила в ярко-красной рамке — каркас для доски объявлений. Один из них отошёл в сторону и замахал руками, двое других стали прикреплять каркас к стене ремонтного ангара, и Гедимин удивлённо мигнул — доска растянулась на два метра в поперечнике. Четвёртый охранник, не дожидаясь, когда рамка будет закреплена, пытался затолкать в неё большой лист.
 
— Всем бригадирам представить в Управление списки не прошедших обучение по базовым курсам… — прочитал на развёрнутом куске листа Хольгер и посмотрел на Гедимина. — Любопытно.
Охранники возились долго, но через пятнадцать минут всё же ушли, оставив перекошенную доску объявлений с надорванным листом внутри. Гедимин подошёл ближе. «Образовательная программа «Полярная Звезда» открывает обязательные курсы для искусственнорождённых» — гласила крупно напечатанная верхняя строка.
— Рудник «Гуннар», первая смена, занятия с трёх до четырёх дня; вторая смена… — прочитал вслух Хольгер, быстро пробежал взглядом оставшийся кусок расписания и ткнул Гедимина в бок. — К апрелю доберутся до вас.
— Я учился, — недовольно сощурился ремонтник.
— Не всему, — ухмыльнулся Хольгер. — Основы общественных наук ты так и не прошёл. Так что…
— И ты тоже, — покосился на него Гедимин. — И многие в Ураниум-Сити. Тогда эти курсы не были обязательными.
«Ещё несколько порций мартышечьих обычаев и традиций,» — думал он, стараясь не щуриться. «Некогда мне в это вникать. К лету нужно спроектировать корабельный реактор…»
Посадочные полосы Шахтёрского аэродрома были пусты; последние глайдеры улетели ещё утром — на южную границу и в Порт-Радий — и пока не вернулись. Гедимин посмотрел на пустое небо и отвернулся.
— В информаторий?
«Координатор сарматских территорий Маркус Хойд выступил с официальным заявлением о всемерной поддержке образовательных программ…» Гедимин хмыкнул и пролистнул верхнюю страницу. «Континентальная корпорация «Вирм» вкладывает средства в восстановление заброшенных рудников Экваториального Атлантиса» — на фотографии, приложенной к следующей новости, сармат увидел знакомый пейзаж — красноватые скалы и странную растительность Нью-Кетцаля. На дальнем плане виднелись едва заметные градирни. «Медный рудник Нью-Кетцаля введён в строй. Новая жизнь медеплавильного комбината. Сад посреди пустыни. Как на это смотрят местные жители?»
«Они действительно посадили там растения,» — Гедимин удивлённо смотрел на фотографии. Сольвентные поля под Нью-Кетцалем почти не отличались от ураниумских, только трубопроводы странно блестели и просвечивались на солнце. «Рилкар,» — узнал сармат и довольно усмехнулся. «И до мартышек дошло. Или закончились все старые трубы на складах…»
Он хотел перейти по ссылке на городской сайт Нью-Кетцаля, но отвлёкся на картинку к следующей новости. На ней была марсианская равнина, поросшая красновато-оранжевой травой; к ней иллюстратор прилепил изображение крупного вымершего животного — судя по мохнатости и загнутым бивням, мамонта.
«Плейстоценовый парк на Марсе — дерзкая фантазия станет реальностью? Совместный проект «Конли Биотех Индастриз» и Фонда восстановления природных ресурсов Северного Союза близится к завершению. Успешное клонирование шерстистого носорога и саблезубого тигра…»
Гедимин посмотрел на размытые фотографии, сделанные в закрытых вольерах. «Интересные существа. Я что-то слышал о них на курсе естественных наук. Но причём тут Марс?»
— Что там у тебя? — Хольгер заглянул в экран и хмыкнул. — Плейстоценовый парк на Марсе? Макаки никак не найдут применения лишней планете?
— Это выглядит… красиво, — Гедимин развернул картинки-«реконструкции» на весь экран. Огромное стадо странных животных, покрытых мехом, спускалось в красный каньон; мамонт держал в хоботе пучок красной травы; в скалах, сливаясь с пятнами лишайников, прятался крупный хищник.