Ещё один день (СИ)
Она знала только, что снова оказалась перед Лионом — без права на просьбы, без права на разговоры, без права на отказ. Все, что она могла, - это пытаться не делать того, что он требовал. Не подходить ближе, не идти за ним. Не брать его проклятое мертвое сердце в руки. Но даже это с каждым явлением на берег реки давалось все труднее. Его слова имели вес и власть в том мире, а ее слова — нет. У нее не было даже своего голоса. А у Глены был.
И желанная недопомолвка неожиданно обернулась настоящим браком, освященным богами. И все планы расстаться с Гленой, как только все закончится, пошли прахом, разлетелись прямо там, на холодном речном берегу.
***
- Ты могла бы предупредить меня, - говорю я. - Предупредить и остановить. Мы, возможно, смогли бы найти какой-то другой выход.
- А ты бы на моем месте стала останавливать? - Джанна испытующе смотрит на меня, и в ее взгляде я читаю «только врать не надо».
- Знаешь, мне кажется, я бы попыталась.
- Значит, ты лучше меня. Я не смогла.
- Боялась, что я отдам тебя Лиону?
- Боялась, что он не отдаст меня тебе. И за тебя тоже боялась. Ты пришла за мной, это значило, что сила у тебя есть, но у Лиона ее уж точно было больше...
- Опять ты все выворачиваешь так, будто делала что-то хорошее. Но ведь на самом деле нет, Джанна. Нет ничего хорошего в браке, заключенном обманом и при помощи приворотного зелья.
- Каким обманом, Глена? Кто же знал, что ты не понимаешь, что делаешь, и метешь что попало? Там, на Другой Стороне, где каждое слово может иметь последствия!
- Ну, я же не знала, что это Другая Сторона, - смущаюсь я. - Но потом, когда на моей руке появилась лента, ты темнила! Ничего мне не объяснила нормально. Разве это не обман?
- Я растерялась. Я думала, ты понимаешь, что происходит, а ты... Потом я думала, что мы вернемся, проснемся и нормально поговорим, но проснулась, осознала, что все закончилось, и... в общем, тогда я не смогла. Я все ждала потом, утром и дальше, когда ты меня спросишь, но ты так и не спросила. А потом я поняла, что ты вообще всё забыла! И как мне было подступать к тебе с разговором?
Как-как. Так и подступать. «Глена, тебе случайно не снилось, как мой мертвый жених сочетал нас браком на очень темном речном берегу?» А что, было бы смешно.
- И все-таки ты могла попробовать, - ворчу я. - Ладно, у меня еще сотня вопросов, но я выберу один. Почему ты все-таки сказала мне про приворот?
- Я... просто больше не могла. Хотела попытаться тебя отпустить. Хоть мы и были связаны браком, ты об этом не знала. Могла бы жить спокойно, без меня...
- Что-то я не помню, чтобы ты решительно встала и сказала, что уходишь.
- Мне следовало так сделать. Но я не смогла. С самого начала думала, что не смогу. Начну разговор и дрогну. Оставалось только сделать так, чтобы ты сама меня выгнала. Быстро сказать главное, чтобы не было шансов передумать.
Никогда не пойму эти восточные выверты.
- Ну вот, сделала. Добилась, молодец. И что дальше? Почему ты искала меня сегодня?
- Потому что прошел год, а я так и не смогла нормально жить без тебя. Я хотела, чтобы у тебя была нормальная жизнь. Думала, это будет не так уж сложно: мы пострадаем, перебесимся и пойдем дальше. Но я все еще тебя люблю. А ты меня?
Я старательно растираю ладонями лоб и щеки. Усталость навалилась в не слишком подходящий момент. Действие зелий, должно быть, всё-таки закончилось, а теперь и мои личные резервы тоже заканчиваются. На вопрос я не отвечаю. Можно подумать, она сама не знает, люблю я ее или нет. Я ведь сейчас здесь сижу.
- Ты в курсе, что из-за твоих выкрутасов мы потеряли целый год? - спрашиваю я. - Тебе хотя бы жаль этого времени?
- Я не жалею, что не хотела тебе врать, - отрезает она. И глазами сверкает грозно.
- Ты могла построить тот разговор по-другому...
- С тобой? С огневичкой?!
- Могла. Но даже не попыталась. И за это тебе голову оторвать мало. Иди уже сюда, Джанна.
- Зачем? - настраживается она. Я только молча показываю на место рядом с собой. И когда она пересаживается, справедливо ожидая от меня какой-нибудь подлянки, я запускаю пальцы в ее волосы, чтобы не дергалась, и наконец-то целую Джанну.
С самого утра об этом мечтала. Сколько можно время терять.
Неизвестно ведь, когда доведется в следующий раз. И доведется ли вообще, с нашим-то счастьем.
33. Затишье, Дан и мы
За окном Пятихолмья светит яркое летнее солнце. Мы с Джанной стоим у окна башни и смотрим на лагерь людей Розена, разбитый там, за замковой стеной. При свете дня он радует еще меньше, чем в предрассветных сумерках. Первая их попытка пробиться в замок не удалась, вопрос в том, когда будет вторая. И кто будет решать этот судьбоносный вопрос. Джанна считает, что штурм будет нынче же ночью — якобы пока мы не опомнились, хотя я не сказала бы, что мы в такой уж плохой форме. Джанна оптимистка. Я лично хотела бы, чтобы штурм был этой ночью, прошлого раза мне категорически не хватило, я хочу огня и крови. Но думаю, подручные Розена, сколько их там есть, передерутся за право командования и замаринуют нас до утра, если не до завтрашнего обеда. Джанна считает, что из нас двоих оптимистка - как раз я.
Я помню, помню: у них мало времени, они должны бы действовать быстрее. Но что они будут делать без Розена, как все теперь будет — я не знаю. Может быть, знает сам Розен?
Мы с Джанной стоим рядом, слегка соприкасаясь плечами, и это так успокоительно, так правильно, что хочется длить это ощущение еще и еще. Вот победим всех, закончим эту дурацкую историю — и больше никуда ее не отпущу, никогда, обойдется. Хватит, целый год без нее прожила. Хватит-хватит. Сниму снова ту же квартиру, запрусь с ней там, и пусть что хочет говорит, не пущу никуда. Имею право, я супруга или кто?
- Вы ужасно мило смотритесь вместе, но нужны ли нам слухи на этот счет? - вкрадчиво спрашивает голос Дана где-то позади нас. Мы резко разворачиваемся. Я усилием воли подавляю порыв шарахнуть огнем на звук, потому что откуда-то знаю: это действительно Дан, а не кто-то другой. Это дружественное присутствие. Присутствие моего мужа. Очень смешно звучит.
- Ты говори уж прямо: это именно тебе такие слухи не нужны, - не сдерживаясь хотя бы в речи, фыркаю я, снова подаюсь ближе к чуть отстранившейся Джанне. - Вопрос только в том, как ты собираешься заставить меня вести себя иначе.
- Как-как, шантажом и угрозами, - улыбается он. - Буду брать пример с тебя.
- Ты, кстати, вообще откуда здесь? Почему не в медблоке? - спохватываюсь я. Дан традиционно хорошо выглядит, так что я даже на минуту забыла про его ранение. Но теперь, конечно, вспоминаю.
- Сбежал, - коротко говорит Дан. - Регенерация у меня отличная, Зверин ее еще дополнительно пнул, к вечеру буду как новенький, если не делать резких движений. И там скука смертная, можно умереть без всяких повреждений, просто так, от нечего делать.
- Обалдеть, ты бессмертный, что ли? - я-то еще помню, какое у него было ранение! Да тут никакая магия так быстро не поможет!
- Сама знаешь, что очень даже смертный, - смеется Дан. - Собственноручно ведь оживляла. Так что глупости не говори.
Джанна снова напрягается и делает шаг в сторону. Ну да, конечно, я возьму и отпущу ее, ага, прямо сейчас. Я даю ей сделать этот шаг, хватаю за руку и притягиваю обратно.
- Ладно, не буду говорить глупости. А почему ты тут, а не где-нибудь там?
- Где «там»?
- Ну, где сейчас решают судьбы мира, с Розеном разговаривают, не знаю, что там еще.
- А ты правда, что ли, думаешь, что судьбы мира решаю я? - смеется Дан. - Нет, дорогая, этим занимаются старые и скучные дяди и тети, ну а я так, помог немножко. Пошумел, поскандалил, наследством помахал, могу теперь успокоиться и даже умереть. Но не буду.
- Передумал? - улыбаюсь я.
- Меня заставили! - трагически шепчет он. - Явилась злая стихийница и достала меня с того света!