Папа на сезон (СИ)

— Демьян, я… Ты не думай, я никого не принуждаю. Ну предложил симпатичной девчонке перепихнуться… Нет, так нет. Обычно никто так не взрывался, – он осекается, поняв, что проговорился. Я вздергиваю бровь.
— А секс у нас теперь отдельный пункт при приеме на работу? – интересуюсь спокойно. Вообще-то, мне глубоко плевать, сколько девиц он оприходовал на собеседованиях, раз уж они сами перед ним ноги раздвигали, значит, были не против. Но то, что пошли слухи – большой косяк. Лучше надо скрывать свои пороки.
Демонстративно посмотрев на часы, произношу:
— У тебя десять минут, чтобы собрать вещи.
Отойдя от стола, сажусь на диван, Артур все так же стоит, глядя с растерянностью.
— Но… Демьян… – мямлит он, я кидаю на него взгляд.
— Я что-то невнятно сказал? Галя позвонит, когда надо будет прийти за расчетом.
Артур еще несколько мгновений растерянно моргает, потом начинает бестолково выдвигать ящики стола. Он укладывается в девять минут и уходит практически налегке. Открыв дверь, я натыкаюсь взглядом на девчонку в светлом платье, она при нашем появлении вскакивает со стула. Все-таки не ушла, даже удивительно.
Смотрю на нее и понимаю: она бы ушла, но работа ей очень нужна. Киваю Артуру в сторону лестницы, бросив злой взгляд на девчонку, он начинает спускаться вниз. Когда его спина, обтянутая легкой рубашкой, прилипшей к спине в районе позвоночника, исчезает за поворотом, говорю девушке:
— Подожди еще чуть-чуть, – и закрываю дверь кабинета. Пройдя за стол, сажусь в кресло, бегло смотрю бумаги. Сверху анкета для собеседования. Ну-ка, что мы имеем. Анастасия Любимова, двадцать два года, не замужем. Прописка далеко не южная. Значит, приехала на сезон поработать и насладиться морем. Ага, наслаждается изо всех сил.
Усмехнувшись, вспоминаю ее вчерашние испуганные глаза, полные тупого отчаяния. Вообще-то, не в моих правилах брать на работу абы кого, тем более яснее ясного, что девчонка осенью уволится. Опыта у нее нет… Я вздыхаю. Но мне ее жалко. Вот уж удивительно, обычно я жалостливым становлюсь только по-пьяни.
— Не дури, Демьян, – бормочу вслух, дочитывая анкету, – откажи ей, и пусть ищет другую работу.
И все же, когда выхожу из кабинета и ловлю ее взгляд, произношу самую тупую фразу, которую только можно:
— Вам перезвонят, хорошо? Пока ничего не могу сказать точно.
Даже на вы перешёл, отчего фраза ещё более тошно прозвучала.
Девушка на мгновение теряется, а потом, выдавив улыбку, кивает и начинает спускаться по лестнице. Я слежу за ее уходом и почему-то чувствую себя козлом.
Спустившись к Гале, говорю:
— Артур тут больше не работает. Размести вакансию о поиске нового управляющего… А может, ты сама, Галь?
— Что сама? – смотрит она испуганно.
— Займешь его место. Ты тут с открытия, все знаешь, ответственная, уверен, ты справишься.
— Демьян Александрович, но это же такая работа… Это не на ресепшн стоять…
— Давай попробуем, – улыбаюсь ей, а сам думаю о девчонке. Галю, значит, готов взять без опыта в управляющие, а той отказал в должности уборщицы. Но Галю я знаю, а эту девчонку нет.
— Ладно, – хлопаю по столешнице ладонью, отвлекая себя от мыслей и подводя итог, – перемещайся в его кабинет понемногу, а на свое место найди кого-нибудь.
— Хорошо, Демьян Александрович, и… спасибо.
Киваю, задумчиво глядя в стену, а потом иду к выходу. Дождь начинается, когда я открываю дверцу машины. Первые крупные тяжелые капли падают на стекло, ветер, срываясь, поднимает пыль на дорожке. Быстро сажусь в машину, и вовремя, проезжаю не больше ста метров, когда с неба начинает лить так, что перед стеклом собирается пелена воды. Разогнав ее дворниками, медленно спускаюсь в сторону трассы и очень скоро вижу тонкую съежившуюся фигурку девушки в белом летнем платье.
Правда, сейчас платье прилипло к ее телу, очертив тонкую осиную талию, стройные ноги и вполне себе привлекательную задницу, не тощую, как можно было бы предположить.
Качнув головой, торможу возле девушки, перегнувшись, открываю дверцу. Она стоит, обхватив себя за плечи, шмыгает носом, волосы прилипли к лицу и висят паклями. Хорошо, что не злоупотребляет косметикой, вокруг Эльзы в такой ситуации уже была бы разноцветная светящаяся лужа.
 
— Садись, – говорю громко, она колеблется, но произносит:
— Я вам весь салон залью.
— Он кожаный, высохнет.
Бросив еще один взгляд на небо, девушка все же ныряет в салон, захлопывает дверцу, отрезая нас от шума дождя и ветра. Я плавно двигаюсь с места, интересуясь:
— Куда подкинуть? Я еду в центр.
— Можете высадить меня на остановке возле гостиницы «Интурист», – произносит она, я молча киваю. Интересно, у нее там очередное собеседование?
Бросаю искоса взгляд, Настя сидит, обхватив себя ладонями за локти и глядя в окно. Я вижу красивую небольшую грудь без бюстгальтера, платье настолько прилипло к телу, что кажется, его вовсе нет. И это возбуждает… Чёрт возьми, реально возбуждает. Как и стройные ноги, которые она сжимает, пряча стопы под сиденье.
Неудивительно, что Артур на нее польстился. Даже будучи мокрой курицей, мокрой и очень худой курицей, она выглядит аппетитно. Да ладно, Демьян, усмехаюсь сам себе, ты чего, возбудился от малолетки в мокром платье? Серьезно? Кажется, пора позвонить одной из своих «подруг», как тактично назвал их Касторин. Надо было вчера переспать с Лизой, а не везти ее домой, тогда бы и не смотрел на тощих девчонок младше почти на десять лет.
Но Лиза меня в последнее время так бесит, что спать с ней не хочется от слова совсем, тем более что в постели она откровенно не впечатляет.
За этими мыслями сам не замечаю, как доезжаю до города, а вскоре и до остановки. Дождь еще идет, но уже не стеной, капает моросью. Я торможу следом за автобусом.
— Спасибо вам, – кивает Настя, не глядя на меня, и вылезает.
Ее появление встречает удивлением полная девушка около тридцати с ребенком. Тот, увидев Настю, бежит к ней и обнимает за ноги. Она, смеясь, присаживается на корточки и целует его. Теперь он обнимает ее за шею и с улыбкой что-то рассказывает. Мальчишка явно не сын подруги, совсем не похож, неужели Настин? Во сколько же она его родила? Лет в восемнадцать-девятнадцать?
Честно сказать, я не силен в возрастах детей, я вообще с ними не имел дел. В любом случае, учитывая, что она не замужем, значит, залетела. Автобус отъезжает от остановки, фырча и плюясь дымом, и я наконец отмираю и двигаю за ним. Точнее, обгоняю и еду в сторону дома. Пожалуй, рабочий день на сегодня можно считать законченным.
Очень надеюсь, что меня никто не будет беспокоить, но как только захожу в квартиру, слышу звонок по телефону. Мама заедет через двадцать минут. Быстро приняв душ, залезаю в холодильник, но ничего поесть не успеваю, звонят в дверь.
Мама, поцеловав в щеку, проходит и усаживается в гостиной, пока я совершаю очередной набег на холодильник. Два раза в неделю приходит моя домработница Роза, убирается и готовит, - еще одна находка после Светы. Пока грею ужин в микроволновке, мама говорит, качая головой:
— Зря ты так с Эльзой, между прочим, она в тебя давно влюблена.
— Она влюблена в мои деньги и мое положение, мы оба это прекрасно понимаем.
— Странно, что ты при этом не понимаешь, что и она подходит тебе по всем тем же параметрам.
— Мам, давай я скажу прямо один раз, – я достаю тарелку и ставлю ее перед собой на барную стойку. – Я не собираюсь жениться на Эльзе, я вообще не собираюсь…— тут я осекаюсь, вспоминая разговор с Касториным. Мама поджимает губы.
— Демьян, ты не мальчишка, но иногда ведешь себя, как подросток, честное слово. Тебе тридцать один год, у тебя на носу предвыборная кампания, сколько еще ты планируешь менять девок, как перчатки?
 
— Недолго, – отвечаю, отправляя еду в рот. Она рассматривает меня с особым вниманием.
— Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор, сынок, – говорит, поднимаясь, – Соломоновы серьезные люди, а ты и так, насколько я понимаю, успел не раз затащить Эльзу в постель.