Папа на сезон (СИ)

Усмехаюсь, откидываясь на спинку кресла. Что ж, Баринов хитер, вон каким путем пошел, чтобы удалить конкурента, не запачкав рук.
— Подробностей я не знаю, – добавляет Дарина, – мне нужно было донести до тебя информацию, а там уж вы бы как-то сговорились сами, если бы ты согласился.
— И что ты до него донесла?
— Пока ничего, – поколебавшись, отвечает Дарина. – Я была слишком на тебя зла за то, что ты мне отказал, еще и так грубо. Как будто я для тебя вообще ничего не значила.
Я невольно смеюсь, нет, правда, не может же она всерьез так считать? Ни о каких чувствах, конечно, речи с ее стороны не идет, но самомнение у Дарины впечатляющее.
— Извини, – убираю смех, качнув головой. – Давай просто перевернем страницу наших отношений раз и навсегда. Меня это не интересует.
Она смотрит недоверчиво.
— Неужели совсем ничего не екает? – спрашивает. – Ведь у нас было не просто так, всерьез...
Киваю.
— Всерьез еще как, Дарин. И больно было тоже всерьез, а боль такая штука, она умеет отрезвлять от иллюзий. Ладно, это лирика. Слушай теперь о деле. Помочь я не смогу, потому что с некоторых пор с Соломоновым не то чтобы дружу. Есть у нас ряд разногласий, так что уговорить его отказаться от проекта не в моих силах, даже если бы я захотел. Впрочем, я и не хочу. Потому что меня это не касается. И связи с прибылью тоже не интересуют, я предпочитаю обзаводиться ими честным путем.
Она сжимает зубы, когда я встаю, вскакивает следом.
— Демьян, зря ты так. Олег мог бы помочь тебе, очень хорошо помочь. И в политической карьере тоже, у него большие связи. Подумай.
— Нечего думать, Дарина, я все сказал. Прощай.
Выхожу из комнаты, не дожидаясь ответа. О своем решении не жалею и не пожалею, но вот с Соломоновым переговорить стоит, по крайней мере, предупредить о том, что вокруг него строят козни, о которых он не догадывается. Все-таки мы и впрямь долгое время плыли в одной лодке. Если бы не мать с этой дурацкой женитьбой на Лизе... Должен же он понимать, что бизнес есть бизнес, а личная жизнь – личная жизнь.
Смотрю на часы и чертыхаюсь, день летит, как сумасшедший, я даже еще в офисе не был, благо, там ничего срочного, Света пару раз звонила, но на этом все. Ладно, пожалуй, сейчас и поговорю с Соломоновым, чего уж откладывать.
Но на звонок он не отвечает, так что в итоге отправляюсь в офис, решив связаться с мужчиной позже. И не успеваю доехать, как новый форс-мажор: долбанный Севастополь, а, с их документами, надо было отправить туда занудную бухгалтершу или там нанять, а не обходиться девочкой-студенткой, как решил прораб на участке. Как будто у меня других дел нет, гонять туда-сюда. Заезжаю в офис, Света уже подготовила пакет документов, на которых нужна моя подпись.
— Может, отправим кого-нибудь туда? – задает вопрос. – Хоть из отеля курьера.
Машу рукой.
— Лучше я сам, а то окажется, что чего-то не хватает, заставлю ещё раз все проверить. Закрыть бы объект уже поскорее и забыть.
— Да забудете вы, как же. Это же наши постоянные партнеры, – хмыкает Света. Это да. Что ж, может, еще немного переговорю с ними об этом Баринове.
Из машины звоню Насте, чтобы сказать, что приеду поздно, но она не берет трубку. Ни в этот раз, ни в течение вечера, чем вызывает беспокойство. Обиделась на что-то? Надумала опять ерунду какую-нибудь?
И снова: как же все не вовремя. Поездка в Севастополь затягивается из-за большой аварии на трассе, в итоге оказываюсь дома опять ближе к полуночи, усталый донельзя. Поднявшись, открываю дверь, тихо прохожу внутрь. Спят? Ладно, не буду будить, поговорим завтра. Опять завтра.
Проваливаюсь в сон, а просыпаюсь с трудом по будильнику. Иду в душ, и уже выйдя оттуда, понимаю, что меня смущает. Девять утра, а Андрей еще не встал. Хмурясь, оглядываюсь, иду быстрым шагом к их комнате, распахиваю дверь и прикрываю глаза, выдыхая. Она пуста.
  
Глава 22
 
Настя
Он меня вспомнил. Вспомнил. Вспомнил. Вспомнил. Всю ночь и утро на повторе крутится эта мысль, вызывая одновременно дурацкую радость и страх за будущее. Потому что Демьян сказал, что хочет быть отцом Андрею. Но как он это видит – не сказал. И хотя я верю в его честность, все равно боюсь решительных мер с его стороны. Мало ли что...
 
Из-за этого всего в голове полный сумбур, не могу сосредоточиться на реальности. Даже тот факт, что мы почти занялись любовью, вытесняется из сознания. Может, потому как раз, что и не занялись. Русалка... Он меня вспомнил, из-за родинок вспомнил!
— Мам, ну ты чего, опять не слушаешь? – тянет меня к себе Андрей, требуя внимания.
— Прости, сынок, – прикладываю руку ко лбу. – Я просто отвлеклась. Что тут у нас?
— Вот пазл же.
— Да, точно, пазл.
Нет, одной мне со всем этим не справиться, звоню Аньке, прошу приехать. Когда она размещается в квартире и выслушивает мой рассказ, только качает головой.
— Вот ты вляпалась, мать, – произносит в итоге. – Но это же хорошо, что он проявил сознательность, да? И никаких приказов, требований. Он вроде неплохой мужик-то. – Молча киваю в ответ, кусая губы. – Ты все-таки в него влюбилась, да? – спрашивает подруга сочувственно. Теперь уж нечего скрывать, снова киваю, пряча взгляд. – Ну это я давно поняла. Странно, что он ничего не замечал. А он сам что?
— Я не знаю, – говорю растерянно. – Но все же очевидно, мы с ним не пара. Даже если Демьян захотел принимать участие в жизни сына, на нас с ним это никак не скажется.
— То есть он отказался от этой своей бывшей, чуть не переспал с тобой, и это все просто так? – хмыкает Анька.
Я хочу верить ее словам, то есть выводам о том, что и Демьян что-то чувствует, как и я, но боюсь. Боюсь ошибиться, обмануться. А потом будет больно. Теперь уж точно, потому что если четыре года назад это была и правда только незабываемая ночь с классным мужчиной, то теперь... Теперь уже нечто большее.
— Чувства всегда все портят, – говорю в сердцах.
— Ага, сразу начинаешь усложнять, даже то, что вроде бы просто и понятно. А потом еще и страдать от всех этих усложнений, которые зачастую оказываются лишь твоей же выдумкой.
— Вот ты мне сейчас совсем не помогла.
Анька смеется, нахожу в себе силы улыбнуться.
— Слушай меня, – говорит подруга, – черт его знает, что там у Демьяна в голове, но на твоем месте я бы рискнула. Хочет быть отцом, пусть будет пока только отцом. А если есть что-то между вами, оно само прорвется. Это, знаешь ли, неизбежно происходит обычно.
— А если нет?
— Ну а на нет и суда нет.
Да, она конечно права. Только вот если со стороны Демьяна ничего нет, а я буду надеяться... Трясу голову, я должна в любом случае согласиться ради сына. Только здесь я поняла, насколько Андрею нужен отец. И они так легко сошлись с Демьяном, возможно, и правда, со временем получится наладить между ними настоящие родительские отношения. Даже если мы не будем вместе...
Видеозапись меня и Демьяна мы не обсуждаем, хотя подруга и пытается высказать, что я сильно сглупила, соглашаясь на подобное. Да я и сама не рада, специально не залезаю в сеть, чтобы не видеть этого позора. Надеюсь, страсти быстро утихнут, а то я чувствуя себя звездой порнофильма.
А потом Анька показывает мне видео, где Демьян с Дариной. Даже не знаю, какие чувства меня обуревают в тот момент. Сначала нападает ступор, я смотрю и не могу отвести глаз, а он целует девушку, гладит ее тело, укладывая на диван. Совсем как меня. Сердце, кажется, перестает качать кровь, чувствую дурноту и недостаток воздуха. Он с ней, с ней! Я сразу узнаю вип в баре Артема и вспоминаю, как он сам кричал Демьяну в тот вечер: ты был с Дариной в моем баре! А Демьян сказал, что не был... Но вот же оно – прямое доказательство, разве нет? Видео обрывается, я смотрю перед собой под Анькиным сочувствующим взглядом. Нет, нет, он же сказал, что ничего не было. Значит, он остановился, отстранился, ушел от нее. Кто-то внутри меня зло смеется. Сама-то поверишь в такое?