Папа на сезон (СИ)

Кивнув, он говорит:
— Сядь, пожалуйста.
Пройдя, присаживаюсь в стороне от него.
— На следующей неделе вы переедете ко мне, – начинает он, и я почти жду, как мужчина скажет, что до этих пор его личная жизнь меня не касается. И будет прав, кстати. Но он удивляет, потому что тема совсем другая. – Моя мать в курсе происходящего, чтобы ты знала. Вам точно придется пересекаться, и не раз. Она по идее должна вести себя адекватно. Я говорил сегодня с Касториным, он велел завтра выбраться в мой ресторан. Но это вечером, когда я освобожусь после работы. Хорошо?
Я киваю, ожидая продолжения, но его не поступает. Поняв это, иду в душ, и уже под струями воды в голову приходит простая мысль: а с чего он должен вообще мне что-то высказывать? Ему просто плевать на мое мнение, и что я думаю. Мы связаны обязательствами друг перед другом, но это вовсе не повод прислушиваться к моим словам.
После душа отправляюсь к себе, Андрей сладко спит, а вот я долго кручусь. То лежу, смотря в потолок, то старательно считаю воображаемых барашков. Но сна ни в одном глазу. Тихо поднявшись, выхожу из комнаты и в гостиной вижу спящего на диване Демьяна. Он лежит на животе, свесив одну руку на пол. Зачем-то подхожу и присаживаюсь перед ним, рассматривая лицо.
Вспоминаю, как увидела его впервые возле отеля. Как подумала, что он невыносимо красив, что перед ним не устоять. Я и сейчас не могу этого не признавать, но тогда я просто обалдела. Так обалдела, что пошла за ним и провела лучшую ночь в своей жизни. Ни до него, ни после мне не было так хорошо. Хотя стоит признать, что и интимной жизни как таковой у меня не было. С Сашкой Фомичевым у нас было не пойми что, а когда я вернулась, и оказалось, что беременна, вовсе пришлось про это дело забыть.
Впервые я пошла на так называемое свидание, когда Андрюше было два года. Мы встречались два месяца, но так и не переспали. И все происходящее куда больше напоминало для меня пытку, чем удовольствие. В общем, отношения как-то сами собой сошли на нет. Попыток найти новые я не предпринимала, потому до этого момента так и была одна. И вот теперь, целуясь с Демьяном, я вновь ощутила то желание, что в прошлый раз. Только вот поддаваться ему – весьма опрометчивый поступок.
Демьян вдруг шевелится, и не успеваю я отойти, как он открывает глаза. Чувствую себя так, словно меня застукали на месте преступления. Надо что-то придумать, и я ляпаю:
— Телефон уронила, – для подтверждения своих слов даже показываю телефон, который держу в руках.
Хочу подняться, но Демьян вдруг хватает меня за руку, а так как он при этом садиться, то я лечу вперед, оказываясь на коленях. Руками упираюсь в его ноги, а потом ловлю взгляд и замираю. Демьян смотрит так... Я нервно сглатываю, понимая, насколько двусмысленно выглядит моя поза.
— Извини, – он отпускает мою руку, – со сна не сообразил, что к чему. Извини.
Я аккуратно поднимаюсь, пряча взгляд.
— Ничего страшного, – говорю ему, шествуя в кухню.
В конце концов, я-то ведь на самом деле сидела и пялилась на него, пока он спит. Внизу живота расползается странное волнение, я наливаю себе стакан воды и пью залпом, чтобы как-то восстановить нормальное состояние. Но какое нормальное, когда, обернувшись, вижу растрепанного и заспанного Демьяна, стоящего на пороге кухни и глядящего на меня... Точнее, на мои ноги. И тут соображаю, что одета в маленькую пижаму. Немного утихший импульс снова вспыхивает.
— Не спится? – спрашивает Демьян, я киваю.
— Послушай море.
Смотрю на него в непонимании, он кивает в сторону лоджии.
— Говорят, шум моря отлично убаюкивает, – усмехается он, – я, правда, за столько лет так и не проверил эту истину. Попробуем?
Неожиданное предложение, конечно, но я молча киваю. Мы выходим на лоджию, прохладный влажный воздух врывается в легкие, нос наполняется запахом моря, я втягиваю его продолжительным вдохом. Опершись на перила, смотрю на темные очертания воды, слушая шум волн, который хоть и слабо, но доносится досюда.
— В моей квартире такого вида не будет, – усмехается Демьян, стоя рядом со мной.
 
— Ты далеко живешь?
— Нет, но от моря немного в стороне. Вон там, – он указывает рукой направо, придвигаясь ко мне, я чувствую прохладу его кожи, когда он касается плечом моего плеча. Смотрю в указанную сторону, но естественно, особенно ничего не вижу. Да и честно сказать, его близость интересует меня сейчас куда больше. В голове вдруг мелькает шальная мысль: ну а что, если мы переспим, что такого? Я ведь смогу себя держать в руках, сделать вид, что ничего не было. Да у меня сын от этого мужчины, и вон, никто не догадывается... Желание снова начинает скручиваться в животе, я поворачиваю голову к Демьяну, и кажется, что он думает сейчас о том же.
Тут же себя одергиваю. Он только вчера кувыркался с какой-то девицей, которая ему от страсти наделала засосов. Хочешь стать в его списке очередной проходной, тогда пожалуйста, набрасывайся. Он к этому привык.
Господи, я сама себе противоречу, в голове полный раздрай.
Мы по-прежнему стоим близко друг к другу, глядя в глаза. Одно небольшое движение вперед, и поцелуемся. Но мы стоим, словно ждем команды или намека один от другого.
— Надо идти спать, – произношу я тихо и убегаю с лоджии.
Именно убегаю, иначе и не скажешь. Пройдя в комнату, прикрываю дверь и выдыхаю. Так, это все неправильно, неправильно. Я не должна испытывать к нему такой тяги, не должна. Ну или должна лучше с ней бороться.
Забираюсь под простыню, обняв сына, закрываю глаза. Просто держать расстояние между нами. Не оставаться с ним наедине, вот и все. А днем у меня есть Андрюшка, который в этом отличный помощник.
Утром Демьян уезжает рано, даже не позавтракав, только быстро пьет кофе. Правда, уходя, зовет меня к двери, отсчитав несколько купюр, сует в руки. Я смотрю непонимающе.
— Сходи с Андреем в магазин, купи ему одежды. Я позвоню насчет вечера.
Удушливая волна стыда покрывает мои щеки красной краской уже после его ухода. Ему, наверное, не особенно приятно вообще на нас смотреть, выглядим в его глазах как оборванцы. Да какое платье на меня ни надень, это ничего не изменит. Я всего лишь бедная провинциальная девушка, которая не вписывается. Следом накатывает злость. Ну и ладно, они сами выбрали нас с Андреем для этой роли. А вдруг выбрали именно поэтому? История золушки и принца вызовет в сердцах электората еще больший отклик. А потом, когда все кончится, они наверняка придумают еще одну жалобную историю расставания, так что Демьян сорвет все баллы у женского населения побережья.
И все-таки мы идем в магазин, кроме новой одежды покупаем еще гору игрушек, которые я даже не знаю, как тащить домой. Может, взять такси? Пока об этом думаю, у обочины тормозит машина, и оттуда появляется мужчина.
— Настя, здравствуйте, – он широко улыбается, я узнаю в нем друга Демьяна.
— Добрый день, – выдавливаю улыбку, когда он окидывает меня быстрым взглядом.
— Помочь вам? Что-то вы нагрузились не по силам.
— Да как-то не подумала вот.
— Давайте подвезу, – пока я сомневаюсь, он уже забирает у меня пакеты и кладет в багажник. Ничего не остается, как разместиться с сыном на заднем сиденье.
— Извините за неудобство, – говорю ему, но он только широко улыбается.
— Глупости не говорите, Настя, друг Демьяна мой друг, а вы считай жена, так что еще ближе.
Я усмехаюсь, называя адрес.
— И как вам подобная авантюра? – спрашивает Артем. – Кстати, может, на ты перейдем?
— Да, конечно, – киваю в ответ. – Авантюра нормально, от нас с Андреем мало что требуется.
 
— Ну это пока. Когда переедете к Демьяну, представляю, что начнется. Общественность сойдет с ума. Видела, какой буч от ролика с поцелуем?
Я киваю, кажется, Артем в курсе всех подробностей нашего договора с Демьяном.
— Ну вот, готовься ловить тычки и оскорбления. Они по-любому будут. Обиженные бабы они такие, извини, – он снова широко улыбается, глядя на меня в зеркало заднего вида. – А у Демьяна этих баб было столько... Впрочем, не думаю, что все придут тебе высказывать, только те, кто имел на него серьезные виды.