Новый кот на заправочной станции (СИ)

– Кто? – не понял мужчина, поднимаясь.
– Был такой герой в еще докосмическую эпоху, когда в любви было принято на коленях признаваться, – пояснила Тень, разглядывая дыру в стене, – Плохо кончил.
– Помер?
– Конечно, все кто жил в докосмическую давно померли, – хихикнула девушка.
– А этот особенно глупо, – обнадежил его Мирх, – Тоже лез, куда не просили, и в итоге…
– Помер?
– Нет, сперва женился, а потом уже помер.
– За меня, кэп, можешь не волноваться, декретный отпуск брать точно не буду. Сперва помру, а потом меня уже дохлого к алтарю оттащат.
– Значит, на подарок можно будет не тратиться – Мирх отодвинул помощника и поднес  к глазку сканера коммутатор.
– Только на черный костюм, – добавила Эли и обернулась на дверь сортировочного отсека.
– Карантинная зона, наденете костюм радиационной защиты и повторите запрос, – ответила ИЖКа.
– И этой костюм подавай, все бы вам девкам над рабочим мужиком изгаляться, – посетовал Тииз угрюмо разглядывая зеленый наряд уборщика – эльфа.
Тень собиралась что-то ответить,  что-то такое, после чего помощник наверняка встанет на дыбы, призовет звезды в свидетели... Может, в самом деле, они подходят друг другу куда лучше?
Дверь сортировочного отсека завибрировала, словно была сделана не из высокоуглеродистой стали толщиной с руку, а из фольги.
– Черт, – Тииз тут же забыл про все костюмы на свете, но вспомнил про вибронож, и опасаясь, что опрометчивые слова про алтарь могут сбыться прямо сейчас, выставил его перед собой, готовясь встречать невесту.
– Кто там у тебя? –с дрожью в голосе спросил он у Мирха
Глядя на вибрирующуюдверь, капитан инстинктивно загородил Эли и на какое-то мгновение задумался, а не запирал ли он в сортировочном отсеке какого-нибудь космобайкера вместе с байком? Вроде нет.
Дверь снова угрожающе задрожала, кэп инстинктивно потянулся к поясу, где когда-то давно висела кобура с энерго оружием, сейчас мирно покоящаяся в сейфе станции. Расслабился от мирной жизни и пьяных космобайкеров…
– Отсек изолирован. Отказ доступа. Отсек изолирован, – быстро повторяла ИЖКа.
– Только не говорите, что Йелонцы  уже берут нас штурмом, –  пробормотал Тииз.
– Ага, по очереди с разбегу бьют рогами в дверь, стараясь добраться до нашего  инертного двигателя. У кого заболит голова, тот выбывает из соревнования –  проговорил Мирх, чувствуя, как рука Эли сжимается на его плече.
Кто бы ни ломился сейчас в эту переборки, к Тени он не подойдет, сдохнет на полдороги, Мирх об этом позаботится.
Перегородка выгнулась и жалобно заскрежетала.
– Отказ доступа! Отказ… – в механическом голосе операционной системы послышались истерические нотки, – Отказ… Отказ.. Отказ… – нож в руке помощника угрожающе завибрировал, дверь натужно заскрежетала и все-таки отъехала в сторону.
В первый момент капитан подумал, что на станцию и вправду ворвались инопланетяне, с круглыми исходящими ледяным паром лысыми головами и  треугольными стеклянными глазами. И даже успел затосковать по оставленному оружию еще больше. К счастью, в обозримом пространстве инопланетянин был один.
– Приветствую вас, инженер первого ранга Рэмистер. – голосом любимой жены промурлыкала ИЖКа.
– Не написана еще та система, что откажет старому Рэму в доступе, – сказал старый инженер, откидывая шлем.
– Твою мать, Рэм, – в сердцах высказался Тииз, – Нашел время хвастаться сексуальными достижениями.
– Не тронь старушку, она почила в мире, понятия не имея об этой стороне жизни своего непутевого сына, – старый инженер отстегнул шлем.
– По обшивке прошел, – догадался Мирх.
– По ней родимой, от главного зала до сортировочного, – Рэм достал «взламывателя».
– Я этого не видел, – тут же объяснил свою позицию капитан.
– Бывает, –  философски сказал инженер, направляясь к двери грузового отсека, – По последним исследованиям ученых Туманного Альдебарана выборочная слепота поражает до шестидесяти четырех процентов мужчин в возрасте от тридцати лет. Наиболее активным ген временного ослеплениястановиться при попадании в поле зрения обнаженного женского тела, – Рэм коснулся двери в грузовой отсек и продолжил – Налоговой или зарплатой ведомости, а так же счетов, штрафов и других документовсодержащих повышенное количество подлежащих к выплате цифр. В особо тяжелых случаях развивается стойкая аллергия на…
 
– Обнаженное женское тело? – уточнил помощник. – Так вот почему мужики начинают тратить вирты на шмотки и туфли. Я думал они идиоты, а оказывется они просто больны. А способы лечения есть?
– Есть, – уверенно ответил Рэм, – Потратить все деньги.
– Или пересмотреть все женские тела. Клин клином, – помощник указал инженеру на дыру, которую расковырял в обшивке, – Слышь, Тень, хочешь вылечить Мирха? Раздевайся.
– Ты себя-то к какой категории относишь, Рэм? – спросил  капитан, – К зарплатой ведомости или к женскому телу?
– К немаленькому штрафу, –  мужчина поднял считыватель.
– Доступ закрыт, – уже с сомнением  произнесла ИЖКа.
– Закрыт-закрыт, – успокоил систему инженер, – Мы поэтому здесь и собрались, что ты нас не пускаешь, – он  подключил несколько проводков к считывателю.
– Опасность радиационного заражения, – искин оправдывался, как мог.
– Опасность разозлить главного инженера станции и закончить свои дни терминалом по продаже туалетной бумаги, – парировал Рэм.
– Ты и тетке, что-то подобное всегда говорил, – хихикнула Тень, – Обещал, что еще одно слово и пойдет цветочками в стыковочный рукав торговать. И пока все не продаст, пусть не возвращается.
– И что тетка? – спросил Мирх.
– Ничего, – пожала плечами Эли, – Наливала в бокалтехнического спирту и отправляла дядьку подышать на контакты охладителя. Охладиться, так сказать.
– И долго ты это терпел? – возмутился Тииз.
– Пока технический спирт не заканчивался, – ответил Рэм с улыбкой.
– Или пока на всей станции не оставалось непротертых контактов, – добавила Эли.
– Золотое было времечко, – с грустью добавил  инженер.
– Я ничего не понимаю в семейной жизни, – констатировал помощник.
– И в электрике тоже, – добавил Рэм, – Кто ж так по-варварски с панелью обращается…
– Было произведено несанкционированное вскрытие управляющих элементов, – тут же наябеднечала ИЖКа.
– Вот-вот, – покачал головой Рэм, – Нет бы ласково и с любовью, – он что-то нажал на панели управления взламывателя.
– Несанкциони… – начал жаловаться искин станции, но визгливые нотки в механическом голосе тут же сменились едва ли не мурлыканием. Таким голосом разговаривает усталая и удовлетворенная женщина, – Инженер Рэм, доступ разрешен. Радиационный фон превышает допустимый на пять единиц. Приятного дна.
Дверь отсека с тихим шорохом отъехала в сторону.
– Она сказала «приятного дна»? – не понял Тииз.
– Точно, помощник Тииз, и мы сейчас на него спустимся, – старый инженер перехватил взламывателя на манер патрульной дубинки и …
– Не торопись, Рэм, – Мирх положил на его плечо руку, останавливая готового шагнуть внутрь грузового отсека инженера, – Там радиация.
– Уровень радиационного фона выше нормы на сорок целых, семь десятых рад-грамм, – тут же уточнила ИЖКа.
–  В отличие от тебя, Мирх, я в защитном костюме.
– Интересно вы и у черной дыры будете спорить, кому первому прыгать? –ухмыльнулся Тииз.
– Уступим эту честь тебе. – Капитан раздраженно повел плечами, – Рэм, и ты и я знаем, что это старье, не защитит тебя от радиации полностью, лишь экранирует самые…
– Выведу, у Ушиха есть антидот.
– Ты бы с зельями дока поосторожнее, от них головогрудь может вырасти, – Тииз посмотрел на Тень, – А вот Эли бы грудь совсем не помешала.
– Мирх, можно я покажу ему неприличный жест? – спросила девушка.
– Оооо, – протянул помощник. – Показывай, что у тебя есть такого неприличного. Я весь твой, детка.
– Левый антидот…
– Лучше, чем никакого, – вставил Рэм.