Мой порочный писатель (СИ)

 «Отпусти», – беззвучно произнесла я одними губами, глядя в его лицо. Он был так близко ко мне. Его глаза горели бешеным огнем, и я вглядывалась в его зрачки, расширенные от возбуждения и гнева.
  
Глава 19. КИРА
 
От отсутствия кислорода в мозге внезапно появилось ощущение какой-то легкости и отрешенности. Я перестала сопротивляться и просто смотрела в серые омуты его глаз. 
Я была полностью в его власти, и, как это ни странно, быть в такой нездоровой зависимости от него в эту секунду показалось очень... приятным?                                                                                            
Я закрыла глаза. Внезапно его пальцы разжались. Я судорожно сделала глубокий вдох и сползла вниз по стене. Кирилл подхватил меня и вжал всем телом в холодную поверхность. От ощущения его сильного тела рядом со своим дикая волна возбуждения захлестнула меня, концентрируясь влажным, горячим томлением внизу живота.                                                                                                     
Я так давно ждала его прикосновений. Адреналин, алкоголь, злость и возбуждение накатили на нас. Он сжал ладонями мое лицо и прижался своей щекой к моей. Я чувствовала его аромат, и этот чудесный запах дурманил мое и так затуманенное сознание. Кирилл прижался губами к моему уху, и всё что я могла слышать, это его прерывистое дыхание. Он прошептал мне:
– Эротическая асфиксия...
Я еще никогда не слышала такой странной одержимости в его голосе.
– Никогда раньше не пробовала, да, детка?
Что? О чем он говорит? Я недоумевающе смотрела на него. Лицо Кирилла казалось мне совершенно незнакомым. Таким я его еще ни разу не видела. Глаза горели, лицо исказила гримаса гнева и желания.
– Попроси прощения, Кира, – прошептал он мне на ухо, обдавая меня горячим дыханием. – Ты же обманула меня, девочка?
– Прости меня... – Мой голос прозвучал хрипло и казался совсем чужим.
– Повторяй за мной: «Прости, что я оскорбляла тебя и была маленькой врунишкой. На самом деле я была послушна и книги твои еще не читала». Повтори. – Его голос звучал ласково, почти нежно.
Я плохо соображала и от смешанного чувства страха и бушующего возбуждения стала податливой и сговорчивой. Повторила то, что он мне приказывал, слово в слово.
Больше всего мне хотелось оказаться от него подальше и одновременно быть с ним так близко, как только возможно.
Кирилл погладил меня по голове и очень нежно прижал к себе. Моя кожа горела, сердце исполняло какой-то странный, отчаянный танец.
 Внезапно я обняла его в ответ, не обращая внимания на ноющую боль в шее. Он утешал меня какими-то ласковыми словами, прижимая к себе, как маленького ребенка. Сквозь слезы я неразборчиво проговорила:
– Кирилл, ты же чуть не задушил меня.
Сказав это вслух, я вдруг осознала весь ужас ситуации.
– Неправда.
Мне показалось или его голос прозвучал как-то неуверенно?
– Я контролировал ситуацию.
– Что на тебя нашло? – Я боялась услышать его ответ, хотя, кажется, уже знала его.
– Я же просил тебя не злить меня. – В его словах слышалась боль.
 Казалось, он сам не до конца осознавал то, что только что натворил. Он делал глубокие вдохи, будто только что взбежал по лестнице на десятый этаж.
– Понимаешь... – Он на секунду замолчал, подбирая слова. – Я... я не могу по-другому. – Он напрягся, и тело его стало твердым как камень. – Я пытался этого избежать. Честно. – Он что, сейчас оправдывается?!
– Пойму, если ты больше не захочешь меня видеть, – хрипло продолжил он, уткнувшись лицом в мои волосы. – Пойму, но не смогу разрешить тебе уйти. Теперь уже не могу. Теперь ты моя.
  
Глава 20. КИРИЛЛ
 
Когда мы сели в такси, зазвонил мой телефон. Это была Леля, моя спутница. Трубку брать не хотелось, но настойчивая трель стала раздражать, и я ответил:
– Кирилл, – услышал капризный голос девушки. – Ты что, только что бросил меня одну на вечеринке? Ты куда делся?
 
Не поведя бровью соврал:
– У меня возникли срочные дела, пришлось уехать. – Я старался говорить тихо, чтобы не потревожить Киру, которая прикрыла глаза, положив голову на спинку сиденья. – Тебе вызвать такси? – поинтересовался я.
– Да я сама могу, – недовольно ответила девушка. – Я думала, что мы сегодня сможем хорошо провести вечер. Ну, как раньше, ты помнишь? – она перешла на соблазнительный шепот.
– Да, я тоже, – вздохнул я. Говорить с этой пустоголовой блондинкой сейчас совсем хотелось. – Но никак не могу. Дела.
– Ну-у, малы-ы-ыш... – капризно протянула она. Сразу представилось ее глупое смазливое лицо с надутыми недовольными губами. – Я так соскучилась...
– Леля, не могу сейчас говорить, – я постарался свернуть разговор.
– Я Лина, придурок! – внезапно оскорбилась она. – Леля – это моя подруга!
– Извини. – Блин, эти блондинки с силиконовыми мозгами были все на одно лицо! Слово «детка» было очень удобным: оно избавляло от необходимости запоминать их приторные имена.
– Больше мне не звони! – прокричала она в трубку и отключилась.
Вполне довольный тем, что мне не придется продолжать беседу, я убрал телефон в карман.
– Дела, значит? – рассеянно сказала Кира, не открывая глаз. – Твоя спутница тебя потеряла?
– Это не важно.
 Какого черта эта Леля, или как там ее, позвонила так не вовремя!
– Ты потом вернешься за ней? – уточнила девочка. Она продолжала упрямо игнорировать мой взгляд, хотя я видел, что она уже открыла глаза и теперь с нарочитым вниманием разглядывала поверхность сиденья.
– Нет! – отрезал я.
– Кирилл... – Она вздохнула. – Скажи, зачем я тебе?
Ох, черт! Девочка, если бы ты только знала ответ на этот вопрос, мигом бы остановила машину и убежала прочь.
– Ты же моя ассистентка, – решил пошутить я, не найдя нужных слов. – Я за тебя в ответе.
– Хватит уже всей этой брехни про твою профессиональную заинтересованность! – внезапно вскипела она. – Хоть раз скажи мне правду!
Я обхватил руками ее упрямое лицо и приблизил к себе. Она так замечательно пахла! Закрыв глаза, попытался представить, как бы всё могло быть, если бы я не был собой. Между нами было что-то неуловимо откровенное. Она дополняла меня, а я странным образом дополнял ее. Но, к сожалению, я знал, что конечная цель была для меня важнее мимолетного увлечения.
– Если я скажу тебе правду, то ты от меня убежишь, – наконец, прошептал я. – Но обещаю, что однажды я тебе всё расскажу.
Она удивленно заморгала – наверное, не знала, что и думать. Твою мать, она, видимо, считает, что я какой-то одержимый сексуальный маньяк! Люблю издеваться над женщинами. Но в этот раз было не совсем так.
До этого эксперимента с Кирой я никогда не ощущал потребности физически подавлять женщину. Конечно, и раньше мне, как и любому мужчине, нравилось ощущать власть над женщиной, ее покорность в постели.
Чувствовать трепещущее тело, неспособное ни справиться с тобой, ни оттолкнуть. Податливое и сговорчивое тело, которым ты обладаешь и в которое проникаешь, доставляя удовольствие и немного боли.
Боль всегда делала удовольствие только ярче.
Я молчал, погруженный в свои мысли. Что я мог сказать ей? Ровным счетом ничего ободряющего. От этого я сам себе становился противен.
Вспоминал события этого вечера. Ее упорное желание обратить на себя мое внимание. Черт, именно из-за этого всё пошло не по плану! Я позволил себе то, в чем теперь так раскаивался. Просто не смог оторваться от нее.
 Такая хрупкая и милая девочка! Она так испугалась, что я чувствовал дрожь во всем ее худеньком теле. Мне было тошно от себя. Отвращение сковало меня, но я должен был стерпеть. Повторял себе, что всё это делаю не я, что мне это никакого удовольствия не доставляет.
 
Но я врал себе. Кем бы я ни был в тот момент, когда мои пальцы сжались на ее горле, впечатав в стену, мне это понравилось.