Четыре «В» для ведьмы, или Отбор наперекор (СИ)

— Да только не тот, — добавила я.
— Все верно, это был замок семерых братьев гномов! — объявил кто-то совсем рядом с нами.
Мы с девчонками одновременно отпрыгнули. Гарольд не отреагировал никак, сохраняя приличествующее должности спокойное выражение лица.
А рядом с нами стоял тот самый аглиарх, который устроитель отбора. Сегодня на нем был идеально белый костюм, словно он не в лес собирался, а на светский раут. Блокнот и перо, что он держал в руке, отблескивали золотом.
— А ты здесь что забыл?! — возмутилась я. — Не мог как-то предупредить о своем появлении? Покашлять, что ли, для приличия.
На мою гневную триаду он не обратил ровным счетом никакого внимания. А вот на спешившуюся Малисенту очень даже.
— Ты мне троюродный брат или как?! — она чуть не с кулаками набросилась на демона. — Не мог предупредить?
— Не мог, — аглиарх Лаберт развел руками и вжал голову в плечи, одновременно обнимая себя крыльями — видно, в качестве защиты от гнева сестренки. — Ты же знаешь, что нам это запрещено. И вообще, ты бы поменьше упоминала о родстве.
— А мы уже слышали, — хмуро заметила Малика.
— Ну и что?! — разъяренная Малисента бросилась уже на нас. — Кто вас будет слушать, убогих? И вообще, на Отбор я попала за собственные заслуги.
— За собственные и сойдешь с дистанции, — тихо, но уверенно добавила Элли.
Кажется, она больше нашего знала о правилах.
— За достижения семьи и из уважения к нашим предкам Малисента не покинет Отбор, но вернется к началу испытания, — горделиво произнес аглиарх. — Таково наказание господина Тиарона Имануила Мангулора Калбельдеда Али.
Мы с таким решением не согласились. И готовы были оспорить его.
— Какое отношение предки имеют к невестам?! — возмутилась я. — Дракон же не на предках женится.
Девочки дружно покивали. А Малисента до того разъярилась, что вскинула руку, сопровождая жест каким-то заклинанием. Уж она-то явно поднаторела в боевой магии. Воздух вокруг аж задымился от ее злобы.
Аглиарх вовремя блокировал удар сестренки и, удержав ее за руку от нового выпада, строго предупредил:
— Не усугубляй. Твое участие в Отборе и без того висит на волоске.
Сказав это, он крутанул рукой, создавая воронку, в которую и погрузилась Малисента, исчезнув из нашего поля зрения.
— А вы, — он обратился к нам так, словно видел перед собой нечто дурно пахнущее. Даже нос скривил. — Вы отправитесь на завтрак к нашему господину. В качестве поощрения, хотя я и не понимаю, за какие именно заслуги.
Он хмыкнул, а мы переглянулись. Вообще идея сносно позавтракать была более чем притягательной. А вот компания дракона была явно лишней. Для меня, по крайней мере.
— А ничего, что твой господин нас чуть не угробил? — поинтересовалась я, воинственно сложив руки на груди. — А ведь на месте дерева могли оказаться мы.
Девчонки непонимающе переглянулись.
— Какого дерева?.. — осторожно поинтересовалась Элли и тронула меня за плечо.
— Потом, — пообещала я и припечатала аглиарха взглядом. — Так что? Полагаю, нам положен не только завтрак, но и извинения?
— Вы бы не погибли, — неохотно признался демон. И тут же добавил: — К моему великому сожалению.
Сказав это, он создал новый портал. Только нас перенес не вихрь, а карманное зеркало, увеличенное во множество раз. Аглиарх растянул его до нужной величины, и мы увидели в его глади вовсе не собственное отражение, как можно было бы предположить, а приготовленную к завтраку столовую. Там было столько угощений, что у меня рот наполнился слюной, и я первой шагнула вперед. Ну и что, что к накрытому столу прилагался дракон, восседавший в кресле в своем истинно драконьем обличии.
Девочки шагнули вслед за мной, встав по бокам, точно стражи. Признаться, их поддержка действительно вдохновила меня — на самые великие свершения.
— Добро пожаловать в мой замок! — объявил дракон.
Мы не спешили отвечать. Элли тряслась от страха и величия  массивной золотой фигуры хозяина дворца. Малику, кажется, больше заинтересовало величие обстановки. Ну да, не каждый день оказываешься в комнате, драпированной тканью, напоминавшей шелк, и уставленной драгоценнейшей мебелью. Были тут золоченые консоли и стулья, а на стенах висели натюрморты — такие правдоподобные, что дух захватывало.
 
Но лично меня больше всего впечатлил стол. Уставленный огромными вазами с яствами, пирамидами из кондитерских изделий, украшениями из фарфора и сахара, он казался воплощением мечты обжоры.
Конечно же, сам хозяин торжества прекрасно понимал, какое впечатление произведет его столовая на нас, изголодавшихся и усталых. После путешествия по лесу пребывание в роскошном дворце создавало просто-таки головокружительный контраст.
Драконище выглядел так самодовольно, что мне даже есть расхотелось. И если он надеялся, что я восхищусь его поступком, то напрасно. С трудом, но мне все же удалось сделать вид, будто меня ничто не удивляет.
Вместо того чтобы глазеть на еду и глотать слюни, я рассматривала дракона. А он — меня, в свою очередь. Так бесцеремонно и открыто, что огромного труда стоило не покраснеть.
— Нравлюсь? — дракон взмахнул хвостом и оскалился.
М-да, за такие белые крепкие зубы можно восхвалить его дантиста. Если драконам таковые вообще нужны.
Я пожала плечами и сделала неопределённый жест рукой.
— Что-то как-то банально, всего лишь дракон, — протянула небрежно. И с усилием отвела взгляд от нарезанной ломтиками ветчины. —  Вы же, вроде бы, различные облики можете принимать? Могли бы и расстараться ради невест.
Хотя, с другой стороны, зачем ему стараться? Это мы должны выложиться на все сто, чтобы понравиться. А ему достаточно вильнуть хвостом — притом в прямом смысле этого слова.
Малика дернула меня за рукав, предостерегая от дальнейших выпадов. Но моему негодованию не было предела. Это ж надо: заставить девушек идти к нему по лесу чуть ли  не босиком. И это в то время, пока он сам прохлаждается в роскошных покоях!
— Хорошо, этот урок ты запомнила, — важно кивнул дракон. —  И в каком обличье ты бы меня хотела увидеть?
Я задумалась. Посмотрела на подруг, но они, кажется, обалдели от моей наглости. Да я и сама, признаться, удивлялась себе. Не иначе, как родовая магия семейства Лаерики досталась мне вкупе с ведьминской спесью. В своем мире я была более осторожна в своих поступках и словах тем более.
— Эм-м… к примеру, креветка, — предположила я, возведя глаза к потолку. — Как вам такое задание?
Ну а что, он же может выставлять невестам условия. Почему бы не ответить ему тем же?
— Креветка? — переспросила Малика и посмотрела на меня как на полоумную.
— Ну да, — легко согласилась я. А что толку отпираться? — Маленькая такая.  С выпученными глазами, и укропом…
Элли охнула. Малика закатила глаза, явно готовясь к худшему. Да и я сосредоточилась, готовясь в любую минуту возвратиться в свой мир, без права на помилование.
Но вопреки нашим худшим ожиданиям, у дракона тоже имелось чувство юмора. Он рассмеялся и ударил кулаком по столу так сильно, что блюдечки и вазочки жалобно звякнули.
— Знаю я эту историю, — подтвердил  он мои худшие опасения. — Кстати, Великан на самом деле был добрым малым, хоть и любил хвастать. Это его и сгубило. А вот кота-оборотня, захватившего власть, возненавидели все жители той страны. В том числе хозяин, ставший пешкой в игре и его невеста — принцесса из соседнего королевства. Мне пришлось вмешаться, чтобы навести там порядок. И вот еще что: кот-оборотень до сих пор отбывает повинность у меня в замке. И все еще пытается хитрить, хотя за последние годы характер его стал более чем сносный.
— Вы так много знаете о других мирах… — робко восхитилась Элли.
— И везде спешите навести свои порядки, — добавила я.
Нет, ну на самом-то деле, нельзя же вот так запросто разрушать мое представление о привычном. Я еще с ролью ведьмы не обвыклась, как на тебе… Какой-то там дракон-жених рассказывает, что все горячо любимые мною в детстве сказки оказались далеко не сказочными, и имели совершенно другие финалы. Да за это убить мало!