Бредущий в «лабиринте». Книга 2. Чистильщик (СИ)
Брука сложившееся положение дел полностью устраивало, давало ему возможность самостоятельно решать «скользкие» дела, общаться с подобными ему людьми при власти из других регионов. А еще он гордился приятельскими отношениями с министром внутренних дел страны Советов. Николай Щелоков был родом из Алмазного, а значит, являлся земляком. Немаловажный факт, который дорогого стоит.
Телефонный звонок бывшего третьего секретаря, не так давно ушедшего на повышение, заставил полковника призадуматься. Зачем он ему понадобился? А впрочем, на встрече разберется. Со стороны Алешки Головко, трудно было ожидать подвоха. Утренняя летучка с начальниками служб, прошла в штатном режиме. Статистика происшествий по городу, тоже не вызывала особого беспокойства. До обеда занимался «рутиной». Когда зашел в «Приют», за столиком у окна взгляд наткнулся на обедающего Головко.
–Сколько лет, сколько зим… Рад приветствовать областное начальство!
–Подсаживайся.
Махнул рукой официантке.
–Зин, мне как всегда. Ну и чего у вас сегодня вкусненького?
С улыбкой подошла к столику.
–Борщ «Украинский» – хорош. Котлета по-киевски.
–Н-неси!
Болтали о мелочах. Выпили водочки. О деле ни слова. Со стороны создавалось впечатление, что встретились случайно.
Отправив Сергея обедать, расположились на заднем сиденье головковской «персоналки».
–Ну, что за дело ко мне? Рассказывай, Алеша.
–Проблема у меня, Аркадич. Помощь твоя нужна.
Семен Аркадьевич со вниманием выслушал Головко. Силен мужик! Это ж нужно такое с собственной женой придумать. Молод еще, а святого за душой медяк да полушка. Что с него дальше будет? Он ведь по своей натуре, выходит через любого переступит и не оглянется. Но помогать придется.
–Когда уезжаешь в Кузбасс?
–Дня через три.
Достал из кожаного портфеля аккуратный бумажный сверток, протянул полковнику.
–Вот, возьми. Сам решишь, кому что полагается.
Семен Аркадьевич не поленился, развернул бумагу. Две пачки зеленых, пятидесятирублевых купюр в банковских упаковках проявились на свет Божий. Хмыкнул. Подержал в руке, будто взвешивая по весу. На лице даже мускул не вздрогнул, привык к человеческим порокам, да еще вот, к таким вывертам судьбы.
–Не слишком ли дорого ценишь жизнь дражайшей супруги, Алеша?
–В самый раз, Семен Аркадич. – Знал, что делал. – Вы там поосторожней будьте.
–Что так?
–Меня Шрамко пасет.
–Юрий Меркурьевич в это дело лезет? Час от часу не легче! Тогда, да. Осторожничать придется.
Один из заместителей председателя КГБ СССР, Виталий Федорчук, старый чекист, свою деятельность на почве контрразведки начавший еще в далеком тридцать девятом году, создал в структуре КГБ два управления по надзору за милицией. С тех самых пор приходится постоянно держать руку на пульсе, контролировать любую ситуацию, если она в разрез с законом шла. Генерал Шрамко хоть и «лег» под «первого» в Ворошиловграде, но при случае захочет выслужиться, хотя бы в сводках попасть Андропову на глаза. Алексею Кузьмичу придется все же помочь. Слишком много знает. Здесь так, либо в расход пускать, либо помогать. Брук выбрал второе. Потом если нужда будет, такого человека на привязи удержать можно, а коли что – подтянуть.
Улыбка пробежала по морщинкам лица.
–В области орудует опасный преступник, на счету которого ряд дерзких, особо опасных преступлений. Изнасилования и разбои. Может, слыхал?
–«Первый» при мне с начальника областной милиции стружку снимал.
–Вот! Хитрый гад. Но «почерк» уже приелся. В ночное время встречает одиноких женщин на остановках общественного транспорта, сопровождает их до малолюдных, слабоосвещенных мест. Там нападает, применяя удушающий захват, а затем, под угрозой ножа совершает насильственный половой акт, после чего… Сам понимаешь. Сыщики, что называется, валятся с ног от усталости, разыскивая негодяя. Подобрались, можно сказать вплотную. Я уж хотел «добро» на задержание дать, но теперь погожу малость. Только теперь его при попытке к бегству, прямиком к отцу небесному на встречу отправлять придется. Так что, уезжай Алеша и выбрось из головы всякое беспокойство. Все сделают как надо, ни один Шрамко не докопается.
–Спасибо, Аркадич! – после разложенной на пальцах схемы предстоящего мероприятия, голос Головко сел, стал хриплым. – Ты, это… Постарайтесь, чтоб не слишком мучилась.
Полковник хохотнул. Не к месту, но сдержаться не смог. Добрый Алешка человек, о женщине с которой несколько лет прожил, беспокойство проявляет. Успокоил:
–Постараются. О! Вон и шофер твой возвращается. Прощаться нам пора…
Под конец рабочего дня Брук вызвал Цыганова. Молодой, крепкий парень всегда импонировал полковнику. К нему он попал пять лет назад, сразу из школы милиции. За плечами у Виктора, к тому времени была только срочная служба во Внутренних Войсках. Тем не менее, у лейтенанта была природная хватка и умение работать в команде… в команде Брука.
–Проходи, Витя. Вызывал. Присаживайся. Смотрю, возмужал ты. Заматерел. А все в лейтенантах ходишь!
–Так ведь, товарищ полковник…
–Знаю-знаю!
Достал из ящика стола погоны с двумя просветами, на которых поблескивало по три звездочки. Обойдя председательское место в кабинете, встал напротив, положил их перед опешившим подчиненным. С улыбкой произнес:
–Поздравляю Виктор. Заслужил.
Молодой, поднялся на ноги. Радость на лице, сама за себя говорила о душевном чувстве.
–Спасибо, товарищ полковник!
–Молодец! Отменно Родину и правопорядок защищаешь. Приказ только завтра объявят. Ну, а я на правах твоего товарища, решил это сделать уже сегодня. Давай, что ли звездочки вспрыснем, чтоб в звании поскорее росли.
–Так…
–Нет-нет! По чуть-чуть. Мне старику много употреблять врачи не велят, а за тебя я выпью.
Цыганов принял правила игры. Ну, захотелось полковнику выставить себя в таком свете – пусть! Его дело! А то он не знает, что «мудрый филин», как за глаза величают Брука, если необходимость возникнет, может в одиночку и ведро «беленькой» под хорошую закусь уговорить.
Закуска у начальника, выставленная на стол, была нехитрая. Хлеб, сало, порезанная ломтями «варёнка», ну и помидоры с огурцами. Часы в кабинете, повешенные над входной дверью, прямо напротив портрета «Железного Феликса», отщелкнули стрелками окончание «рабочей страды». После этой минуты в здании милиции оставалась только дежурная смена, да еще те, которым работа заменяла личную жизнь. Значит почти никого.
–Банкуй! – приказал начальник.
Когда поллитрушку оприходовали до половины, полковник будто и не употреблял спиртного вовсе, твердой походкой прошел к сейфу. Из его чрева досол пачку денег. Так же неторопливо умостился на место, по столу, рукой подсунув купюры к Виктору.
Ого! В пачке сто «листов», каждый по полтиннику! Это что ж такого предстоит делать, если так щедро платят. Обычно Цыганов довольствовался гораздо меньшим. От такой мысли и больших денег на столе, брови его, как по команде поползли наверх.
–Молодец Витя. Уважаю. Не бросаешься на дензнаки, как собака на кость. Х-ха! Некоторые и за меньшее готовы башмаки лизать.
–Семен Аркадьевич, я для вас и без этого готов…
–Нишкни. Деньги спрячь. Сам разберешься, кому что причитается. А дело тут вон какое,..
Цыганова еще в войсках приучили все делать основательно. Получив задачу, он не сразу бросился ее выполнять, или наоборот, приостановив все, что с ней связано, оставить выполнение на более поздний срок. Шеф сказал, чтоб не торопился, две недели срока у него есть, Но для Виктора это не значит, выполнить приказ в последний назначенный день. Нашел предлог, посетил школу. Познакомившись с жертвой лично, даже поговорил с ней. Но самое главное «осмотрелся по сторонам».
Первым делом Виктор подтянул помощников. Добился, чтоб на две недели в связи с оперативными мероприятиями по нейтрализации распоясавшегося насильника, их освободили от несения службы. Непосредственному начальству положил на стол подробнейший план работы по Делу. В реальности, «филькину грамоту», но оформленную грамотно, красочно и с указанием сроков исполнения. Комар носа не подточит! Пока занимался бумажной галиматьей, ребята уже работали «на земле». Можно сказать, ноги истоптали за два прошедших дня.