Выйти замуж за Уинтерборна (ЛП)

Её губы задрожали от сдерживаемого смеха.
– Отвращение полностью взаимно, мистер Уинтерборн. Заключим мировое соглашение и начнём сначала?
– А что насчёт причинённого ущерба Хелен? – гневно спросил Девон.
Рис осторожно поглядывал на нож, которым с него срезали рубашку.
– Это была моя вина, – поспешно сказала Хелен. – Вчера я без приглашения пришла в универмаг и потребовала увидеть мистера Уинтерборна. Я сказала, что всё ещё хочу выйти за него замуж и заставила обменять моё кольцо на другое, а потом... всё произошло, – она замолкла, поняв как это прозвучало со стороны. – Не в универмаге, конечно же.
С непроницаемым лицом Кэтлин проговорила:
– Боже, надеюсь, он не сопротивлялся.
Девон бросил на жену саркастичный взгляд.
– Кэтлин, будь добра, попроси Саттона принести одну из моих рубашек. Ту, у которой свободный покрой.
– Да, милорд. – Она поднялась на ноги. – Возможно, ему стоит... – Кэтлин замолчала, когда рубашка упала, обнажая широкий торс Риса и плечо сильно изменившегося цвета. Оно должно быть жутко болело, мышцы заметно завязались в узел под кожей.
Хелен молчала в ужасе от увиденного. Она нежно обхватила пальцами его запястье и почувствовала, как его тело еле заметно накренилось в её сторону, будто он пытался вобрать в себя прикосновение.
– Как это произошло? – резко бросил Девон, вынуждая Риса наклониться вперёд, чтобы посмотреть на его спину, где на гладкой коже цвета янтаря проступали чёрные синяки.
– Я пошёл вместе с Северином посмотреть на квартал зданий рядом с Кингс-Кросс, – пробубнил Рис. – Какие-то обломки упали на меня с дома под снос.
Девон нахмурился сильнее.
– Когда ты успел превратиться в такого чертовски невезучего человека?
– С тех пор, как начал проводить больше времени с друзьями, – съязвил Рис.
– Тогда я подозреваю, не стоит надеяться, что Северину тоже досталось? – спросил Девон.
– На нём ни царапины.
Вздохнув, Девон повернулся к Кэтлин.
– Нам понадобится бренди и мешочки со льдом помимо рубашки. И камфорный компресс, такой же, как тот, который мы использовали для лечения моих треснутых рёбер.
Кэтлин улыбнулась ему.
– Я помню.
Она прошествовала к двери и, распахнув её, резко остановилась, обнаружив толпу подслушивающих на пороге. Её взгляд прошёлся по трём горничным, лакею, миссис Эбботт и камердинеру Девона.
Первой пришла в себя экономка.
– Как я вам и говорила, – громко сказала она, – пора вернуться к работе, и следите за своим поведением.
Кэтлин прочистила горло, словно пытаясь задушить смешок.
– Саттон, – обратилась она к камердинеру, – мне нужно, чтобы вы принесли пару вещей для нашего гостя. Вы хорошо расслышали лорда Трени или мне повторить список?
– Бренди, лёд, компресс и рубашка, – повторил слуга с чувством собственного достоинства. – Я также принесу отрез ткани, чтобы подвязать руку джентльмена.
Как только Саттон ушёл, Кэтлин повернулась к экономке и обратилась к ней:
– Миссис Эбботт, боюсь, что фарфоровую вазу случайно перевернули.
Ещё до того, как экономка успела ответить, три горничные оживлённо вызвались подмести пол. Невольно возник вопрос: причиной тому была любовь к работе или желание оказаться в одной комнате с полураздетым Уинтерборном. Судя по тому, как они выгибали шеи, чтобы взглянуть на него, определённо последнее.
– Я сама этим займусь, – объявила экономка, прогоняя горничных. – Сейчас же вернусь с метлой.
Кэтлин повернулась к близнецам, которые всё ещё оставались на пороге.
– Вы хотите о чём-то спросить, девушки?
Пандора посмотрела на неё с надеждой.
– Можем мы поздороваться с мистером Уинтерборном?
– Позже, дорогая. Он сейчас не в том состоянии.
– Пожалуйста, передай ему: нам очень жаль, что на него упало здание, – искренне сказала Кассандра.
В голосе Кэтлин послышалась улыбка, когда она ответила:
– Я передам ваши добрые положения. Теперь идите.
Неохотно близнецы поплелись прочь от библиотеки.
Закрыв дверь, Кэтлин направилась обратно к кушетке. Попутно захватив плед, висящий на ручке кресла.
 
Девон осматривал плечо Риса, осторожно ощупывая его, чтобы выяснить вывихнуто оно или нет.
– Тебе следует быть дома в постели, – бросил он грубо, – а не шататься по Лондону, делая предложения молодым девушкам, которых ты опорочил.
Рис нахмурился.
– Во-первых, я не шатаюсь и, во-вторых, Хелен... Чёрт тебя возьми, больно!
Измождённый он уронил голову на грудь.
Хелен сочувственно посмотрела на него, зная, как сильно он ненавидит от кого-то зависеть. Рис всегда был хорошо одет и никому не подвластен. Само его имя ассоциировалось с успехом, роскошью и элегантностью. Ничто из этого не включало в себя перспективу оказаться на полу, потрёпанным, в синяках и насильно раздетым.
– А во-вторых? – подсказала она, возвращая его к неоконченной мысли.
– Ты не опорочена, – сказал он хрипло, его голова всё ещё была опущена. – Ты идеальна.
Сердце Хелен сжалось от болезненной сладости. Ей безумно хотелось его утешить и приласкать. Вместо этого ей пришлось обойтись лёгким поглаживанием его чёрных волос. Он приподнял голову навстречу ласке, как приручённый волк. Её ладонь прошлась по его щеке до подбородка и двинулась дальше, к идеальной твёрдой линии здорового плеча.
– Кажется, кость на месте, – сказал Девон, садясь на пятки. – Не думаю, что произошёл повторный вывих. Хелен, если ты не прекратишь миловаться с мерзавцем на моих глазах, я выбью ему второе плечо.
Хелен застенчиво убрала руку.
Подняв голову, Рис злобно посмотрел на Девона.
– Я забираю её с собой сегодня же.
Его лицо ожесточилось.
– Если ты думаешь...
– Но мы бы предпочли устроить свадьбу в июне, – поспешно вмешалась Хелен. – И, в первую очередь, нам бы хотелось получить ваше благословение, кузен Девон.
– Ну вот, мистер Уинтерборн, – живо сказала Кэтлин, выступая вперёд и укрывая смуглый торс Риса пледом. – Давайте, поможем ему подняться и сесть на кушетку, по полу очень сквозит.
– Мне не нужна помощь, – проворчал Рис. Он с трудом умудрился приподняться и сесть на кожаную мягкую обивку кушетки. – Хелен, иди собирай вещи.
Хелен пребывала в полном оцепенении. Она не могла заставить себя возразить Рису тем более, когда он был ранен и уязвим. Но и не хотела покидать Рэвенел-Хаус на таких условиях. Со стороны Девона было очень любезно разрешить ей и близнецам остаться в Приорате Эверсби, когда любой другой на его месте выставил бы их на улицу без тени раскаяния. Хелен не хотела создавать раскол в семье, сбегая и не приглашая никого на свадьбу.
Она взглянула на Кэтлин, молча умоляя помочь.
Всё поняв, Кэтлин заговорила с Рисом умиротворяющим тоном:
– Конечно же, в этом нет необходимости мистер Уинтерборн. Вы оба достойны подобающей церемонии в кругу семьи и друзей. А не опрометчивой регистрации брака, организованной на скорую руку.
– Вам с Трени это вполне подошло, – парировал Рис. – Если он не стал дожидаться свадьбы, почему должен я?
Кэтлин замешкалась перед тем, как ответить, досадно улыбнувшись:
– У нас не было выбора.
Живому уму Риса потребовалось около двух секунд, чтобы догадаться о смысле сказанного.
– Вы в положении, – сказал он прямо. – Мои поздравления.
– Необязательно было ему рассказывать, – проворчал Девон.
Кэтлин улыбнулась мужу, присаживаясь.
– Но, милорд, мистер Уинтерборн скоро станет членом семьи.
Девон потёр ладонью лоб и глаза, будто высказывание вызвало у него мгновенную мигрень.
– Те же обстоятельства могут настигнуть и Хелен, – сказал Рис, намеренно продолжая его провоцировать. – Она тоже может быть беременна.
– Мы этого ещё не знаем, – ответила Хелен, потянувшись к пледу, чтобы поправить его на груди Риса. – Если окажется, что так оно и есть, планы, конечно, придётся поменять. Но я бы хотела подождать и выяснить наверняка.