Принцесса и призраки (СИ)
Он ушел, я в ожидании завтрака достала смартфон и набрала «Джастин Круз». Браузер повисел задумчиво, а потом известил, что пропала связь. Я отругала себя — нужно было посмотреть хотя бы несколько видео в комнате. Я попробовала еще и еще, каждый раз с одинаковым результатом.
Князь не появлялся, я встала и быстро обошла холл. Запах виски никуда не пропал, а бутылку я нигде не видела. Где-то пролили, поморщилась я, и успели убрать.
Я посматривала на картины. Мне удалось рассмотреть и запомнить князя и Кристиана достаточно, чтобы попытаться понять, кто же все-таки изображен на картине, той, где девушка была на меня так похожа. Я прошла раз, другой, я отлично помнила, что картина с загадочной парочкой висела рядом с копией портрета астерийского короля, но допускала, что князь, будучи в состоянии опьянения, мог перевесить картину в другое место. Сейчас там, где я видела девушку и офицера, висел ядовитых цветов натюрморт, а того, что я искала, я не находила нигде.
Я сказала себе, что объяснений есть множество, вытащила смартфон и проверила фотографии. Нет, картина мне не привиделась, правда, качество изображения на снимке оставляло желать лучшего, и сличить черты офицера с чертами хозяев этого замка не представлялось возможным. Потом, как и в прошлый раз, словно и тут была какая-то закономерность, я опять обернулась на звук шагов.
Миссис Бут поставила на стол поднос и посмотрела на меня испуганно и устало. Я улыбнулась, вернулась к столу, и миссис Бут замотала вдруг головой.
— Бегите отсюда, — сдавленным шепотом проговорила она. — Прямо сейчас, спешите в гараж, там ключи, берите машину и уезжайте. Сейчас же. Пока вас не остановили. Умоляю. Скорей.
Глава десятая
— При таком сильном тумане я никуда не смогу уехать, — ответила я, натягивая церемонную улыбку. — Что мне угрожает, миссис Бут?
— Мисс. Мисс Бут, — продолжала она так же вымученно. — Вы можете называть меня Кэрол, мэм.
Такой взгляд бывает у людей очень сильно напуганных, я готова была поклясться, что вчера она выглядела спокойной.
— Хорошо, Кэрол, — кивнула я. — Где его светлость и Кристиан, вы видели их?
Ей было за шестьдесят, моложавая, подтянутая, на лице ни грамма косметики, одета не вызывающе, но модно, дорого, вещи немного поношены — возможно, качественный сэконд-хэнд, — не леди, не сельская жительница, не горожанка. Я поняла вдруг, кого она мне напоминает — персонаж сериалов про деревушки Бриссара, где только и развлечений, что праздники и убийства.
— Уезжайте, — с напором повторила она, картинно поднесла руки ко рту, громко выдохнула, потом развернулась и поспешила прочь, но уже подойдя к лестнице — где-то там был коридор, ведущий в подсобные помещения — повернулась ко мне и быстро добавила: — Его светлость не тот, кто был раньше.
Когда я начинала работать и с удивлением поняла, что дела нашего управления — не одни бесчинствующие сущности, но и те, кто за ними нередко стоит, мой наставник показал мне любопытный прием. «Если ты научишься прощать, тебе нечего больше здесь делать, но если ты не научишься понимать — тебе тоже нечего будет здесь делать». Отзеркалить жест собеседника незаметно для окружающих и попытаться поставить себя на его место.
Мне понадобилось несколько лет, пока я смогла разделять эмпатию и мотивы. Понять причину — зачастую практически раскрыть преступление, принять причину — принять сторону преступника, а не жертвы. Сейчас я точно так же, как мисс Бут, сложила ладони, поднесла их ко рту и несколько раз выдохнула. Никакой магии, просто перезагрузка.
Она не боялась того, что творится в доме, она боялась мне говорить. И это я признавала — посвящая меня в подробности, мисс Бут предавала своих хозяев. Кристиан говорил, она служит им двадцать пять лет.
Она могла многое, очень многое знать.
Она принесла кофе и вчерашние круассаны. Я рассудила, что нет резона воротить от них нос, если только мисс Бут не решила меня отравить, избавив князя и Кристиана от моего докучливого общества. Я села, налила кофе, отметив, что кофейник из дорогого фарфора, а чашка треснула так давно, что коричневый цвет въелся в трещину намертво. Круассан был еще теплый, и шоколад, не выдержав многочисленных пыток в микроволновке, вытек на блюдце печальной лужицей.
Я облизала перепачканные пальцы, с усмешкой пожалев, что князь Ланарт этого не видит. Он вспомнил меня, конечно, узнал во мне ту разодетую девушку, от которой сбежал на королевском балу. И, судя по его поведению, он и тогда уже понял, кто я такая, и не одобрил мой отказ от титула ни в тот вечер, ни сегодня с утра. Забавно, что те, кто носил корону, и те, кто скоро должен был ее надеть, восприняли мое отречение с оговорками, но с пониманием. Вечное недовольство людей, которым так много не дано, и спросится, впрочем, с них тоже меньше.
С момента, как я вышла из своей комнаты, прошло полчаса, туман начинал рассеиваться и оплывал на стеклах крупными каплями. Я поднялась и направилась к двери.
Последнее, на что бы я решилась, это садиться за руль. Водила машину я не лучше и не хуже других, но я помнила серпантин и условное ограждение. Одно неверное движение, и машина отправится в пропасть. Туман еще ползает по дороге, и даже идти по ней пешком не самое разумное решение, но все-таки я планировала рискнуть.
Непроглядная серая пелена. Я выпустила ручку двери, постаралась рассмотреть хоть что-нибудь впереди, но уже в паре ярдов все расплывалось, как в фильме ужасов. Я различала контуры — не более, а вот дорожка под ногами видна была ясно, словно манила меня — или гнала — из этого места прочь.
Меня никто не остановил, не окликнул. Я вышла за ворота, которые так и остались открытыми и, вероятно, не запирались никогда вовсе, и по разбитому асфальту направилась со скалы.
В тумане, при полном штиле, отличная слышимость. Шум мотора, шаги и, может быть, голоса, что еще могло мне помешать спуститься беспрепятственно, разве что выстрел? И снова я вспомнила характерный жест. Характерный и неосознанный, будто Кристиан понял не сразу, что он не вооружен, и если это действительно так, то появление Джастина было случайностью.
Я шла, глядя под ноги и вслушиваясь в туман, и в один момент осознала, что дымка пропала, а мир наполнился звуками. Замок Ланарт был не так высоко над землей, но я остановилась, подняла руку вверх и коснулась облака.
— С ума можно сойти, — прошептала я. Каким бы странным ни было это дело, оно того стоило. Я сумела дотронуться до небес.
Впереди была небольшая развилка. Наверное, та, которая соединяла дорогу к поселению и серпантин к замку, и мне улыбнулась удача — как только я подошла к перекрестку, рядом со мной со скрежетом остановилась машина.
— Садитесь, мэм, подвезу вас, — смешливая женщина средних лет опустила стекло у старенького пикапа. — Вы, наверное, приехали вместо Джейкоба, да? Ой, как обидно, что он не вернется, он был такой милый и всегда приходил вечерами в наш паб!
В машине было тепло и пахло яблоками.
— Меня зовут Энни, а вас?
— Меган, — по-простому представилась я. — Рада познакомиться, Энни. А Джейкоб… разве он не собирается возвращаться?
— Ой, — смутилась Энни, трогая машину с места. Под днищем запротестовала какая-то металлическая деталь. — Не мое это дело, Мегги, девочка, но я хочу тебя предупредить. Не знаю, что тебе там наплели в твоем агентстве, все они хитрые, эти люди в костюмчиках, но нам Джейкоб четко сказал — больше он сюда ни ногой, хоть князь ему хорошо платит. Ну как хорошо, говоря между нами, князь нищий, беднее меня в триста раз, но так как тебя нанимает агентство, то князь не хочет уронить свое достоинство гордой мордой в грязь, ты меня понимаешь, да? А чем кормят? Тебе вообще что-то дают поесть? Вот не удивлена, что с утра пораньше ты побежала кушать в хороший паб. Сейчас Руди все исправит, не переживай.
Мне сказочно повезло, и даже спрашивать не было необходимости.