Защитник гоблинов (СИ)

— А если это столичный город крупнейшей империи гоблинского мира?
— Все равно, хоть столица Галактики. Пока им не на чем ездить на работу.
— Хорошо, идеи? Как это могло быть?
— Возможно, диффузная планировка. Жилые кварталы перемежаются огородами, небольшими пастбищами, рощами, прудами… в соотношении эдак один к десяти. То есть сельская местность, организованная в мегаполис. Ну и в центре, допустим, кварталы чиновников и богачей.
— Я видел этот город с холма. Не весь, конечно, но… не похоже. Застройка действительно практически сплошная.
— Современные аналоги?
— Нагуглите вид на Боготу с какой-нибудь горы. Был я там — в общих чертах похоже.
— Так, смотрим. Действительно, вариант отпадает.
— Еще идеи?
— Давайте исходить из имеющейся карты. Смотрите, концентрические кольца — это что? Что говорит системный язык?
— Так… Первая стена… Вторая стена. Это стены. Зачем-то они разделяют город на кольца.
— Да, местных аналогов не припомню. Настоящих историков с нами нет… жаль.
— Ребята, а как вам вариант грибницы?
— То есть?
— Смотрите — город начинается в центре и растет по краям. Потом, почему-либо, в центре становится жить плохо, и все переселяются на края. И растут дальше, а центр постепенно вымирает. В итоге имеем — жилое кольцо по периметру и огромное заброшенное тело внутри.
— И еще каждый новый жилой слой отделяет себя стеной от предыдущих. А зачем?
— Ну, например предыдущие слои на него плохо влияют. Мусора много, эпидемии, паразиты, крысы. Живые мертвецы по ночам шастают. Или просто развалины сносить лень.
— Пожалуй, красивая версия. Многое объясняет. Особенно если там заводилась нежить — немудрено, что они ставили стены кругами.
— Тогда исходим из общих положений — живых гоблинов в Саре времен последней войны могло быть до миллиона, и только во внешнем кольце. Но нежити, заранее заселившей внутренние круги — вероятно, гораздо больше. Но это рабочая гипотеза. Проверять — только на месте.
— Короче, нежити там — выше крыши. Ей питаться надо?
— Вроде нет. И еще, если верить Унту, она может поглощать друг друга. Но тогда оставшиеся становятся сильнее.
— Короче, для уверенной победы там нужны не копья и шпаги, а танки, авиаразведка и напалм в промышленных масштабах. Или высадка десанта прямо к алтарю. Или какая-нибудь ядреная магия, про которую мы не знаем.
— Мы знаем ядерную магию. Но это плохой вариант.
— Про магию из Системы что-то удалось нагуглить?
— Нет. Слишком много мусора. В нашем больном мире каждый десятый — маг, за штуку баксов готов и огненный шар пустить, и порчу наложить, но все это наверняка блеф. Надо хорошо знать, что искать.
— Возвращаясь к Сару. Каковы боевые возможности современных гоблинов?
— Они сами толком не знают. Остатки их цивилизации разбились на много мелких царств, и лишь некоторые еще мечтают добраться до алтаря. Унт полагает, что нынешний принц Ра соберет в новый поход несколько тысяч гоблинов. В средневековом вооружении — копья, луки, мечи. Немного конницы.
— Тогда отбиться от гоблинов в разы проще, чем пробить нежить до алтаря?
— Выходит, так. Может быть, это и есть локальная цель наших богов — выбить у гоблинов окрестности Сара, окружить его, накачать игроков, а потом уже разбираться с алтарем.
— Или алтарь вообще никому не нужная приманка, и просто наши юные боги решили прибрать к рукам соседний мир.
— Тогда… становится жалко гоблинов.
— А идею о вторжении засланцев на Землю можно как-то проверить? Может, это тоже разводка?
— В сети пока ничего конкретного. Кроме обычного шума про зеленых человечков.
— Итак. Эти наши боги могли тебе наврать, как минимум, по двум ключевым непроверяемым позициям. Про их цели на Саре и про наши перспективы на Земле. Боги же могут вести свою игру?
— Могут, однозначно. Даже люди могут вести свою игру. Каждый может вести свою игру и пытаться обмануть других.
— Тогда давайте, для простоты, исходить только из имеющегося: люди, превращаясь в игроков, экспансируют на Сар с неплохими шансами со временем отвоевать его у гоблинов. А никакого вторжения на Землю пока не происходит. Точка.
 
— Ладно. Прикладные следствия? Что делать?
— Видимо, готовиться к «призыву в армию». Каждого могут выдернуть из теплой постельки и отправить завоевывать Сар. Правда, с небольшой вероятностью. Если они забирают в день по тысяче, то на население Земли… в среднем, не дождетесь.
— Только это все может измениться. И кто уже прошел «армию» — мобилизован будет наверняка.
— А не может ли быть какой-то предварительный системный отбор? Например, набираем в игроки только белых мужчин в возрасте от 18 до 40, отслуживших в вооруженных силах, проживающих там-то, не имеющих того-то… ну и так далее. Или наоборот.
— Трудно проверить, статистики мало. Боги на этот счет не распространялись. Но детей, стариков и негров среди игроков действительно не попалось. Черт, и ведь почти все они были трупы…
— Ладно, тут нужны еще данные. Дальше?
— А все уверены, что при попадании на Сар нужно воевать за людей?
— Даже так?
— Именно. Даже если захват не остановить, уже с точки зрения нормального гуманизма хорошо бы дать гоблинам возможность выйти из войны и отсидеться, пока там не появится гражданская администрация. Еще лучше — заключить мир с людьми на правах аборигенов.
— Тогда еще лучше — вытряхнуть оттуда всех людей как захватчиков?
— Это они и так попытаются сделать. Но они уже проиграли свою землю паукам, нежити и еще черти каким системным сущностям. Так что ассимиляция с людьми для них — как ни странно, выход.
— Более теоретический вопрос — мы считаем гоблинов людьми?
— По большому счету, выходит, что да. Все, что можно понять — полная антропоморфность. Низкий рост, сутулость, смуглость, безбородость — это все изменчивость на уровне наших рас. Максимум — уровень близкого вида, типа питекантропа. Остальное можно списать на изменения Системой.
— Тогда про параметры первого предела Система загнула. Я правильно помню, что у людей максимум той же силы — десять, а у гоблинов — пять?
— Да, у меня десять. А у Унта — пять. И вроде это связано с расовым рангом.
— При шаге 50 % за балл параметра это дает разницу… примерно в девять раз. Многовато. Слушай, люди правда в девять раз сильнее и умнее гоблинов?
— Я бы так не сказал. Скорее, у людей выше потенциал. По ощущениям от моих собственных параметров, у большинства людей всякая сила-ловкость-живучесть в районе 4–6. Ну и у гоблинов — в районе 3–5. И с мозгами то же самое. У Унта, как он говорил, интеллект вообще семь. Как-то пробил системный предел.
— А детишки, говоришь, туповатые?
— Им там тяжело развиваться. Деревня маленькая, город далеко, гостей нет, в лесу страшные паучищи. Только копай огород и лопай картоху. Откуда тут взяться интеллектуальному росту?
— Так, еще одна дополнительная задача — просвещение гоблинов.
— Мы уже метим в демиурги? Будем раздавать божественные задания?
— Понять, как все устроено — первый шаг к божественному откровению. Он же самый сложный. Во всяком случае, еще одна экспедиция на Сар нам явно нужна. Научная.
— Тут пока без местных богов не обойтись. Мы даже не можем инициировать себе статус игроков, чтобы вообще работать с Системой.
— Спорный вопрос. Смотри, вот я, с Системой не связан. Но вот я беру эту системную шпагу, иду в подвал и закалываю нашего лаборанта, который выдул краденый у нас же спирт и, скорее всего, храпит в собственной блевотине. Система даст мне опыт?
— Система даст тебе срок, и довольно приличный. Краденый спирт ничего не смягчит. А лаборант у нас наверняка не системный, и опыта за него — не положено. Но ты можешь попробовать.
— Так, я системный игрок, за меня дадут… аж 32 очка опыта. Но игроков от этого больше не станет, так что не балуй. И срок дадут все равно.
— Ладно, убедили. Жаль. А если я проткну шпагой вот этого системного трилобита?