Звёзды - это блюдо, которое подают холодным (СИ)

— Мне нужно домой, — извиняющимся тоном пробормотала она.
— Я отвезу тебя, — тут же сказал Фау.
— А мы подождём здесь, — заключил Эолант. — Береги свою лиэнти.
Фау оскалился.
* * *
Когда ты вынужден играть чуждую тебе роль, это полбеды. Гораздо хуже, когда ты понимаешь: играя, ошибиться нельзя, ведь от этого зависят жизни твоих родных. И совсем плохо, когда долгая и напряжённая игра — всего лишь интерлюдия к предстоящей премьере.
Всё чаще Клементина ловила себя на мысли, что она ничего не успевает. За последнее время её жизнь заиграла новыми красками, но вместе с тем стала слишком непредсказуемой. К сожалению, ежедневные обязанности при этом никто не отменял. С уборкой дома, допустим, справлялась более-менее автономная техника, но многие вещи невозможно было автоматизировать.
Часы пробили полночь, когда Клементина, наконец, закончила с рутиной и устало опустилась в любимое кресло. Сил уже не оставалось ни на что, вдобавок, её начало неодолимо клонить в сон (она подозревала, что здесь не обошлось без Фау — слишком уж пристально он вглядывался ей в глаза при прощании). Но она клятвенно пообещала себе разобрать почту, и, собравшись с духом, взялась за смартфон.
Сообщение от отца — родители не смогли до неё дозвониться, осторожно интересуются, всё ли в порядке. Клементина сопоставила дату и время звонка, усмехнулась: они с Фау в тот день были на Раффелии.
М-да. Подробности её приключений явно не для хрупкого душевного равновесия мистера и миссис Хизерли.
Несколько трафаретных "привет, как дела" от знакомых. Ежемесячная выписка с банковского счета. Ежемесячный отчёт домовладельца. Клементина хмыкнула, увидев велеречивые дифирамбы в адрес нового "фантастически неприхотливого" сорта махровой сакуры, которой было закуплено аж двенадцать саженцев для благоустройства района. Именно этот сорт был недавно "доработан" флойдами и завезён на Землю в таком огромном количестве, что саженцы раздавали буквально за бесценок — лишь бы не пропали.
Общий чат фигуристов-любителей она просмотрела по диагонали: в беседе состояло больше ста человек, из которых она более-менее тесно общалась от силы с пятью. Обычно речь шла о приземлённых материях, но сейчас народ активно обсуждал недавний взрыв в парке, задевший их каток и лишь чудом не повлекший за собой жертвы. Вникать в бессмысленную полемику Клементина не хотела, лишь отметила с толикой удивления, что "Открытое небо" почти не упоминалось, а виновными в произошедшем были признаны… городские власти. Дескать, недостаточно внимания уделяется воспитанию подрастающего поколения, вот и собирают детишки в гаражах всякие нехорошие вещи повышенной взрывоопасности.
Нашлось там и ещё несколько групповых чатов, где обсуждались совсем уж тривиальные вещи, вроде погоды и макияжа.
А последнее сообщение было от Ханны.
Коротенькое. Но Клементина задержалась на нём дольше, чем на остальных.
"Клементина, привет. У тебя точно всё нормально? Есть разговор. Завтра, в обеденный перерыв, в кафе через дорогу, которое с красными зонтиками. Это важно".
Ханна просит о приватной беседе? Даже не просит, а требует. Причем на нейтральной территории, что примечательно — опасается, что их могут подслушать?
С чего бы это вдруг?
Они с Ханной не особо приятельствовали и никогда не общались по душам, хотя все вокруг считали их подругами. Впрочем, если судить по улыбкам, дружеским объятиям, невинной болтовне и подаркам на дни рождения, то окружающие были абсолютно правы.
Ладно. Завтра она выяснит, что Ханна хочет от неё. Сейчас же ей хотелось лишь одного: спать.
— Симпатичный браслет. Серебряный?
— Вообще-то больше на белое золото похоже. Подарок?
Клементина мысленно выругалась. Она нарочно надела сегодня блузку с длинным рукавом и широкими кружевными манжетами, чтоб спрятать браслет, но, увы, когда моешь руки, рукава всё равно приходится закатывать.
— Купила вчера в "Тейт Модерн", — Клементина широко улыбнулась сразу всем отражениям в зеркале: и коллег, и своему собственному. — Там была ювелирная выставка. Это серебро. И циркон.
 
Кто-то разочарованно вздохнул. Повод для свежей сплетни умер, не успев родиться.
— К нему бы кулон, — нерешительно протянула Берта.
— Ага, там были такие, — Клементина согласно кивнула. — Но я их не люблю. Волосы вечно путаются в цепочке.
— Ты сегодня вся светишься, — прищурилась Кэрри. — Мы чего-то не знаем?
"Ничего вы не знаете. Абсолютно ничего. И меня, кстати, это вполне устраивает".
— Неужели?
— Да-да. Ну-ка, признавайся, где собака зарыта!
От необходимости отвечать её избавил телефонный звонок. Когда же она закончила разговор, то уже была в кофейне, где Ханна назначила ей рандеву.
Белокурую голову с длинной толстой косой Клементина заметила ещё с порога: девушка уже ждала её. Перед ней стояла нетронутая чашка чая, очевидно, заказанная только для того, чтобы не сидеть за пустым столом.
— Привет, Ханна, — Клементина села напротив. Натянуто улыбнулась: — Что за секретность? Что стряслось?
Ханна прерывисто вздохнула. Клементина подметила и бледность, и искусанные губы, и напряжённо сжатые пальцы, отчаянно комкающие салфетку.
— У тебя какие-то проблемы, Тина, — наконец, заговорила Ханна. — Знаю, это не моё дело, да я и не об этом, — она опять вздохнула и, набравшись смелости, выпалила: — Похоже, шеф в чём-то тебя подозревает.
Клементина ожидала чего угодно, но не этого.
— Господин Файзер? С чего ты взяла?
— Он попросил меня следить за тобой.
Клементина поперхнулась.
— Однако… И что ты ответила?
— Что мы не очень близки, но я попробую, — Ханна покраснела как помидор, но упрямо сжала губы. — Разумеется, я для виду так сказала. Не собираюсь я за тобой шпионить. И дело не в том, считаю или не считаю я тебя подругой. Это само по себе некрасиво и непорядочно. — Она помолчала и неловко улыбнулась. — А и попыталась бы — не смогла. Ты бы меня мигом раскусила.
Клементина принужденно рассмеялась.
— Прости… — Ханна уставилась в свою чашку.
— За что?
— Что согласилась. Я… побоялась отказаться. Испугалась, что шеф обозлится и захочет мне отомстить. Или вовсе уволит. Я не могу так рисковать. Мне нужна эта работа.
— Да брось. Я же понимаю, что ты вынуждена была так ответить. К тому же, если бы ты отказалась, Файзер наверняка нашёл бы другого шпиона… — Клементина вспомнила, как дотошно намедни девчонки расспрашивали её о браслете. Неужели за их повышенным вниманием стоит не только праздное любопытство?
— Тина, я более чем уверена, Файзер пытался завербовать не только меня, — горячо и быстро зашептала Ханна. — Имей в виду и будь осторожна.
— Да, верно, — рассеянно откликнулась Клементина, вспомнив, как Фау с каждым разом вёл себя всё смелее — разве что только в кабинет к ней не заявился.
Нет, так дело не пойдёт. Ей действительно следует быть осмотрительнее. И флойду тоже.
— Да ты слушаешь меня вообще?
Клементина заставила себя сфокусировать взгляд на собеседнице
— Да-да, — она улыбнулась искренне и тепло. Как улыбнулась бы настоящей подруге. — Спасибо, что предупредила.
Кроме Ханны, никто больше не признался в потребности следить за ней, так что настоящее число соглядатаев осталось Клементине неизвестным. Впрочем, это её не особо расстроило: главным образом потому, что у неё сейчас были проблемы поважнее пёстрой стайки девиц, неумело и топорно пытающихся выведать "последние новости".
Близился день того самого рейса. И чем меньше времени оставалось до условленной даты, тем сильнее она нервничала и волновалась.
Короткий разговор с "Открытым небом", вопреки ожиданиям, прошёл почти гладко, хотя Клементина панически боялась, что они что-то заподозрят. Но все опасения оказались напрасны: история, что ей удалось-таки уговорить флойда взять её с собой на борт большегруза, была съедена за милую душу. В порыве невесть откуда взявшегося великодушия Шарк даже позволил ей лишний раз поговорить по телефону со Стефаном, дабы она могла удостовериться, что брат жив-здоров.