Моё сводное проклятие (СИ)

— Меня тоже, — успеваю пискнуть я перед тем, как Алекс подхватывает меня и уносит куда-то. — Ага, стол, — хихикаю я, располагаясь на твёрдой поверхности.
— Да, мы ведь давно хотели его опробовать, — с многозначительной хрипотцой произносит Алекс.
  
Эпилог
 
Несколько дней спустя 
— Что вы собираетесь делать? Жить вместе? — переспрашивает отчим, переводя взгляд с меня на Алекса.
Василий Андреевич этой новости вообще не рад. Хотя я другого и не ожидала. Но мы с Алексом целую неделю к этому событию готовились, так что нам ничего не страшно. Справимся.
— Да. И чем скорее, тем лучше, — прямо отвечает Алекс.
— Ну вы и скоростные, — по-доброму улыбается мама. — Такое событие нужно отметить. Да, Вась?
— Не будем мы ничего отмечать! — мотает головой Василий Андреевич. — Они слишком молодые, чтобы жить вместе.
— Не такой уж я и молодой, — резонно замечает Алекс.
— А я давно чувствую себя взрослой, — тоже не могу промолчать. — И вообще, какая разница, сколько нам лет? Мы же не свадьбу играть собираемся.
— Ещё чего не хватало, — бурчит Василий Андреевич. — Совсем с ума посходили. Раньше по-другому было: парень с девушкой долго встречались, на свидания ходили, в кино там или в кафе, а сейчас спешат куда-то, хотя вся жизнь впереди.
— Ну так чего откладывать приятное на потом? — пожимаю я плечами.
— Ты ошибаешься, Вась. В наше время очень быстро и свадьбу организовывали, и детей рожали. Сейчас молодёжь серьёзнее к этому делу относится, — возражает мама.
— Угу, серьёзнее. Вот сначала бы поженились, а потом жили вместе, — продолжает упрямиться Василий Андреевич.
— Мы поженились после того, как я к тебе переехала, — говорит мама.
Не сдаётся она, мягко и осторожно доказывает Василию Андреевичу, что он видит катастрофу там, где её нет. Алекс берёт меня за руку и в сторону отводит.
— Пусть поговорят, — объясняет он.
Мы выходим во двор, идём к нашей любимой беседке. Столько всего здесь случилось: от первой встречи до первого счастливого семейного застолья! Ох, мы с Алексом и правда очень спешим. Не прошло и месяца, как мы из конфетно-букетного периода перескочили к совместному проживанию. Ну да какая разница?
— Как думаешь, Василий Андреевич успокоится?
— Конечно. Твоя мама верёвки из него вьёт, — хмыкает Алекс.
— Что? — возмущаюсь я. И руки в бока упираю. — Ничего подобного моя мама не делает, она просто знает, как разговаривать с твоим упрямым отцом!
— Ого, — усмехается Алекс. — Защитница ты моя. Я восхищаюсь твоей мамой. Раньше считал, что она плохо влияет на отца, но сейчас вижу, что ошибался. Она нашла к нему подход, даже за границу впервые за много лет вытащила. С ней он научился отдыхать от работы. Да и на наши отношения хорошо отреагировал.
— Значит, моя мама тебе не нравилась? Как и я?
— Снова ворошишь прошлое?
— Немного. Я же любопытная, капец.
Смягчаю свой вопрос милой улыбкой. Алекс должен на неё купиться!
— Ладно, отвечу в первый и последний раз: да, поначалу вы обе мне не нравились, но постепенно я изменил свою точку зрения и избавился от предубеждений. Зато ты всегда казалась мне смешной и умной девчонкой в милых очках. Жаль, что ты их не носишь.
— Не знала, что тебе нравятся очки. Тайные фантазии?
— Ну почему же тайные, если я их озвучиваю? — хмыкает Алекс.
Я встаю на цыпочки, чтобы поцеловать его, но спустя несколько секунд нас обрывает наигранный кашель. Оглядываюсь. Мама с отчимом вернулись. Блин, как неловко!
— Саш, давай в магазин съездим, — говорит Василий Андреевич.
— У нас чего-то нет? — старательно прячет улыбку Алекс.
— Да посидим нормально, обсудим всё.
— То есть отметим хорошую новость? — не выдерживаю я.
Мама закрывает рот ладонью, дескать, молчи, Мика, не искушай судьбу.
— Да, отметим, — с тяжким вздохом произносит отчим.
И как только они с Алексом уходят, я наконец смеюсь, не сдерживая эмоций.
Полгода спустя
— Как у вас с Алексом? — осторожно спрашивает Ленка.
— Хорошо всё. Даже замечательно. Он сейчас с Кириллом и Романычем тусит. У них там мальчишник, а у нас девичник.
 
— Ничего подобного, — машет указательным пальцем Света. — Девичник бывает только перед свадьбой. А у нас просто бабские посиделки. Не путай.
— Фу, мне не нравится это слово, — кривлюсь я.
— Какое? Бабские? Мне тоже не нравится, — вздыхает Тая.
Ленка смотрит на нас удивлённо и смеётся. Вот она никогда за своей речью не следила, но в последнее время что-то в ней изменилось. Меньше матов стало и слишком личных вопросов. За полгода мы почти вернули нашу дружбу в прежнее русло, но на откровенные темы всё равно не разговариваем. Ну как, это я стараюсь не разговаривать, а вот Ленка делится со мной своими проблемами.
Она давно нашла съёмное жильё и работу. С парнями ей по-прежнему не везёт, но по клубам она больше не шляется, видимо, тот случай с двумя подозрительными мужиками сильно её напугал. Недавно Лена призналась, что ходит к психологу. И с каждой консультацией в её глазах появляется всё больше жизни. Так, глядишь, через какое-то время моя подруга влюбится по-настоящему. Я этого давно хочу. Она должна понять, что любовь — это не слабость, а, напротив, сила и смелость.
— Кстати! — вскрикиваю я, вспомнив важные новости. — Вчера был суд. Макара посадят на полтора года. Этого мало, как мне кажется, но хорошо, что мудаков наказывают, а не отпускают на свободу.
— Ух ты, это действительно крутая новость! — соглашается Ленка.
Мы раз в неделю собираемся с девчонками и хорошо проводим время, болтая о важных и не очень вещах. Алекс тоже дома не сидит, у него столько знакомых появилось за полгода — всех и не упомнить! Он ведь теперь с отцом работает, а там связи новые образуются чуть ли не каждый день. Ходят слухи, что Василий Андреевич скоро на пенсию уйдёт, и Алекс станет главным в его компании.
— Я на прошлой неделе с одним парнем познакомилась, — вдруг сообщает Ленка.
Так вот, почему она прям светится сегодня! Мы с девчонками слушаем незамысловатую историю знакомства, а потом хором поздравляем Ленку. Она смущается, отмахивается от наших безобидных шуток. И впервые не говорит пошлостей о своём предполагаемом парне и не обесценивает его достижения. Значит, всё серьёзно.
— За мной скоро приедут, — предупреждаю, откладывая телефон. Алекс освободился первым.
— Да блин, быстро ты, — вздыхает Света.
— Ой, можете и без меня посплетничать, — хихикаю я.
Прощаюсь с девчонками и выхожу на улицу. Алекс уже здесь. Стоит у машины, руки спрятаны в карманах брюк, лицо серьёзное, невозмутимое, но в уголках его губ прячется лукавая улыбка. Машу ему рукой и бегу, перепрыгивая через лужи. Вчера была сильная гроза, а мы смотрели средненький боевик. Но когда грянул мощный гром, я испуганно прильнула к Алексу, а он воспользовался ситуацией, выключил телевизор и всеми возможными способами отвлекал меня от светопреставления за окном.
От воспоминаний обжигает щёки, а пульс стремительно учащается.
— Привет! — утопаю в родных объятиях. — Ты рано сегодня.
— Это упрёк? — насмешливо интересуется Алекс. Внимательно смотрит на меня, считывая каждую эмоцию, и вздёргивает левую бровь. — Ты чего так часто дышишь? Запыхалась? Или вчерашнюю ночь вспоминаешь?
— Ой, у тебя всё на одну тему! — дую губы. — Конечно, запыхалась.
— Я так и понял, — Алекс наклоняется и мучительно долго меня целует.
— Отстань, — прошу, когда появляется возможность.
— Хорошо, — быстро соглашается Алекс. — Пристану уже дома.
Я подавляю вздох сожаления и крепко свожу ноги, когда оказываюсь в салоне автомобиля. За полгода наша сексуальная жизнь стала только лучше, и нам порой сложно сдерживаться. Чтобы порадовать родителей, я иногда ночую в их доме. Ну как ночую — с трудом засыпаю, думая об Алексе и иногда устраивая с ним секс по телефону. Хорошо, что в доме надёжная звукоизоляция.