Моё сводное проклятие (СИ)

Как бы я не хорохорилась, мне всё равно страшно.
Но так и должно быть в первый раз. Сколько бы статей я не прочитала в интернете, это не имеет значения, ведь реальность намного сложнее любых обучающих текстов.
— Ты спешишь, — тихо роняю я. И ёрзаю на Алексе, пытаясь освободиться немного, намекая на то, чтобы он убрал свои лапищи с моих ягодиц.
Не получается быть роковой соблазнительницей. Видимо, свою натуру не перекроить, даже если этого требуют обстоятельства.
Алекс вздёргивает левую бровь. И я тут же вспоминаю его слова: либо ухожу, либо выполняю всё, что он скажет.
— Я не люблю моментально переходить к десерту. Хочу побыть немного в моменте ожидания. И предвкушения. Знаешь, если сразу наброситься на вкусное красное вино, то потеряешь половину кайфа. Для начала следует его рассмотреть, к свету поднести, чтобы все оттенки увидеть, затем взболтать немного и понюхать. Аромат вина не сразу раскрывается, ты это знал? И лишь потом напиток можно попробовать. Ощутить его вкус кончиком языка, почувствовать тело напитка, насладиться им, совершая маленькие глотки.
Я ни разу не сомелье, но когда-то была на дегустации вина, поэтому вспоминаю всё, о чём мне говорил немного уставший мужчина в старом поношенном костюме.
Машина останавливается у шлагбаума. Водитель достаёт карточку, сканирует её — и нас пропускают на территорию жилого комплекса. Всё это я замечаю, потому что Алекс меня отпускает, и мне приходится слезть с него, вернуться на удобное, но холодное сиденье.
Неужели моя речь оставила его безразличным?
Алекс выходит из автомобиля и небрежно спрашивает:
— Ты идёшь? Или будешь водителю о красном вине рассказывать?
Внутри всё ликует. Через несколько минут я окажусь в квартире Алекса. И совсем скоро потеряю свою невинность.
  
3.1
 
Я давно хотела увидеть квартиру, в которой живёт Алекс. В отцовском доме он оставался только на выходных, потому что Василий Андреевич очень этого хотел. Отчим любит собираться в тесном семейном кругу и обсуждать какие-то незначительные мелочи, обмениваться впечатлениями и просто хорошо проводить время. Поэтому Алекс смиренно приезжал к нам в субботу и воскресенье.
И с тех пор я влюбилась в выходные. С нетерпением их ждала, жила и дышала этими двумя днями. Пока Алекс не уехал, даже не попрощавшись со мной.
— Это твоё жильё? — спрашиваю, скидывая на пол неудобные туфли.
— Да. Я не арендую квартиру, если ты об этом.
— А не боишься, что я запомню адрес и буду тебя преследовать до конца твоих дней?
Мой тон шутливый, беззаботный, я хлопаю Алекса по плечу и, повернувшись вокруг своей оси, говорю:
— Но ты не волнуйся, у меня плохая память, так что я ничего не запомню.
— Прям вообще ничего? — недоверчиво хмыкает он.
— Твою нелюбовь к прикосновением я точно не забуду, — фыркаю я, вспоминая, как упрямо Алекс убирал мою руку, но в итоге сдался и разрешил потрепать его волосы.
— Ты всегда говоришь то, что думаешь?
Мои вольности ему не по вкусу. Вот, опять он хмурится и разглядывает меня под ярким комнатным освещением. Паранойя снова разрастается, захватывая лёгкие, не позволяя дышать полной грудью. Я отворачиваюсь, платье небрежным движением поправляю. Бретелька еле держится, вот-вот сползёт.
— Угостишь девушку чем-нибудь крепким? — произношу беспечно, даже весело. Это нервное. Когда я слишком волнуюсь, то могу засмеяться.
— Торфяной виски тебя устроит? — он скептически выгибает бровь.
— Да.
— Ясно. Ванная находится там, — он указывает на дверь в конце коридора.
Тело в одну секунду деревенеет. Это намёк на то, что мне нужно помыться перед сексом? Прям вот так сразу? А как же поговорить, узнать друг друга хотя бы немного?
Или я неправильно восприняла его слова?
Ох, я ничего не знаю про связи на одну ночь. И понятия не имею, как всё происходит у других.
Алекс идёт на кухню. Я провожаю его взглядом, а потом медленно направляюсь в ванную комнату. Вдох и выдох. Вот так. Всё будет хорошо. Не важно, что мой первый раз произойдёт без любви со стороны Алекса. Главное, что у меня есть к нему чувства.
 
Открываю кран и наблюдаю за тем, как бежит вода. Стряхиваю с себя оцепенение, прижимаю холодные ладони к щекам и смотрю в зеркало. Глаза немного пекут, я прежде не носила цветные линзы, поэтому неприятные ощущения для меня в новинку. Словно песка насыпали. И капель увлажняющих я с собой не взяла.
С сомнением поглядываю на душ. Нет, я не буду мыться, словно дешёвая проститутка перед сексом с клиентом! Это как-то совсем приземлённо и неприятно.
— Быстро ты, — замечает Алекс.
— Мне этого хватило, чтобы освежиться, — невинно хлопаю ресницами. Вижу на столе бокал с красной жидкостью и уточняю: — Ты вино налил?
— Да.
— А почему не торфяной виски?
— Я не трахаю девушек в невменяемом состоянии. После виски тебя быстро унесёт.
К его грубой откровенности привыкнуть сложно. Но я улыбаюсь, как дурочка, и обхватываю ножку бокала. Совершаю круговое движение рукой, чтобы взболтать вино и раскрыть его аромат. И наконец делаю первый глоток. Насыщенный кисловато-терпкий вкус стреляет по рецепторам, хмель тут же проникает в организм, растекается по венам и артериям.
Я — один сплошной оголённый нерв, и алкоголь действует на меня сокрушительно.
Голова плывёт, губы растягиваются в улыбке. И чего я так паникую? Рядом со мной Алекс, а не какой-то левый мужик. Всё будет замечательно. Он знает, как доставить девушке удовольствие. Эта ночь будет лучшей в моей жизни.
— Хорошее вино. Попробуешь? — и протягиваю ему свой бокал.
Он отрицательно качает головой. Отказывается от моего предложения. Упрямый. Не любит пустые разговоры.
Я ставлю бокал на стол. Кажется, игры закончились.
Алекс кладёт руки мне на талию и притягивает к себе. Властно, бескомпромиссно. Он — главный, а мне остаётся лишь подчиниться.
— А ты ценишь вино, да? — интересуюсь я. — Просто оно очень дорогое, вряд ли ты его случайно в супермаркете купил. Да и в магазинах маленький выбор достойного вина. Лучше в специализированные точки идти, там сомелье всё объяснит и совет толковый даст. Я недавно вообще жемчужину отыскала: итальянское игристое вино с божественным вкусом. Весь замес в том, что виноградники растут на какой-то плодородной и очень дорогой земле, и к нам это шампанское редко завозят. Мне повезло.
Я перевожу дыхание, воздух ртом захватываю, чтобы и дальше броситься в пространные размышления об алкоголе. А ещё я назвала то игристое вино шампанским. Непростительная ошибка!
— Вообще это было просекко. У меня даже фотография бутылки в галерее сохранилась. Я всегда снимаю вкусную еду и напитки. Показать? Моя сумка в коридоре…
— Ты когда-нибудь заткнёшься? — прерывает меня Алекс.
Я вздрагиваю. Всё идёт не по плану. Хотя я ничего не планировала, будем честны. И сейчас с каждой минутой уничтожаю свои шансы на продолжение в горизонтальной плоскости.
— Тебя бесят общительные девушки? — дотрагиваюсь до воротника его рубашки, ощупываю мягкую ткань. Натыкаюсь на пуговицу и расстёгиваю её интуитивно.
Алекс такой горячий, я боюсь обжечься.
— В данный момент — очень бесят.
Касаюсь его кожи чуть ниже горла. Воздух шумно в себя втягиваю, потому что на подушечках пальцев словно искры пляшут. Трогать Алекса волнительно и приятно.
— Я, когда нервничаю, всегда много болтаю, — признаюсь.
— Из-за чего ты нервничаешь?
Из-за того, что ещё ни с кем не спала — хочу ответить я. Но тогда Алекс меня оттолкнёт. Наверное. Лучше не рисковать.
— Это ты на меня так действуешь, — мой голос сиплый и очень тихий. Я почти на шёпот перехожу.
Алекс улыбается вдруг и ведёт ладонями по моей спине.
Расстояние между нашими лицами сокращается до нескольких миллиметров. Тело прошибает электричеством, я дышать перестаю и смотрю в его потемневшие глаза. В них — концентрированная похоть. И больше ничего.