Моё сводное проклятие (СИ)

И не напишет.
— Смотри, как красиво! — восхищённо ахаю я, когда небо окрашивается в ярко-алые цвета. Обожаю закаты. В детстве отец рассказывал мне волшебные истории о солнце, которое уплывает в другой мир, пока у нас царит тёмная ночь.
В точности я его историй не помню, слишком маленькая была, но закаты мне никогда не надоедают.
Макар подходит ко мне и обнимает со спины, пока я на небо смотрю. Тело сразу деревенеет, чужие касания ощущаются неправильными, лишними. Это не Алекс, не Алекс — звенит в голове. Но я делаю глубокий вдох и приказываю себе расслабиться.
— Тоже любишь закаты? — спрашиваю я.
— С тобой мне всё интересно.
Как же много красивых слов он говорит. Будто специально это делает, чтобы меня соблазнить.
Или я не привыкла, что парни могут быть хорошими и милыми, а не грубиянами, как Алекс.
Поворачиваюсь и кладу руки на плечи Макара. В глаза его красивые заглядываю. Улыбаюсь. Его близость больше не вызывает отторжения, а любопытство щекочет и без того неспокойные нервы.
Макар читает мои желания. Наклоняется и осторожно касается моих губ своими. Я не отхожу, не убегаю. Принимаю новую реальность. Наш поцелуй мягкий, приятный, спокойный. Он похож на тёплое весеннее солнышко, тогда как с Алексом — это пожар, сметающий всё на своём пути.
Обнимаю Макара, плыву по течению.
В какой-то момент мне даже нравится происходящее. Может, отношения и должны быть такими, как этот поцелуй? Размеренными, уютными, без особых взлётов и падений?
У Макара мягкие тёплые губы, он определённо знает толк в поцелуях, а ещё у него приятный парфюм. И лишнего он себе не позволяет. Обнимает за талию и даже не пытается руки ниже опустить. Алекс бы точно не сдержался.
— Всё хорошо? — заботливо спрашивает Макар, когда я прерываю наш поцелуй.
— Да, конечно. Мне понравилось.
— Я не поспешил?
Боже, нельзя быть настолько идеальным!
— Нет, ты что? — округляю глаза. — Всё замечательно. Ты хорошо целуешься.
Макар улыбается, притягивает меня к себе. Утыкаюсь носом в его плечо и закрываю глаза.
Вздрагиваю от приглушенной вибрации телефона. Обещала себе не дёргаться при каждом входящем сообщении, но ничего со своими эмоциями поделать не могу.
Макар отпускает меня, и я заглядываю в телефон.
«Привет. Это Алекс. Скинь мне фотографии, о которых ты говорила».
Мог бы «пожалуйста» в конце предложения написать. Бескультурщина.
Я отворачиваюсь от Макара и дрожащими от волнения пальцами, не попадая по некоторым буквам, пишу:
«Увы, я не смогу это сделать. Слишком много не нужной мне мороки. Но ты всегда можешь заехать домой, и я любезно покажу тебе фотки на своём старом телефоне:)»
Этот ответ я придумала пару дней назад. Когда отчаялась получить сообщение от Алекса.
  
10.2
 
Я злюсь на себя всю неделю, потому что Алекс, естественно, не приезжает в родительский дом. Ему безразличны фотографии пятилетней давности, зачем он мне тогда написал?
— Да забей, Микуль, — советует Ленка. — Алексу ты никогда не была нужна. Его Кристина привлекла, а не ты.
— Получается, что я. Только с синими глазами, — возражаю.
— Нет. Мужчина почувствовал лёгкую добычу, загорелся, домой к себе позвал, а ты его продинамила. Теперь у Алекса гештальт незакрытый: он бы хотел переспать с той роковой Кристиной, но, увы, не может. Вместо соблазнительной незнакомки он теперь видит только сводную сестру. И никого больше, — разводит руками Ленка.
— Ну да, ну да, только сводную сестру, — бормочу я. Не хочу спорить с подругой, бесполезная затея.
Зато есть и хорошие новости. Вот уже неделю мы с Макаром официально встречаемся. Он называет меня своей девушкой, каждый день звонит, спрашивает, как мои дела, интересуется подробностями моей жизни. Мы после того поцелуя ещё на два свидания сходили, и мне всё больше нравится Макар. Он замечательный! За таких хороших парней выходят замуж.
— Ты только будь осторожна, милая, — советует мама. Я на встречу с Макаром опаздываю, он меня в кино пригласил.
 
— Ты о чём?
Я провожу расчёской по волосам, ещё раз оглядываю себя в зеркале и поворачиваюсь к маме. Она сидит на кровати, спина ровная, взгляд обеспокоенный.
— Не всегда хорошие парни действительно хорошие. Они могут притворяться такими ради собственной выгоды.
— Да ну, — беспечно машу рукой. — Макар не из таких. Он не притворяется. Как Василий Андреевич. Он ведь тоже идеальный, не так ли?
— Нет, — мягко смеётся мама, у неё щёки розовеют, как бывает каждый раз при упоминании отчима. — У Васи тоже есть недостатки, просто он хорошо их скрывает.
— Какие же у него недостатки? — любопытничаю я, присаживаясь рядом с мамой.
— Он любит спать с открытым окном, а я из-за этого мёрзну даже под одеялом, — серьёзным тоном произносит мама.
— Отличная шутка, — выразительно смотрю на неё.
Мама улыбается краешком губ, а затем тихо произносит:
— Раньше Вася слишком много времени уделял работе. Из-за этого страдали его близкие.
— Ты про Алекса?
Сердце делает бешеный кульбит в груди, пульс моментально учащается. Я встаю и по комнате ходить начинаю. Шкаф плотно закрываю, прячу в тумбочку тушь для ресниц. Губы пересохшие облизываю. А мама всё молчит, интригу, блин, держит!
— Да, про него. Вася не был хорошим отцом, он не занимался сыном.
— В жизни бы не подумала, что мы говорим об одном и том же человеке.
Василий Андреевич всегда был добрым ко мне и ни разу не упрекнул за то, что я пользуюсь его деньгами. Мама тоже никогда не слышала от него плохого слова.
— Поэтому я и говорю: будь осторожной, милая. Иногда люди меняются в лучшую сторону, но это большая редкость. А идеальных принцев и вовсе не бывает. Разве что в сказках.
Я крепко обнимаю маму, благодаря её за сказанные слова. Сытая и комфортная жизнь меня изменила. Я перестала настороженно относиться к людям, хотя опасность может подстерегать везде. И даже за улыбкой якобы идеального Макара.
На наше свидание я приезжаю так поздно, что мы пропускаем кино.
— Ничего страшного, главное, что ты пришла, — с улыбкой говорит Макар и коротко целует меня в губы.
Мы ужинаем на фуд-корте. Не хочу, чтобы Макар постоянно тратился на дорогие рестораны, а он категорически против разделения счёта.
— В моём родном городе даже таких мест не было, — рассказываю я, макая картошку фри в кисло-сладкий соус. — Я бургеры впервые попробовала в пятнадцать лет. И в кинотеатр настоящий в тот же день сходила. Счастлива была — словами не описать!
— Не представляю, что ты тогда испытывала, — Макар накрывает мою руку своей и слегка поглаживает костяшки. — Ты особенная девушка, Мика. Я таких никогда не встречал.
Я пытаюсь найти в его взгляде хотя бы намёк на ложь. Но в его глазах вижу лишь восхищение. Либо он профессиональный актёр, либо мама напрасно переживает.
— Спасибо, — я смущённо отдёргиваю руку и хватаю бургер. — Хочу эту вкуснятину быстрее доесть.
Мы долго целуемся в парке, среди густых деревьев. Луна освещает пространство вокруг нас, изредка откуда-то раздаётся смех прохожих или радостный лай собак.
Боже, мне настолько пресно во время поцелуя, что я обращаю внимание на посторонние звуки!
— Всё хорошо? — спрашивает Макар, касаясь губами моего лица. — Я не слишком на тебя давлю?
— Нет, что ты! Всё отлично.
— Тогда я хотел спросить: может, на следующих выходных ты придёшь ко мне в гости? Я покажу свою коллекцию пиратских кораблей.
— М-м-м, а ты знаешь, как заинтересовать девушку, — смеюсь я.
Макар с самого детства обожает фильмы и книги про пиратов, поэтому покупает всё, что с ними связано. Карты, фигурки, конструкторы. Я как-то раз в шутку сказала, что хочу увидеть его коллекцию.
— Это значит, что ты согласна? — уточняет Макар. И так пристально на меня смотрит, словно от моего ответа зависит чья-то жизнь.