Завтра. Дети завтра. Яркий флаг завтра (сборник)

Гром на севере стал немного громче, немного ближе.
Это не гром. Это звуки движения грузовиков. Грузовика, в котором везли Норманфентона и других. Дикар по звукам понял, что грузовиков несколько. Сколько?
Усеянная желтыми пятнами чернота внизу, которая была водой, быстро растекалась по сторонам и быстро углублялась. Но грохот грузовиков становился громче, он тоже быстро приближался. Достаточно ли воды на дороге, чтобы остановить грузовики, прежде чем они доберутся сюда?
Сердце Дикара колотилось в груди. Он боялся того, что произойдет, когда гром прибудет сюда. Горло у него пересохло, ладони рук, державшие лук и первую стрелу, стали мокрыми от пота.
Что-то двигалось в темном лесу по другую сторону от дороги туда, где по дороге разливалась вода. Потом что-то вышло на дорогу, и это был человек, чернолицый человек в зеленой одежде азиафриканцев.
Черный подошел к краю воды и посмотрел на нее. С дерева рядом с тем, на котором сидел Дикар, послышался щелчок. Черный с плеском упал в воду. Вода покрыла его, спрятала. Она достаточно глубока. Но…
Свет! С вершины подъема справа от Дикара, с севера ударил луч белого света! Гром! Гром грузовиков заполнил уши Дикара, бил по нему. Запахи! Запах грузовиков, запах азиафриканцев забил ноздри.
* * *
Луч опустился, на дороге стало светло, как днем, и на вершине подъема показалась огромная черная масса и с ревом начала спускаться. Еще одна. И еще. Теперь первый грузовик гремел под дубом, на котором лежал Дикар. С него что-то закричали. Грузовик замедлил ход.
Грузовик шел все медленней, и Дикар видел, что он полон азиафриканцами, чернолицыми и желтолицыми, и все они ощетинились ружьями. Второй грузовик, шедший за первым, тоже замедлил ход. И в нем азиафриканцы, но их не так много.
В центре второго грузовика, освещаемый лучом с третьей машины, сидел белый, в лохмотьях, в цепях, со скованными руками и ногами.
Грузовики остановились прямо под деревьями, увешанными Мальчиками Группы. Третий грузовик тоже был полон азиафриканцами, вооруженными ружьями…
Со среднего дуба раздался яростный воющий крик. Крик дикой кошки исходил из горла Дикара, и воздух заполнили ужасные крики диких кошек. Они исходили из двадцати одного горла, и от них застывала кровь в жилах.
Воздух заполнился щелканьем тетив, с деревьев вниз дождем летели стрелы, они вонзались в плоть, в плоть азиафриканцев. От криков диких кошек с деревьев останавливалась кровь, дождь стрел сеял смерть; азиафриканцы пришли в ужас от этих криков, от несущего сметь дождя, они слишком испугались, чтобы двигаться, слишком испугались, чтобы стрелять и вообще сделать что-нибудь, только кричали от ужаса.
Дикар спрыгнул с ветки в средний грузовик. Нож, который он держал в руке, поднимался и опускался, поднимался и опускался, пронзая плоть. Со среднего дерева, с остальных двух деревьев бронзовокожие, обнаженные, кричащие дикой кошкой Мальчики прыгали в грузовики, ножи сверкали, ножи сверкали…
Послышался резкий голос, призывавший к порядку, началась стрельба, но Дикар повернулся к белому, сидящему в цепях посредине среднего грузовика. Он обхватил Норманфентона, поднял его и спрыгнул с грузовика.
Грохот, грохот, грохот, ночь взорвалась грохотом выстрелов. Красный огонь сверкал в ночи, свистели пули, несущие смерть. Дикар бежал по лесу, неся на плече Норманфентона, и вокруг него была смерть, она срывала листву с деревьев. Дикар закричал совой, и вокруг послышались такие же крики.
– Хорошая работа! – сказал человек, висевший на плече у Дикара. – Отличная работа, приятель, но, боюсь, бесполезная. За ними идет танк… Слушай!
Грохот сотряс лес, оглушающий грохот, и впереди перед Дикаром вспыхнул фонтан пламени. Снова грохот, и снова фонтан пламени, и на этот раз красное пламя охватили Бенгрина, и Бенгрин превратился в кровавую массу на земле, и милосердная тьма окутала его.
– Черные не посмеют преследовать вас, – сказал Норманфентон, – но их ружья…
– На вершины деревьев, – сказал Дикар теням, мелькающим вокруг него. – Быстрей!
 
Тени поднялись на укутанные тьмой вершины деревьев, и Дикар повернулся к дереву; но он знал, что не сможет подняться с Норманфентоном на плече.
Грохот выстрела снова потряс лес, снова вспыхнул фонтан смерти.
– Передай его вверх, – послышался голос над Дикаром. Дикар посмотрел вверх; Джонстаун протянул к нему руки, рядом с ним Фредальтон, и неожиданно тяжести на плече Дикара не было.
Теперь Дикар смог подняться.
* * *
Грохот, грохот, фонтаны смерти в лесу, и Дикар уже на вершине, он на ветке рядом с Джонстоуном и Фредальтоном; втроем они держат закованного в цепи Норманфентона, и неожиданно ужасный грохот прекратился.
Но теперь оттуда, откуда они пришли, донеслись крики и треск кустов.
– Офицеры собрали тех, кто уцелел, – сказал Норманфентон, – и приказывают им разойтись по лесу и искать следы. Поэтому прекратилась стрельба.
Дикар видел, что у Фредальтона бок в крови, а левая рука Джонстоуна неловко повисла. Но из-за треска в кустах сейчас не время этим заниматься.
– Пиип!
Откуда-то из темноты, послышалось это «пиип», означающее опасность. Тванг! С того же места звук спущенной тетивы и глухой удар.
– Этот азиафриканец больше никогда не будет нас искать.
Джонстоун улыбнулся белым от боли лицом.
Снова «пиип», снова «тванг» и глухой удар.
– Хорошие Мальчики! – выдохнул Дикар. – Большинство Мальчиков сохранили луки и продолжают стрелять. Азиафриканцы долго этого не выдержат.
– Тише, – прошипел Фредальтон, и Дикар замолчал, а под ними зашуршали кусты, и какая-то темная фигура шумно двигалась под деревом. Дикар разглядел приземистое тело и бледное лицо и решил, что это один из желтолицых командиров азиафрикацев. Он застыл. У них троих нет луков, и с ними Норманфентон…
Звякнула цепь! Желтый человек внизу повернулся и посмотрел на дерево.
– Ага! – произнес высокий голос. – Вот вы где!
Он поднял руку, и в ней было маленькое ружье. И это ружье было нацелено прямо в Дикара…
Что-то темное появилось из кустов, послышался глухой удар, и желтый человек упал. Голос снизу:
– Больше не будешь стрелять…
– Нэт! – негромко окликнул Дикар. – Нэт! – Темный человек внизу распрямился. – Поднимайся сюда, пока они тебя не нашли.
– Нет, – ответил Нэт. – Я ищу Фентона. У меня ключи от цепей.
– Здорово! – воскликнул Норманфентон.
– Он здесь. С нами, – сказал Дикар. – Поднимайся!
– Великий Юпитер! – Последовал шорох ткани о кусты, потом в темноте показалось волосатое лицо Нэта, и сам Нэт уселся на толстую ветвь.
– Вот, – сказал он. – Вот ключи. Я ударил капитана камнем по голове и забрал у него их.
И он что-то протянул Дикару.
– Что это такое? – спросил Дикар, глядя на протянутый ему предмет. – Что этим делают?
Дикар серьезно смотрел на него, его широкая молодая грудь быстро поднималась и опускалась, длинные пальцы сжались в кулаки.
– Дьявольщина! – сказал Нэт. – Я совсем забыл, что ты… Хорошо. Наверно, я смогу подняться и быстро спуститься.
Он что-то сделал с цепями Норманфентона, и они распались.
– Ну, хорошо. Ты освободил его, как и обещал, но что ты будешь с ним делать сейчас?
– Возьму с нами на Гору, конечно.
– Чтобы Они тебя выследили?
– Они нас не выследят.
– Но они обыщут всю эту местность, следопытами и с самолетов, пока не найдут его или не убедятся, что он мертв. Они прочешут эту вашу Гору…
– Подожди! – воскликнул Дикар. – Подожди. У меня есть идея. Можно надеть эти цепи на другого, как ты их снял?
– Конечно.
– Тогда… Послушай, Нэт. Там лежит бедный Бенгрин. – У Дикара перехватило горло, но он заставил себя продолжать. – Он так изуродован, что его невозможно узнать, и, может быть, он окажет Группе еще одну услугу. Я знаю, он хотел бы этого. Допустим… допустим, мы наденем цепи на то, что осталось от него, и еще одежду, что на Норманфентоне. Они примерно одного размера. И потом позволим азиафриканцам найти его…