Когда мертвые открыли глаза (СИ)

Мыша и не думал просыпаться, этот засранец, с довольным выражением лица, посасывал свой палец, подобно младенцу. Я не собирался здесь задерживаться, поэтому пихнул спутника в бок, но тот лишь промычал что-то невнятное, после чего и перевернулся на другой бок.
— Да черт с тобой!
Я привязал котелок к рюкзаку и готов был уже уходить, как к нам подошли четверо монахов. Двое остались стоять на месте, а еще двое зашли за спину, тем самым отрезая пути к отступлению. Этих ребят я вчера у костра не видел, значит новенькие. Но в таком случае, что им от нас нужно??? В воздухе чувствовалась нарастающее напряжение, оно было настолько явным, что казалось осязаемым. Лиц парни не прятали, каменные сосредоточенные и… в отличие от вчерашних, угрюмые и не приветливые. И тот факт, что нас взяли в кольцо не предвещал ничего хорошего.
— Вы идете с нами. — В приказном тоне обратился один из четверки.
Даже выбора не дали — Подумал я и был прав.
Два раза повторять не стали. Двое, что были сзади подняли сонного Мышу за ворот, и не обращая внимания на ругань и протесты, потащили за собой. Я же пошел своим ходом. Протестовать не стал. Так как осознавал, что данном случае, это было не только бесполезно, но и опасно.
И вот мы снова оказались в лагере ордена. Правда настроение здесь было не такое располагающее, как вчера. Все без исключения находились на взводе. А вот и Кирилл с Валерием — старые знакомые. Правда улыбок на лице этих ребят я не увидел, монахи молча стояли и пытались не смотреть в глаза, то дело пряча взгляд.
Еще я подметил, что практически все монахи были вооружены. Вчера оружие спокойно лежало себе в повозке, а сегодня значит, монахи готовы пустить его в дело. Интересно, что могло поменяться за ночь?
“Я чувствую желание убивать” — Отозвался голос в моей голове. — “Страх и ненависть поразили сердца этих ничтожных людишек. Будь готов… ”
Да я и сам всё видел. Люди были максимально напряжены, а нервы натянуты как струны, одно лишнее движение и я рискую быть нашпигованным сталью и свинцом.
Из толпы к нам вышел монах, он был высоким, худощавым с волевым подбородком.
— Меня зовут Себастиан. — Представился он. — Я один из Верховных Столпов в нашем ордене, тот, кого коснулось благословение.
— Оч… очень приятно. — Я сделал паузу, и от монаха это не укрылось. — Я Влад, а этот… Мыша.
Проныре не понравилось, как я его представил, видимо он считал, что достоин на большее почтение к собственной особе. Но говорить ничего не стал.
Надменность так и сочилась от этого Себастьяна. Каждое движение, каждый жест говорил: Вы здесь никто и звать никак. Даже ничего не сказал, после того, как мы представились, лишь подозвал к себе парнишку с чашей в руках. Молодой монах подбежал и протянул чашу мне.
— Выпей, странник. — Сказал верховный Себастьян.
Я посмотрел на молодого монаха, и тот сразу опустил взгляд, продолжая держать сосуд с жидкостью на вытянутых руках. Жидкость была прозрачной и на вид самая обычная вода. Возможно туда подмешали яд, но ядов я не боялся, отравить меня не могли, так что я принял предложенную чашу с рук парнишки. Молодой монах скользнул по мне недружелюбным взглядом и растворился в толпе.
А что это?
Себастиан заулыбался и добавил:
— Считай это причащением.
“Не пей, у меня дурное предчувствие” — Раздался голос в голове. — “Возможно это ловушка”
— А вас здесь слишком много. — Обратился я к верховному, правда послание было адресовано не ему, а голосу в моей голове. — Целый взвод не меньше, да еще возглавляемый одним из посвященных.
— На нас была возложена миссия по очищению этой территории от нежити, чем мы и занимаемся. Не держите чашу, выпейте содержимое.
— Надеюсь, здесь нет яда. — Попытался я пошутить, но монах лишь ехидно улыбнулся.
“Ну же, странник, воспользуйся моей силой” — Заклокотал голос в голове. — “Отпей немного и ты сможешь справиться с ними. Еще раз. Еще один лишь раз”
Я ненавидел себя каждый раз, когда приходилось пользоваться этой проклятой силой, и каждый раз я приходил в себя и обнаруживал гору трупов. Беспамятство. Я не помнил ничего, кроме чувства переполняющей меня силы. Эта сила текла по венах, подпитывала меня изнутри. А после я сожалел о содеянном. Было еще одно “НО”, каждый раз, когда я прикасался к силе внутри себя, действие печатей ослабевало, после каждого раза, голос становился все сильнее. Наверное, именно поэтому я в последнее время могу видеть ауру людей, особенно у того, кому в скором времени суждено умереть, как это было с Иваром.
 
“Еще раз, странник” — Пронеслось у меня в голове — “Последний раз…”
Я осторожно поднес чашу к губам. На запах обычная вода, никаких примесей не наблюдалось. Неужели меня и правда решили напоить обычной водой, или же наблюдают за реакцией, выпью я ее, или же забоюсь.
— Я бы не пил. — Тихо пискнул Мыша. Но прохвост рано радовался, так как ему, протянули такую же чашу.
— Пейте! — Приказал Себастиан.
Мыша крякнул и тут же присосался к чаще. Сделав пору глотков, парниша откинул чашу и вытирая губы обиженно произнес.
— Тьфу… обычная вода, нет бы вина предложили, мля.
Мыша был живее всех живых. А значит, вода было чистой, без ядов и всяких там химикатов. Не думаю, что организм Мыши имел свойство перерабатывать яды. Я, повертев чашу в руках, осторожно отхлебнул из неё. Ну да, обычная вода и ничего более. После этого я протянул сосуд Себастьяну. Но что-то пошло не так. Ноги враз стали ватными, а на плечи, как будто бросили тяжелый груз. Силы в одно мгновение покинули меня и я рухнул под ноги монаху, а чаща покатилась по земле расплескивая при этом остатки жидкости.
Себастьян поднял чашу и отдал одному из монахов.
— Эй, Влад… Влад! Что с тобой, мля. — Кинулся было Мыша, но его схватили и поставили на колени.
— Давай я тебе все расскажу. — В голове была каша, но голос я узнал. Властный и самовлюбленный, он мог принадлежать только одному человеку.
— Элизабет. — Удивления Мыши не было предела. — Я думал ты того… ну того…
— Думал, что избавился от меня. — Усмехнулась женщина в красном. Она подошла ко мне и со всей силы пнула ногой. — Дьявольское отродье. — Стиснув зубы, прошипела она. — Все же я вас нашла!!!
— Это ТЫ сделала с Владом? Но зачем??? — Искренне не понимал прохвост.
— Ты всегда был глупым, Мыша. — расправив плечи и вскинув подбородок, заявила Элизабет. — Он не человек, разве ты не видишь! Он такая же нежить, как и те, что разрушили наш поселок.
— Не может быть. — Мыша бросил на меня беглый взгляд и снова обратился к старосте. — Нет, он точно человек…
— Знаешь, что было в чаше? — Элизабет отобрала чашу у монаха и осушила ее до дна, а после, вытерев губы рукавом, продолжила. — Это особая вода, для людей она не страшна. А вот для нежити подобно яду.
— Вообще-то он должен был умереть. — Высказался верховный. — Но парень все еще жив…
— Это ничего не меняет, Себастьян. — Отмахнулась бывшая староста. — Я уверена, что именно странник, вошел в сговор с Иваром и они вместе погубили всех жителей.
Я с трудом перевернулся на спину. Какое это гадкое чувство быть беспомощным, перед лицом опасности. Отчего-то, Элизабет, решила возложить произошедшее на меня. Переубедить не выйдет. Убить? Да я сейчас не в той форме, чтобы дать полноценный отпор. Да и голос пропал бесследно, неужели эта чудо-вода такподействовала на мой организм?
Элизабет стояла рядом с телегой в неизменном красном платье, правда уже изрядно потрепанном, но это не портило впечатления. Женщина была все такой же величественной и надменной.
 
— Хорошо, я все понял. — Почесал репу Мыша. — Он мертвец, тогда я по-тихому пойду, а вы здесь, без меня, делайте, что хотите.
С этими словами проныра развернулся, но путь ему преграждали монахи.
— Расступитесь! Элизабет, ну скажи им.
— Ты останешься здесь. — Спокойно отозвалась женщина. — Тех, кто перешел мост, я никогда не прощу
Сталь в голосе стала еще звонче.