Синдзи-кун и парадокс Абилина (СИ)

— Репа… чего? — задает Майко вопрос, мучающий всех нас.
— Она просит, чтобы Син помог восстановить всех пострадавших. — объясняет Читосе.
— А… ну так бы и сказала. — Майко машет рукой: — конечно поможем.
— Поможем. — киваю я: — обязательно.
— Тогда я с вами. — говорит Мария-сан: — но с этого момента мои возможности будут значительно урезаны. Я не смогу попросить помощи у Города, но кое-что… она кладет на стол несколько серебряных браслетов: — кое-что я могу сделать.
— Нам надо выработать стратегию. — говорит Акира, глядя как Майко цепляет металлическую полоску на руку и разглядывает ее: — вот завтра Линда прилетит и сядем.
— Доброе утро! — в гостиную вваливается Иошико, останавливается на пороге и кланяется: — извините за вторжение.
За ней осторожно входит Михо, которая Горячие Губки, она немного ошалело оглядывается по сторонам.
— Познакомьтесь — это моя и Сина одноклассница! — говорит Иошико: — ее зовут Михо. Михо — это Всадницы Сумераги. Акира-сан, повелительница огня и старшая жена Сумераги-тайчо…
— Эй! — возмущается Читосе.
— Читосе-сан — любимая жена Сумераги-тайчо. — продолжает как ни в чем ни бывало Йошико и Читосе успокаивается, бормоча что-то вроде «ну допустим».
— Майко-сама, моя сенпай, младшая но тоже любимая жена Сумераги-тайчо. Это вот Мария-сан, она снова в другом теле, можешь ее даже не запоминать, все равно в следующий раз не узнаешь. Ну и сама Сумераги-тайчо!
— Эээ… приятно познакомиться, прошу вас, позаботьтесь обо мне! — кланяется в пояс Михо, выпрямляется и останавливает свой взгляд на мне.
— А что Синдзи-кун тут делает? Он тоже вместе с Сумераги-тайчо? — спрашивает она.
— А ты сама у Сумераги-тайчо и спроси — ухмыляется Йошико: — чего теряешься.
— Извините, Сумераги-тайчо… — Михо поворачивается к Эри-Тринадцатой, мирно пьющей чай из большой фарфоровой чашки: — что вы делаете с Синдзи-куном? Вы его похитили?
— … ффхх! — Эри-Тринадцатая давится чаем и делает большие глаза, закашливается. Добрая душа Майко хлопает ее по спине, от чего у той глаза становятся еще больше.
— Пожалуйста, отпустите его и нас… — продолжает Михо: — мы больше не будем…
— Что? — спрашиваю я, понимая, что ничего тут не понимаю.
— А я вот все понимаю. — расслабляется Майко в кресле: — кохай насвистела своей подружке, что мы их похитили, потому что они в лав-отеле развлекались.
— Боже, какой бардак. — говорит Акира: — и с этими людьми я собралась свергать Императора.
— Viva la resistance! — поднимает кулак в воздух Майко, в вечном жесте сопротивления: — даёшь Юки в Императрицы!
— Ой! — говорит Михо — и Юки-тян тоже тут! А ты тоже жена Сумераги-тайчо или просто сексуальная рабыня?
— Не, ну то, что с нами теперь Мария-сан, это прекрасно. — говорит Читосе: — а вот то, что у нас как всегда балаган это ужасно.
— Наконец-то... — Акира пытается поправить свои очки, которые инквизиторы разбили во время задержания, её рука останавливается в воздухе и она недоуменно смотрит на неё. Вспоминает, что очков на ней нет и вздыхает.
— Наконец-то хоть кто-то кроме меня от этого страдает. — говорит она: — Алилуйя.
— Я тоже страдаю — говорит Майко и в этот момент иллюминаторы гостиной заливает яркий свет. Что-то вспыхивает, грохочет, но приглушенно, словно отголоски грома в грозу.
— А они молодцы. — задумчиво говорит Мария, глядя на свой браслет: — вроде и воды нейтральные и на радаре нас не видно. А поди ж ты...
— Что происходит? — Майко одним прыжком оказывается у иллюминатора и выглядывает наружу: — кто это?
— Инквизиция нашла мою яхту. — говорит Мария, доставая себе ещё один круассан и примериваясь к куску масла столовым ножом: — вот как это у них получается?
  
Глава 26
 
POV Горо Такэда, старший инспектор СКПУ
Тягучая янтарная жидкость на дне слегка покачнулась, когда он поднял свой тумблер и посмотрел сквозь него на свет ближайшей тусклой лампы. Каждую пятницу он приходил сюда, в этот дешевый, пропахший выпивкой и человеческим отчаянием бар. Люди, которые приходили сюда каждую пятницу — были разными, но все они были одними и теми же — офисными клерками, менеджерами, продавцами, парикмахерами, чиновниками мэрии или кумагасира — они все прежде всего были просто призраками, отчаянно желавшими жить настоящей жизнью. И никогда не достигающими своей цели. Горо качнул стекло тумблера в сторону, глядя сквозь него. Вот, например, подумал он, этот размазня в белой рубашке, с уже закатанными рукавами, расстегнутым воротничком и галстуком на лбу, словно повязкой из фильмов про якудзу — он хотел бы жить по-настоящему. А вместо этого он работает на фабрике по производству бумаги, работает в офисе, принимает сырье и отпускает товар. Целыми днями он сидит в тесной конторке с плакатом полуголой старлетки на стене, и складывает цифры столбиком, проверяя за калькулятором, потому что не привык доверять. Ровно в десять ноль-ноль он аккуратно складывает бумаги в стопку, которая никогда не уменьшается, снимает нарукавники и одевает пиджак. А в одиннадцать он уже сидит дома перед телевизором и ужинает в полном молчании, не разговаривая даже со своей женой. Потому что не привык доверять. В семь ноль-ноль он уже на работе, снимает пиджак и накидывает его на спинку стула, одевает нарукавники и приступает к работе. И так день за днем. И только в пятницу он идет в этот бар и живет. Ему кажется, что он наконец живет. Час, может два — пока он не напьется так, что бармену придется вызывать ему такси. Но пока, пока — он весело травит несмешные шутки, проливая сакэ из своей чашки.
 
Тумблер качнулся в сторону. Девушка, вернее — женщина, которая сидит рядом с размазней и смеется над его несмешными шутками. Белая блузка, расстегнутая на одну пуговицу больше, чем дозволяют приличия, юбка-карандаш, слегка задравшаяся на бедрах, босые ноги — туфли скинуты в проход. Очки, дужки которых она периодически берет в рот, прикусывая белоснежными зубами. Она тоже хочет жить. А вместо этого она каждый день встает в шесть утра и едет на другой конец города, чтобы в течение дня кланяться и улыбаться людям, которые и в грош ее не ставят. Она не завтракает, потому что всегда опаздывает и не высыпается, она обедает на ходу, стоя в коридоре, дешевым бенто, купленным в соседнем магазине и ее начальник вот уже второй год обещает ей повышение. Иногда она задерживается на работе допоздна и тогда она уже не едет домой, потому что ехать далеко и транспорт уже не ходит, а такси очень дорого. Тогда она ночует у своего знакомого, и хотя они давно уже расстались, но она все еще ночует у него, а значит ей приходится идти ему навстречу, когда ночью он начинает приставать к ней, хотя она терпеть не может его запах изо рта. Она хотела бы встретить настоящего мужчину и уехать с ним на край света, такого, который защитил бы ее и от ежедневных поклонов и улыбок и от приставаний бывшего и от унижений на работе, но каждое утро в шесть ровно — она встает и едет на работу. Но в пятницу она сидит на кожаном диванчике и заливисто смеется над несмешными шутками толстенького размазни и на какое-то время он кажется ей вполне приемлемой альтернативой. Потому что она хочет жить настоящей жизнью, не понимая, что в городе, который высасывает твою душу через твои кости — это невозможно. Этот город поедает человеческую надежду, словно голодный пес — брошенный кусок гнилого мяса. Этот город наотмашь бьет по лицу наивных мечтателей и тех, кто верит в возможность выбраться из крысиных бегов за призрачным успехом.
Тумблер качается в сторону еще раз и Горо смотрит сквозь янтарную жидкость. Вот и пример, думает он, хороший костюм, уверенная походка, высоко поднятая голова — эта девушка из другого слоя общества, это видно. Но и ей одиноко в этом городе, и ее душа тоже тоскливо воет по ночам на луну, словно она одна на всем белом свете… и этой девушке не надо вставать в шесть утра и ехать на работу на другой конец города. У нее есть работа, но эта работа не так уж и утомительна, она — старший советник гокудо, гидрокинетик и правая рука босса Джиро — после того, как Огненная Сестра вступила в ряды Всадниц Сумераги. Гидрокинетик пила горькую. Да так, что несмотря на свое умение управлять водой — могла и захлебнуться. Что же, видимо ей было что заливать, что не удивительно. Этот город ломал и не таких, дайте ему время и человека — и он сломает любого. Девушка в хорошем костюме поднимает взгляд и смотрит прямо на Горо. Он смотрит на нее — через стекло и виски. Она вдруг оказывается совсем рядом и ставит свой бокал на его стол.