Варвара начинает и побеждает (СИ)

Разумно, что. Интересно, как считаемся мы – как маги? Вооружённые, имеющие коней? Вообще наличие мага позволяло не тащить на себе тяжёлые доспехи, с другой стороны – против мага доспех не поможет. Поэтому мы – самые лучшие, заключила я про себя, и порадовалась.
Тем временем рыцарь Сигизмунд вызывал по списку, я слушала незнакомые фамилии и географические названия. Привыкай, Варя, ты должна это знать. Ещё доживёшь, что должна будешь на какую-нибудь войну вот так привести людей, разместить их где-то за стенами, а сама прийти вот сюда и отчитаться – магов трое, из прочих верхами пятнадцать, пешком идут сорок три. Например. А остальные остались землю копать – посевная, как-никак, что-то есть всем нужно.
- Смотри, это ж твои, - пихнул меня в бок Стриж.
Точно, чуть не проворонила!
Крепкий мужчина в кольчуге и с неплохим мечом на боку вышел, поклонился почтительно и встал перед королём. Поверх кольчуги он надел синюю накидку, на которой раскрыла крылья белая чайка, или кто-то, очень похожий. Он вещал, что из находящихся под его управлением земель графов Ливарио прибыли шестеро магов, пятнадцать конных рыцарей с оруженосцами и слугами, и тридцать три пеших воина, у каждого есть оружие.
- Это как – много или мало? – шёпотом спросила я у Стрижа.
- Это хорошо, Ливарио богаты, - и глянул прямо вот с уважением.
Эх, это ж не про меня пока, а про того неведомого управляющего. Мне всему этому ещё учиться и учиться – когда-то. Следующей зимой приступлю. А пока поучусь чему-нибудь другому.
Да, Ливарио богаты – потому что магов декларировали далеко не все, и рыцарей могло быть, например, двое. Или трое. Но с троими проще, чем с пятнадцатью, их ведь нужно обучить и собрать, и магов тоже обучить, чтобы от них был толк.
- А кто учит магов? – спросила я Стрижа.
- Или дома учатся, если есть у кого, или отправляют служить к другим магам – в оруженосцы. А потом, как станут рыцарями – так уже можно и домой, к своим. А самые умные – так и вовсе в Орден идут, - добавил не без гордости.
Это точно, в Ордене здесь подготовка самая лучшая. Мне повезло. Хорошо, что Лео занесло к Вороне. И что какая-то скотина потом подослала ко мне убийцу, а Лео увидел, что с тем убийцей сталось.
Стоп. Не какая-то скотина, а вполне конкретная. Как там звали того, кто сейчас кланялся королю от имени владений Ливарио?
- Стриж, напомни, как вон того мужичка зовут? – кивнула я на товарища с белой чайкой.
- Фиделио Польо, - напомнил Стриж.
А я резко вспомнила – ночь, королевский кабинет, ещё живой Звездочёт. Который говорит о том, что именно этот человек заказал моё убийство, когда узнал, что я внезапно жива.
Интересно, что он будет делать теперь, ему ж явно насплетничают, что я не просто жива, но ещё и получила от нового короля подтверждение наследных прав?
 7. Крылья ласточки 
 
Смотр войск оказался процедурой долгой и утомительной. Пока всех переслушали, пока король каждому докладчику что-то сказал – не то, чтобы наступило время ужина, но даже и на самую последнюю перед ужином тренировку уже никто не успеет. Зато посмотрели на верных вассалов его величества, где-то с уважением, где-то – прослезились.
И после завершения церемонии кто-то остался в карауле при короле, а кто-то, и я среди них, получили разрешение возвращаться в крепость.
И вот я шла себе наверх, в свою комнату в башне, чтобы снять лишнее и поставить в чашку с водой цветущую апельсиновую веточку, когда услышала горькие рыдания. Да не где-нибудь, а на нашем этаже. Кого довели? Неужели Рысь? Она ж железная?
Однако, довели не Рысь, а Ласточку, что было ещё удивительнее. Рыси случалось с кем-нибудь поспорить, на кого-нибудь наехать, и даже припугнуть магической силой, впрочем, почти вся молодёжь нет-нет, да и задиралась друг к другу таким образом. Это разве что я смотрела на подобные вещи с расширенными глазами – такую силищу, и куда? Из пушек по воробьям?
Ласточка же ни разу не была мною замечена в подобном непотребстве, она была со всеми вежлива и дружелюбна, и ей платили тем же. У неё не было никаких кавалеров – ни постоянного как у меня, ни переменных, как у той же Рыси. В общем, я никак не могла взять в голову – кто обидел нашу птаху.
 
Я постучалась – рыдания прекратились – и вошла. Ласточка поднялась с постели мне навстречу – вся зарёванная и встрёпанная. О нет, с ней такого не бывает.
- Что случилось? – я была намерена докопаться до сути.
- Нет, ничего, - пробормотала она.
- Так, давай попробуем вот что. Ты можешь не называть мне никаких имён, а я тебя просто послушаю. Говорят, одна голова хорошо, а две лучше. Вдруг с твоей бедой можно что-то сделать?
- Нет. Я благодарю тебя за участие, но – нет. Невозможно, господь свидетель.
- Погоди господа звать в свидетели, может быть, ещё и есть какие-то варианты.
- Нет. Только ждать, пока за мной придут.
- Кто придёт?
Что-то натворила? Ну так всё равно сначала будут говорить с мастером.
- Мой отец, - и снова слёзы.
Так-так-так. Уже теплее.
- А почему твой отец должен прийти за тобой?
- Потому что он увидел меня сегодня во дворце.
- Ты была с открытым лицом?
- Нет.
- И почему ты решила, что он увидел тебя?
- Потому что он меня ощутил. Я была глупа, и не подумала, что он непременно должен явиться по королевскому слову. А он, конечно же, явился и привёл людей. Он ощутил меня, у нас сходная сила. Я видела, как он дёрнулся и посмотрел в мою сторону.
- Но уверяю тебя, он смог увидеть только ещё одного стража. Невысокого, стройного и в чёрном. Вы со Стрижом со стороны похожи. И ещё кое-с-кем из мальчишек. А в толпе не очень-то разберёшь, и даже если ощутил какую-то там силу, то не обязательно сразу понимать, от кого она исходит.
- Ты думаешь, там было много сильных воздушников? Которые могут обратиться в птицу?
- Понимаешь, на нашей одежде не написано, кто у неё внутри. А она вся такая замечательно одинаковая. И ты не единственная воздушница в мире, я так думаю. А твой отец не знает, кто у нас ещё есть и чем знаменит. Мало ли, что он подумал?
- Он захочет меня вернуть.
- Для чего? – ну то есть понятно, ценное имущество, которым можно распорядиться, но пусть сама скажет.
- Он собирался выдать меня замуж с выгодой для себя.
- А для тебя в том браке была какая-нибудь выгода?
- Он сговорил меня за знакомца, которому был должен. Тот знакомец даже не маг, но служит при дворе, и помогал ему в каких-то делах. А отец не смог придумать ничего другого, как расплатиться мной!
- У тебя есть братья или сёстры?
- Три брата. Старший наследует отцу, двум другим уже определены владения.
- Большие владения-то? – да, сыновей обеспечили, дочерью откупились.
Красота, больше ничего не скажешь.
- Не как твои, конечно, но отец же, наверное, думает, что если тебя нет, то всё, что осталось от Ливарио, рано или поздно достанется ему. Несмотря ни на какие королевские указы.
Что?
- Постой, так твой отец – тот фрукт с белой чайкой?
Вот тебе, бабушка, и… такое себе, в общем.
- Да, - хлюпала носом Ласточка.
- И мы с тобой ещё, наверное, знакомы раньше были?
- Нет. Отец хотел отдать меня в ближние дамы к графской дочери, но матушка стояла насмерть, что нечего мне там делать. Потому что… все знали о твоём неуживчивом характере.
- И это ещё мягко сказано, как я понимаю.
Что ж теперь, мне ведь до смерти придётся тащить хвост репутации Барбары!
- Сначала я очень изумилась – что тебе тут делать. Тут нужно слушаться мастера, а ты и своего отца не слушалась. Но ты изменилась, очень изменилась.
- Я не знаю, что явилось движущей силой всех случившихся с Барбарой… со мной перемен. Мне кажется, они к лучшему. И нет, я не скажу твоему отцу о тебе ни слова. Я считаю, что человек вправе сам выбрать себе судьбу. И ты молодец, что выбрала и не побоялась.