Варвара начинает и побеждает (СИ)

Так. Ещё один местный фрукт.
- И с чего его сын вдруг ополчился на нас?
- Ну отчего же вдруг-то, госпожа. Аль-Махди до самой смерти приходил и требовал, чтоб ему вернули похищенную дочь, потому что господин граф обещал. А господин граф обещал, конечно, и даже попытался искать, но ничего у него не вышло. А потом и Аль-Джафар куда-то делся, не у кого стало спрашивать. Пока вчера вот здесь у нас не объявился.
- Постойте, так что, Аль-Джафар похитил девицу, граф обещал её вернуть, не вернул, и из-за неё эти полоумные пришли убивать и грабить?
- Сказали, что они в своём праве.
- А почему грабили не того, кто похитил девицу?
Логика-то где?
- Потому что о нём давно уже никто ничего не слышал, а господин граф – вот он, приходите и берите.
- И почему так легко взяли? – сурово спросила я.
Не то, чтобы я прямо была уверена в том, что взяли легко, но если папенька Барбары был сильный маг и ещё человек, разбирающийся в местных интригах – то его никак не должны были легко захватить и умертвить. В замке, среди своих людей. И вообще.
Господин Лири вздохнул и потупился. Что, Барбара права, и кругом предатели? Я вздохнула и надавила. Не как братец Стриж, не выходило у меня так ловко. Но – иногда кое-что выходило.
- Понимаете, по глупости оно вышло. Выманили Костаса, пастуха, а он головою-то скорбный, все знают. Он и вышел, через калитку в стене, и его даже не убили, а просто связали и там бросили. Сказали – он им не враг. И вообще говорили, что враг – только господин граф, пусть выходит и защищается. И кроме господина графа и тех, кто на них напал, никого не убили. Может быть, и господина графа оставили бы в живых, говори он с ними поприветливее. Но где уж там поприветливее, это не про господина графа, сами знаете, простите, госпожа, - до господина Лири дошло, что и кому он говорит, и он сильно испугался, втянул голову в плечи и рот рукой прикрыл.
- Спокойно, убивать не буду. Ты сам-то где был в ту ночь?
- Да спал я, а потом, как выбрался наружу, всё и кончилось уже, - выдохнул управляющий, и я видела – не обманывает, так и было.
- Кто в ту ночь отвечал за охрану?
- Да Тарантул и отвечал. Его одним из первых побили да связали.
- А кто охранял… меня и мои покои? Как так вышло, что смогли туда пройти и увезти? Я очнулась-то уже очень далеко от дома!
- Так вошли через потайную дверку в стене. Ирида, предательница поганая, отворила ту дверку и впустила, кого не надо. Граф наутро так бушевал, что убил её родителей, обоих, а вечером сам попался. Не ведаю только, что с той Иридой сталось.
- Ничего хорошего, нет её в живых, - покачала я головой.
- Туда и дорога, - перекрестился господин Лири.
Обычным образом перекрестился, не как выходец из Бизантиума.
- А что с припасами? Доживём ли до нового урожая?
Он снова съёжился.
- Да не сказать, чтобы очень уж хорошо, с припасами-то. Подъели припасы, ещё и Дожди пограбили. А денег, чтоб закупить, особо и не было. И с посевной вышло не очень, прямо скажу, нам бы докупить зерна-то по осени, только вот где денег взять? Только стада и радуют, с овцами и коровами полный порядок.
- А где искать этого… Аль-Масуда?
- Да в Сирре Подгорной и искать. Он туда подался, потому что там поблизости жил, там и обретается.
Так, выносить Сирру Подгорную я пойду ещё не сегодня. И вообще, может быть, удастся как-нибудь так, без этого всего?
- Вот что я вам скажу, господин Лири, - а он как услышал, так снова голову в плечи и втянул. – Прямо сейчас пороть и казнить не стану, сначала пройдусь везде, погляжу, что и как, и послушаю, что там ещё стряслось. Прямо сейчас и пойдём. А после решу, что с вами, лоботрясами, делать. Но сначала скажите-ка ещё, что там за история с пропажей людей на ровном месте.
- Это не наши люди, в смысле – не виноват никто. Не было никому смысла, вот богом клянусь, не было.
- Мирея, Агата и Марко – так?
- Верно, госпожа Барбара.
- А не узнать, куда пропали да почему – так ещё ж кто-нибудь на ровном месте пропадёт?
- Уже неделя прошла, никто новый не пропал. Может они, того, сами сбежали?
 
- Так вот все говорят, что никакой причины не было ни у кого из них, чтоб самим бежать, - снова поджала губы я.
Никогда так не делала – вдруг поняла я. Это что, привычка Барбары? Если так, то пусть. Поорать на кого-нибудь, что ли, чтоб утвердить легенду? Ладно, поглядим.
- Да кто там знает-то, что у той молодёжи на уме, - отмахнулся господин Лири.
- Ладно, поднимайтесь и пойдём, - махнула я рукой, и сама встала с лавки.
- Куда? – снова испугался он.
- Покажете, что тут и как. Где хорошо, где плохо, где очень плохо. Нужно же мне понимать, с чего начинать.
Дважды повторять не пришлось – он выбрался из-за стола, подхватил накидку с капюшоном – и правда, лишним не будет, снаружи-то солнце вовсю печёт. Ладно, не расплавлюсь как-нибудь. А господин Лири опасливо на меня глядел – наверное, думал, что я ещё выкину. Думай, думай. Всё равно не придумаешь.
- А можно, я вас тоже спрошу, госпожа Барбара? – он отошёл подальше, к дверям, и оттуда уже произнёс.
Чтоб не дотянулась, да?
- Спрашивай.
- Как так вышло-то, что вы в живых остались, да ещё и с отрядом стражей прибыли? И почему только теперь?
- Меня спас мой жених, принц Руджеро. И вместе с ним я добралась до крепости Ордена стражей, и искала там защиты. Мастер Кракен принял меня, а я дала обет в Ордене – на год, до конца следующей зимы. И сейчас до него дошли слухи о том, что здесь неладно, и он отправил меня разобраться. Потому что – кому, как не мне, здесь разбираться?
- Это точно, - выдохнул господин Лири. – И что, прямо будете разбираться? Вам же все эти дела никогда важны не были? Сколько господин граф не пытался вас за расходные книги засадить, а вы, уж простите, только огрызались, что без этого проживёте?
- А вдруг на меня снизошло свыше просветление? – усмехнулась я. – И побывав на краю смерти, я задумалась о том, как дальше жить? Идём уже. Нужно знать, какими силами и средствами я располагаю. И потом уже думать, что с этим делать.
Мы прошлись по замку – я внимательно рассмотрела четырёхугольное здание с башнями по углам, в одной из которых сегодня ночевала, и с внутренним двором, оставшимся от постройки каких-то незапамятных времён. Имперских, вот. Печать лёгкого запустения лежала на всём, хоть и нельзя было сказать, что вот прямо всё плохо. В кладовых хранились какие-никакие запасы, просто, как я понимала, недостаточно, чтобы безбедно дожить до новых. В конюшне, кроме стражеских коней, были и местные, в том числе – породистые красавцы, один из которых, чёрный и изящный, явно узнал меня и потянулся мордой.
- Смотрите, госпожа, ваш Сапфир, в добром здравии, - поклонился конюх. – Уж он тосковал, никого к себе не подпускал, и даже зашиб кое-кого копытом, когда его кормили-поили и чистили.
Я глянула на красавца – кажется, Барбара и коня по себе подобрала. Подошла, потрепала по шее. Так, не вздумай бить меня копытом, понял?
- Смотрите, прямо доволен, и даже не кусается, - восхитился конюх.
А я поискала в поясной сумке и нашла там половину яблока – ещё со вчера, с дороги. Предложила черному Сапфиру, тот слизал с ладони одним движением.
- Ещё принесу, - кивнула я.
Финик – хороший, но, строго говоря, не мой, а стражеский. А этот вроде мой. Только вот Финик умеет в бою, а этот? Ладно, разберёмся.
Дальше мы обошли замок снаружи, и везде я видела следы запустения – пока не смертельные, но если ничего не делать, то к зиме ещё хуже станет.
Так, кто тут у нас хотел быть за главного? Господин Польо?
- Скажите-ка, господин Лири, а что у нас господин Польо, который говорил от имени всей этой земли перед королём? Почему он не решил вопрос с казной и посевной?
Тот только плечами пожал – не могу, мол, знать.
Ну что ж, пусть этот господин Польо только рот раскроет. Найдём, чем и как закрыть.