Варвара начинает и побеждает (СИ)

Попутно брат Самоцвет привел одну из прислужниц наших пленных девиц – сказал, случайно под ноги попалась, искала, где бы спрятаться. Вторую, по её словам, убили, как и евнуха Али. Перепуганную девчонку водворили к Лейле и Латифе.
Дальше обсуждали график дежурств по городу – потому что все сошлись, что без этого никуда. Мастер сказал, что сам попробует переговорить с королевой ещё раз, вдруг у него получится. Прямо тут же попробовал, но – не вышло, не отозвалась.
Как-то так получилось, что в трапезную вечером я попала поздно, а когда выбралась наружу, то едва не запнулась о компанию сидящих на травке.
- О, Феникс. Садись с нами, что ли, - сказал Тень. – Окажи нам честь, освети своими сияющими глазами и рыжими кудрями наш невесёлый вечер и раздели с нами чашу.
Надо же, как умеет. Не хуже Лео.
Лео, кстати, долго не отзывался – когда после рассказа мастера я попыталась тут же сообщить ему новости. Долго молчал, потом вызвал меня сам. Сказал – были дела, оторваться никак не выходило. Выслушал наши новости, помрачнел, обещал поговорить с королём как можно скорее.
Я села на траву рядом с Тенью – с другой стороны от него сидела Рысь, и там же рядом Ласточка, а дальше – Скорпион, Вепрь, Медуза. С другой стороны от меня зашевелился и передал мне ту самую чашу Самоцвет. Я глотнула – вино с пряностями. Передала дальше.
- И что теперь? – спросил Медуза.
- А это как Творец решит, - пожал плечами Самоцвет. – Жили без всех этих королей, проживём и дальше. Дел на наш век хватит.
- А как же все, кто остался во дворце? – упорствовал парень. – Они ж там не смогут ни от разбойников отбиться, ни от нежити, если вдруг опять попрёт. Вдруг на них кто порталом? Или как некроманты – из теней?
- Вот пусть её величество, продли Творец её дни, теперь об этом думает, - сказал Самоцвет. – Раз решила, как решила.
- Сестрица Феникс, а сестрица Феникс, ты вызывала брата Лео?
- Да, Медуза, вызывала. Он знает, он расскажет королю. Или уже рассказал. Так что… делай, что должно, и будь, что будет.
- Мы сильнее большинства наших возможных врагов, - раздумчиво сказал брат Скорпион. – Поэтому всем нужно держать ухо востро, и если вдруг что – не зевать. Не пропадём. Зря, что ли, тренируемся тут каждый божий день? Если нападут – отобьёмся.
- Ласточка, ты же летала во дворец вечером? – спросил Тень.
- Да, - откликнулась та. – Не увидела ничего особенного. Всё, как обычно. Стража. Правда, по парку никто не ходит, кроме той стражи, раньше было не так.
- Ладно, поглядим. Дел для нас хватит, и вправду, - проворчал Тень.
Чашу ещё раз передали по кругу – пока она не опустела. Можно было расходиться… но что-то держало нас, не позволяя встать и пойти по комнатам.
- Ну хоть расскажите что-нибудь, что ли, сказку какую, - проворчал Вепрь. – Чего сидеть-то просто так почём зря.
- О чём сказку-то? – хмыкнул Самоцвет.
- О том, что было плохо, а потом стало хорошо, - пробормотала Ласточка.
- Это я тебе и так скажу – предстанем перед высшим судом, а там будет хорошо, - усмехнулся Тень.
- Ты думаешь, будет хорошо? – усмехнулась ему в ответ Рысь.
- Ну а как же? Нужно верить, что будет. И делать для того, что можем. Мы же лучшие, - Тень не сомневался.
Они ещё спорили, нужно рассказывать сказку или же петь, когда я услышала магический вызов. Лео.
Встала, отошла в противоположный угол двора. Подумала – и забралась в отнорок, где только глухие стены, чтоб никто не подслушивал – мало ли, что там? И только тогда ответила.
- Как я рада слышать тебя, ты не представляешь, - сказала ему.
- А я-то как рад тебя слышать, прекраснейшая, - рассмеялся он. – Что у вас там случилось? Наши родичи молчат, не говорят ничего. То есть говорят, что всё в порядке. О трёх невольницах ни слова, и вообще ни слова.
- И о том, что ваша матушка могла погибнуть, если бы не брат Смерч? – поинтересовалась я. – Видела собственными глазами, как то кресло, в котором она сидела, разорвало в клочья мгновением позже того, как брат Смерч её вытащил. Слышала собственными ушами, как две другие девицы рассказали – их готовили маги Дождей. А подарил, как мы помним, внук главного Тигра. Как тебе такое?
 
- Дожди и Тигры договорились каким-то противоестественным образом? – изумился Лео. – Быть такого не может.
- Они говорили правду, и мастер опознал те имена, которые они называли. И это выглядит как-то нехорошо. Я о том, что мне вообще не нравится то, что происходит.
- Понимаешь, и мне не нравится. Аль-Надир ведёт себя достойно и относится к королю с уважением, и люди его – тоже.
- Он мог не знать, что такое привёз? Точнее, кого?
- Мог, - ответил, подумав, Лео. – Но, знаешь, мне кажется, что брату очень уж пришлась по сердцу та наложница. После разговора с мастером он ходил мрачнее тучи, говорил – не может поверить.
- Я бы тоже не поверила, если бы видела только танец, не видя магических наворотов. И если бы эта прекрасная дева не приставила мне кинжал к горлу. Она – очень хорошо обученный маг, не хуже тебя, как я думаю. Знает об этом Годфруа?
- Ох, я не уверен. Он-то не сталкивался с тем, как она пользуется своей силой.
- В общем, скажи, что эта милая особа чуть не лишила его матери. В свидетелях, кроме мастера, Тени, Медузы, Смерча и меня – господин Фока с его людьми и преосвященный Ремигий. Годфруа может выбрать, кому верить.
- Я понял, прекраснейшая, - уныло вздохнул Лео. – Попробую поговорить. И вообще попробовал бы вернуться и договориться с матушкой, но – через несколько дней. Вот побываем в Аль-Сире, а потом ещё в Аль-Черами, и – я смогу отправиться в столицу.
- Хорошо бы, - кивнула я. – Не только потому, что я скучаю, - а я скучаю, это непреложный факт! – но потому, что нужен кто-то, кто поставит на место голову графу дель Васто и, прости, вашей матушке тоже.
- Непростое это дело, - согласился Лео. – Но завтра мы уже будем в Аль-Сире.
- Я буду очень ждать рассказа. О том, как вас приняли, об Аль-Кариме и обо всём, что покажется тебе интересным. Мне понравился дворец в Аль-Сире, он красив.
- Он невелик и удобно устроен, - согласился Лео. – Если я когда-нибудь доживу до своего отдельного дворца – прикажу построить нам с тобой что-нибудь подобное. Тем более, раз тебе нравится Аль-Сира.
- Доживём – увидим, - не стала возражать я.
До меня дошло, что я вообще понятия не имею, что он думает о семейной жизни, как она тут есть и как должна быть. У меня о своём-то мире нельзя сказать, что точные сведения, а тут-то и вовсе!
Но… когда она ещё будет, эта семейная жизнь. Пока – он там, я здесь, и происходит что-то нехорошее.
Мы распрощались, и я ещё посмеялась про себя – эх, не знают здесь о виртуальных свиданиях. Не то уже просвещать, не то ещё погодить… Впрочем, посреди большого лагеря только свидание, хоть бы и виртуальное. Поэтому – завершаем. Вздохнуть, сказать хорошее на прощание, представить, будто обнимаемся. И – до связи, до встречи.
У выхода из трапезной ещё сидели – и пели хором вполголоса о том, как кто-то отправился в поход против недругов господа. Вот, так и пойдём. Против недругов господа и короля.
Два дня было тихо – никаких особых новостей ни от короля, ни из дворца. Королева говорила с мастером, но решения своего не изменила. Король прибыл в Аль-Сиру и был там принят с подобающей пышностью и уважением.
А на третий день королева мастеру не отозвалась. А граф дель Васто сказал, что она нездорова, и это явны последствия того, что её куда-то там водили некромантскими путями. И пусть мастер немедленно выдаст того брата стража, который это сделал. И ещё пусть немедленно вернёт во дворец преосвященного Ремигия, которого держит в заложниках. Будет дознание, там и разберёмся, кто прав, а кто – нет.
 20. Улыбаемся и пашем 
 
Политика – политикой, а жизнь – жизнью. Даже если эта жизнь во многом определяется той клятой политикой.