Добро Пожаловать На Темную Сторону (ЛП)

— Луиза Лафайетт Гарро, — крикнул директор Адамс с трибуны.
Я с трудом сглотнула, перекинула волосы через плечо и зашагала по сцене в своем золотом платье и боевых ботинках.
— Поздравляю, Луиза, — сказал директор Адамс с кислой улыбкой. — Я удивлен, что ты действительно добралась до выпуска, учитывая компанию, в которой ты состоишь.
Я улыбнулась в ответ.
— Я попала на выпускной из-за компании, в которой состою, но спасибо вам.
Затем со свернутым дипломом в одной руке и дурацкой выпускной шапочкой в другой я повернулась лицом к аудитории, подняла руки и крикнула:
— Черт возьми, да!
Нервное хихиканье зрителей было заглушено ревом Падших братьев, кричащих «Да, черт возьми!» прямо мне в ответ.
— Так держать, миссис Гарро! — Зевс кричал громче всех, стоя так высоко над всеми остальными.
Сбегая вниз по лестнице, я сбросила платье, обнажив маленькую джинсовую юбку и зеленый топик, которые были на мне, что совершенно не подходило для выпускного вечера. Мне было насрать. Моя семья праздновала в клубе, и я была более чем готова взорвать этот киоск с мороженым.
Я не останавливалась, пока не врезалась в грудь Зевса, и он не поднял меня на руки. Он запечатлел на мне глубокий влажный поцелуй, делая это так долго и так хорошо, что к тому времени, как мы оторвались друг от друга, у меня закружилась голова. Раздались несколько восторженных, нервных аплодисментов, но я этого не заметил, потому что Зевс Гарро смотрел на меня с гордостью в своих серебристо-серых глазах.
— Моя жена сейчас выпускница средней школы.
Я откинула голову назад и рассмеялась.
Зевс
Три года спустя
День был зверски холодный, шел снег, какого никогда не было на входе, но Лу это, блять, не остановило. Итак, мы собрались и отправились на кладбище церкви Первого света, чтобы навестить Мута, как мы делали каждый год в годовщину его кончины.
Мы стояли перед его надгробием, уставившись на эпитафию, которую я вырезал на черном камне.
«Мут Гарро (Уокер Майкл Никсон) 1999–2018
Любимый брат, Молчаливый Герой, Вечный друг.
Падшие помнят.
R.I.P.»
Лу плакала, но она всегда плакала, когда мы приходили в гости, и я привык к этому так, как мог бы привыкнуть любой мужчина, чья жизненная миссия состояла в том, чтобы уничтожить любую причину для слез своей жены. Иными словами, я прижал ее к себе и тоже попытался не поддаться кратеру слез в моей груди.
Закончив, она поставила модель Эмпайр-Стейт-Билдинг рядом с другими конструкторами Lego, которые мы оставляли во время других посещений. Сэмми готовила их для Лу всякий раз, когда та приходила в гости.
— Готова идти? — я спросил ее, желая уйти с кладбища, потому что это вызывало у меня плохие предчувствия, хотя я бы никогда не сказал этого вслух.
Кроме того, было воскресенье, и через несколько часов у нас был семейный ужин, что дало мне как раз достаточно времени, чтобы уложить в постель мою горячую молодую жену до их приезда.
— Еще не совсем, — удивила она меня, сказав, а затем странно добавила: — Если это будет мальчик, я хочу назвать его Уокер.
Я моргнул, глядя на нее.
— Ты хочешь собаку или что-то в этом роде?
Она улыбнулась сквозь слезы, и слабый серый свет упал на ее лицо, как гребаный прожектор с ореолом.
— Собака была бы хороша, но мы можем быть заняты какое-то время, так что собака — не лучшая идея.
— Черт возьми, мы и так достаточно заняты, — сказал я, и это было правдой.
Центр аутизма отнял у моей девочки уйму времени. Не настолько, чтобы она не могла найти свободный день, чтобы прийти потусоваться со своим мужчиной, посасывая вишневый леденец, наблюдая, как я работаю на байке, но достаточно, чтобы я не видел ее драгоценные часы каждый день. Клуб, блять, процветал теперь, когда Кинг занимался разведкой и привносил свой бизнес-опыт в наши операции. Мы расширили наш продукт до гребаного Китая только в прошлом месяце.
 
У меня было достаточно денег, так что я подумывал о том, чтобы передать больше этой части вещей Кингу, когда придет время, потому что чего мне не хватало, так это времени.
У меня никогда не было бы достаточно гребаного времени с Лу.
— Я думаю, тебе понравится такая занятость, — сказала Лу, улыбаясь, как гребаный псих.
— Блять, скажи мне уже, малышка. Во что ты играешь?
Ее маленькая ручка протянулась, чтобы переплести мою и прижать к своему животу.
— Когда родится ребенок, если это будет мальчик, я хочу назвать его Уокер в честь Мута.
Я моргнул.
Лу была беременна.
Это было не так, как будто мы пытались. Ей не нравилось принимать таблетки после того, как она заболела раком, и противозачаточный укол, который она принимала, заканчивался чаще, чем хотелось бы любым двум людям, пытающимся не заводить ребенка.
Но я никогда не думал об этом, ни в реальной жизни, ни в чем другом, кроме своих самых глубоких гребаных фантазий.
— В тебе есть мой ребенок?
Она крепче прижала наши руки к своему лону.
— Во мне живет твой ребенок, — подтвердила она.
— Что ж, тогда будем надеяться, что это гребаный мальчик, — сказал я с усмешкой, поднимая свою девочку на руки почти над головой, чтобы поцеловать тонкий живот.
Она откинула назад свои длинные волосы и рассмеялась в небо, а я поднял глаза, чтобы посмотреть, как она в миллионный гребаный раз думает, что каким-то образом я был благословлен гребаным ангелом.
КОНЕЦ
Перевод группы t.me/dreambooks1