Добро Пожаловать На Темную Сторону (ЛП)

— К черту меня, если ты ошибаешься, — пробормотал я.
Несмотря на то, что я говорил тихо, Лу внезапно оживилась, её позвоночник выпрямился, а голова с безошибочной точностью повернулась в мою сторону. Я ждал с удовольствием, пока она не спеша разглядывала меня, начиная с поношенных ботинок на моих ногах и заканчивая кепкой, которую я носил задом наперед. Я смотрел, как она облизывает свои пышные губы, и мне понравилось, что она слишком неопытна, чтобы скрывать то, как сильно она меня хочет.
— Зевс, — вздохнула она, прежде чем прочистить горло и бессознательно притянуть к себе ребенка ближе к груди, как щит, — Что ты здесь делаешь?
Как только мы закончили в Чапеле, я отправился на её поиски. Мут сказал, что она каждый четверг после обеда проводит время в Центре аутизма на окраине центра Энтриса. Он знал, потому что следил а ней с тех пор, как она снова появилась в моей жизни на той гребаной вечеринке. Поначалу этим занимались несколько братьев, но Мут приглянулся ей, и поэтому именно его я посылал к ней чаще всего. Он был странным ребенком, лучшим другом моего сына и как будто моим собственным сыном после стольких лет. Его ублюдочный отец выгнал его из дома, когда он был еще ребенком, из-за его «поганых» наклонностей, и с тех пор он жил в клубе или у меня дома. Не было ни одной души, которой я бы доверил Лу больше, чем ему, поэтому он был со мной, чтобы я мог представить его должным образом как ее нового телохранителя.
— Время жить и учиться, малышка, — сказал я ей с широкой ухмылкой.
— Правда? — спросила она взволновано.
Мой член дернулся от этого энтузиазма, который можно было бы лучше применить к другим вещам.
— Да, — грубо сказал я, — Если ты закончила здесь?
Вернувшись в реальность, она посмотрела вниз на своего подопечного и пригнулась, чтобы потереться с ним носами.
— Который час, Сэмми? — мягко спросила она.
— Ты не сможешь уйти в течении десяти минут, — громко объявил он.
— Хм, — она погладила его волосы и посмотрел на меня сквозь свои длинные ресницы, — Хочешь познакомиться с моим другом, Зевсом? Ему нравится сооружать вещи, как и тебе.
Ребенок, Сэмми, уставился на нее с благоговением, а затем повернулся ко мне с маленьким ротиком, открытым в форме буквы «О». Черт, я и забыл, какими милыми могут быть дети.
— Тебе нравится что-то сооружать? — спросил он.
Я подошел ближе, обратив внимание на сложные строительные блоки, аккуратно расставленные вокруг них, и низко присел прямо перед ними.
— Да, малыш. Я сооружаю байки и машины.
— Нет, — вздохнул он, его глаза стали такими широкими, что казалось, они выпадут прямо из его головы.
Я умилился.
— Лучше поверь. Мой брат Мут тоже. — Я оглянулся через плечо на Мута, который все еще неловко стоял у двери. — Иди сюда, брат.
Он шел вперед, его рот был сложен в твердую линию, и я знал, что это потому, что Лу проводил время с другим ребенком. Это была одна из его особенностей: ты либо нравился ему, либо нет, а если нравился, то он не был большим любителем показывать это.
Лулу, казалось, заметила это, потому что она похлопала по земле с другой стороны от себя и сказала:
— Приятно видеть тебя снова, Герой. Я почти ожидала, что ты наденешь плащ после своего героизма на днях.
Затем, впервые с тех пор, как Кинг уехал в университет и оставил своего лучшего друга, я увидел, как губы Мута дернулись, а затем превратились в широкую ухмылку.
Он потянулся, чтобы потянуть ее за волосы, когда опустился на ковер.
— Сэмми, Мут.
Сэмми с минуту смотрел на него, прежде чем сказать:
— Лулу — моя лучшая подруга, так что, если ты хочешь поиграть с нами, все в порядке, но она подписала контракт и все такое, так что я вроде как должен разделить ее. Если ты сможешь создать что-то действительно, действительно крутое, я тоже позволю тебе иногда играть с нами.
Двое детей, более похожих, чем я мог подумать, смотрели друг на друга долгую минуту, прежде чем Мут кивнул и потянулся за кубиками Лего.
Я подождал немного, пока они оба начнут играть, прежде чем протянуть руку и легонько постучать Лу костяшками пальцев по краю ее подбородка.
 
— Как дела, малышка? — ее лицо было мягким от того, что она смотрела, как ее подопечная и ее герой играют вместе, и это нанесло мне такой сильный удар в живот, что у меня перехватило дыхание, когда она улыбнулась мне и попыталась уткнуться лицом в мою отступающую руку. Я поколебался, затем провел своими грубыми пальцами по шелку ее щеки на секунду, прежде чем отстраниться.
— Теперь хорошо, — сказала она мне.
Черт возьми, был ли у меня когда-нибудь шанс против нее?
— Хочу сводить тебя в «Спектр Дыма», — сказал я ей, пытаясь сосредоточиться на причине, по которой я был там в первую очередь.
Пытаюсь вспомнить свое собственное чертово правило.
Никаких прикосновений.
Черт, но это оказалось сложнее, чем ожидалось.
— Барбекю? — спросила она, ее брови изогнулись в очаровательной гримасе.
Господи, взрослый мужчина думает, что хмуриться — это очаровательно. Кем я становился?
— Нет. — Я ухмыльнулся. — Стрельба.
— Ты собираешься научить меня стрелять из пистолета!? — она закричала слишком громко.
Сэмми тут же ушел в себя и, захныкав, заткнул уши. Лу съежилась и воспользовался моментом, чтобы погладить его по спине и голове, наклоняясь ближе, целуя её в затылок, пока она не высунулась из своей раковины, забыв о своем дискомфорте в пользу поцелуев Лу.
Не мог винить маленького парня.
— Извини, одно из отвращений Сэмми — это громкие звуки, — объяснила она и тихо хихикнула. — Если только он не делает их сам. Я всегда, хотела научиться стрелять из пистолета. Черт возьми, но на мне неподходящая для этого одежда!
Я взглянул на ее джинсы и водолазку. Обычно такое количество одежды на женщине мне ничего не давало, но я никогда не видел, чтобы женщина заправляла рубашку так, как это делала Лу. Кроме того, мысль о том, чтобы вытащить нож, который я держал в левом ботинке, и отрезать его от нее, была фантазией, которая теперь прочно укоренилась в моем мозгу.
— Выглядишь прекрасно, — проворчал я.
Она снова хихикнула.
— Ладно, что ж, в таком случае, черт возьми, да, я хочу пойти с тобой на стрельбу.
Я подавил улыбку и кивнул.
— Хорошо, теперь дай мне несколько кубиков, чтобы я мог показать этим двоим, почему я босс, окей?
Ее ответная улыбка схватила меня за сердце и сжала.
— Зевс, Зевс! — Лу закричала, хотя я был прямо там, блять, одной ногой у нее за плечом, наблюдая за ней, как и в течение последних девяноста минут. — Ты это видел?
Мы со Смоуком усмехнулись, но я был тем, кто сказал:
— Ты чертовски естественна, Лу.
Она оглянулась через плечо, ее красивое лицо было скрыто уродливыми защитными очками и наушниками, и она все еще была самой красивой вещью, которую я когда-либо видел, пистолет прижат к ее трицепсу, палец на спусковом крючке и широкая ухмылка на ее лице.
— Я такая, не так ли? — сказала она.
Смоук хрипло и влажно рассмеялся так, как мог смеяться только человек, выкуривавший пачку в день всю свою жизнь. Он был суровым человеком, старшим братом, который больше не мог ездить верхом, но который научил всех братьев обращаться с оружием, когда они осматривали Падших. Он был мне как отец, только лучше, потому что мой отец был жестоким алкоголиком, ублюдком, который изменял моей маме и забирал все ее с трудом заработанные деньги, когда ему этого хотелось.
Ему нравилась Лу, и, учитывая то, как он продолжал поднимать на меня свои брови-щеточки, она нравилась ему такой, какая есть.
Я пытался игнорировать старого ублюдка, но проблема была в том, что она мне тоже нравилась.
— Снайперские винтовки намного круче пистолетов, — говорила ему Лу, снимая глушители. — Я хочу один из них.
— Далеко не так практично, девочка. Я установлю тебе «Зиг Зауэр Р238».