Рокко (ЛП)

— И это всё? — Грейс подняла руки, чтобы он мог расстегнуть её наручники.
— Всё. Приношу извинения за причинённые неудобства. — Он оглянулся через плечо на пожилого джентльмена в элегантном тёмно-синем костюме. — Ваш адвокат сказал, что вы согласились не предавать это огласке. Очень признателен.
Рокко кивнул, когда с него сняли наручники. Прижав одну руку к пояснице Грейс, он повёл её по коридору к мужчине в костюме.
— Чарли.
— Фрэнки.
— Хочешь покурить? — Чарли протянул пачку сигарет. Рокко долго смотрел на неё, а затем покачал головой.
— Пытаюсь бросить курить.
Больше ничего не было сказано, пока они не вышли из полицейского участка и не прошли полквартала вниз по улице.
— Это Чарли Нейлс, — сказал Рокко, останавливаясь рядом с блестящим чёрным «Мерседесом», припаркованным на обочине дороги. — Он адвокат и наш друг.
Их общий друг говорил Грейс, что Чарли был исполнителем и связан с мафией. Она приняла его за советника Нико, учитывая его возраст и их предыдущий разговор.
— Спасибо вам за помощь. — Она протянула руку. — Я не с нетерпением ждала возможности провести ночь в тюрьме.
— Грейс Мантини. — Чарли крепко пожал руку Грейс. — Ты такая же красивая, какой была твоя мать в этом возрасте.
— Вы знали мою маму? — Её пульс ускорился. Кроме тёти, с которой она жила после ухода из семейного дома, она встречала немного людей, знавших её мать, и никого из мафии.
— Все знали твою мать, — сказал он. — Раньше я жил в Нью-Йорке, пока меня не отправили в Вегас присматривать за мятежниками семьи Тоскани, и я хорошо её знал. — Он благодарно вздохнул. — Такая красивая. Каждый мужчина хотел её. И дело было не только в том, что она была дочерью младшего босса. Она была потрясающей певицей и душой каждой вечеринки.
Грейс никогда не слышала никаких записей пения своей матери. У неё были только воспоминания и несколько фотографий матери на сцене.
— Вы слышали, как она пела?
Чарли кивнул.
— Там был клуб, куда наши друзья ходили хорошо проводить время по вечерам в пятницу и субботу. Она часто там пела. Твоему дедушке это не нравилось. Ему не нравилась идея видеть её на сцене, но она любила быть в центре внимания и всегда устраивала хорошее шоу. Из-за неё затевалось много драк. Но как только она встретила твоего отца, стало ясно, что больше ни у кого нет шансов.
— Он так и не смог смириться с её смертью, — сказала она.
— То, что с ней случилось, было трагедией. — Лицо Чарли смягчилось. — Я никогда не верил в эту историю. Жаль, что никто так и не узнал правду.
— История о Джимми Валентино, устроившем стрельбу в ресторане Рикардо, потому что у Рикардо был роман с его женой? — нахмурилась Грейс. — Я была там. Я видела, как вошёл мужчина и выстрелил.
— Жена Джимми никогда бы ему не изменила, — сказал Чарли. — Некоторые пары, о которых ты просто знаешь, будут вместе всегда. Твои мама и папа были такими же. Джимми и Вайолет тоже были.
— Но он попал в тюрьму, — запротестовала она. — Ему осталось отсидеть ещё одиннадцать лет.
— Может быть, за преступление, которого он не совершал, — пожал плечами Чарли. — Но если это правда, он никогда не скажет.
Омерта означала, что вы отправились в тюрьму, а не выдали другого преступника или раскрыли свою принадлежность к мафии, даже если вы не совершали преступления.
— Зачем кому-то понадобилось убивать её?
— Это неправильный вопрос. — Чарли открыл дверцу своей машины.
— А какой правильный вопрос?
Взгляд Чарли метнулся к Рокко, а затем снова к Грейс.
— Это то, о чём ты должна спросить своего отца.
* * *
— Грейс! Твой сторожевой пёс на крыльце, — крикнула Оливия от входной двери. — Мне нужно бежать, иначе я бы привела его сюда, чтобы его покормили. Увидимся за обедом.
Грейс провела расчёской по мокрым волосам и надела пару обрезанных джинсовых шорт и потёртую шикарную сиреневую тунику с прозрачным кружевным пончо. Она любила цветочную, романтическую одежду, хотя из-за того, что Рокко исчез на сутки, она не поднимала ей настроение, как обычно.
 
Итан и Мигель помахали ей из кухни, когда она направилась к входной двери, не поднимая головы. Никакое количество макияжа не могло скрыть тёмные круги у неё под глазами. Она любила своего отца. Доверяла ему. Но то, что она увидела в Рокко с тех пор, как они снова встретились, не соответствовало тому, что предположил папа. Он не сделал ничего, кроме попытки защитить её, и она не могла поверить, что он делал это просто для того, чтобы подобраться поближе к Тому и её отцу, чтобы нажать на спусковой крючок и покончить с их жизнями.
Она открыла дверь и посмотрела на Рокко, стоявшего на ступеньке крыльца, прислонившись к перилам. На нём была та же одежда, что и вчера, когда он оставил её, чтобы прокатиться после того, как она закончила в студии звукозаписи.
— Как давно ты здесь?
— Большую часть ночи, — пожал плечами Рокко.
— Ты просидел здесь всю ночь? — Чувство вины пронзило её грудь. — Почему ты не вошёл?
— У вас появилась какая-то новая система безопасности. Не хотел беспокоить ваших соседей, устраивая драку. — Он указал на солдат Форзани, которые заменили Майка, Паоло и людей Рокко у её дома. — Мы договорились, что я останусь снаружи.
— Они мне не нужны. Я хочу тебя.
— Не хочу устраивать политический скандал, чтобы ты оказалась в моей постели, bella (*красавица, итал., прим. перев.).
— Какой политический скандал? — Гнев вспыхнул в ней. — Я не выхожу замуж за Дино Форзани. Я не хочу быть виноватой в браке с человеком, которого я не люблю, особенно с тем, кто настолько труслив, что заманил тебя в глухой переулок и напал на тебя с пятью своими людьми.
— Тебе не холодно? — Не в силах остановиться, она опустилась на колени рядом с ним. — Ты что-нибудь ел? Я не могу поверить, что ты мог сидеть здесь всю ночь. Ты, должно быть, устал. Заходи внутрь.
— Всё в порядке, Грейси. — Он убрал влажные завитки волос с её щеки. — Я в порядке. Я буду здесь, когда ты будешь готова идти.
Чёрт. Она не спала всю ночь, пытаясь примирить слова отца с тем, что подсказывало ей сердце: Рокко не причинит ей вреда, и он знал, что ничто не причинит ей большей боли, чем потеря единственной семьи, которая у неё осталась.
— Внутрь. — Она сжала его руку, потянув за собой, когда встала. — Сейчас. Ты можешь принять душ, пока я приготовлю тебе завтрак. Сегодня утром у меня концерт в студии, а потом я собираюсь встретиться с Оливией за ланчем и навестить детей в приюте, где я проходила стажировку. Если ты хочешь пойти со мной, таков план.
— Ты работаешь в приюте? — Он встал, всё ещё держа её за руку.
— Да. Я не чувствовала, что смогу помочь взрослым, если не смогу исцелить себя, но я могу помочь детям, многие из которых подвергались жестокому обращению дома до того, как они либо потеряли своих родителей, либо были взяты под опеку. Мне особенно понравилось, что я получила право голоса в процессе усыновления, так что я могла помочь убедиться, что дети попадут в хороший дом.
— Блядь. Грейс. — Рокко провёл рукой по лицу.
Она не была уверена, должно ли «Блядь. Грейс» быть комплиментом или оскорблением, или он выражал раздражение или удовольствие, но он выглядел измученным и голодным, и та её часть, которая просто не могла поверить, что он возьмёт контракт, чтобы убить её отца и брата, не могла оставить его сидеть здесь.
После завтрака он отвёз её в студию, а затем в Саннивейл, чтобы встретиться с Оливией за обедом. Мэтью был во дворе, бросал мяч, и она присоединилась к нему, пока Рокко парковал свой байк.
— Ты действительно неудачница, — сказал Мэтью после того, как она очередной раз промазала мимо корзины. Он бросился через двор, аккуратно перехватив мяч прежде, чем она смогла приблизиться к нему.
— Может быть, ты просто действительно хорош. У меня такое чувство, что ты тренируешься каждый день. — Грейс подбежала, чтобы преградить ему путь, но он был слишком быстр и проскользнул у неё под мышкой.