Рокко (ЛП)

Его девушка.
Верхом на его члене.
Желая всего грязного, что он мог дать.
Это было чертовски много. Он схватил её за бедра, дёрнулся и застонал, когда они соприкоснулись. Когда её щеки вспыхнули, а киска сжалась вокруг него, он скользнул большим пальцем по тугому узлу её клитора и сильно потёр его. Её низкий гортанный стон возбудил его, и они кончили вместе, её киска затрепетала вокруг его члена, когда он высвободился в порыве раскалённого добела тепла.
— Неплохо для старичка, — пробормотала она, падая на него сверху.
— Я ещё не закончил с тобой. — Совершенно измученный, он провёл рукой вверх и вниз по её спине и заставил себя быстро прийти в себя.
Долгое время никто из них не произносил ни слова. Наконец, он осторожно отодвинул её в сторону, чтобы избавиться от презерватива. Когда он вернулся, она надела его футболку и лежала на боку. Рокко забрался в постель рядом с ней и притянул её к себе на грудь. Ему нравился вес, тепло, мягкость её тела, прижатого к нему.
— Ты назвал меня своей девушкой, — сказала она.
Рокко с трудом сглотнул.
— Да, я это сделал.
— Мы никогда не говорили о… — Она скривила губы. — Я имею в виду … Я не знаю.
Он почувствовал её нерешительность, как удар ножа в живот.
— Я ни о чем тебя не прошу, Грейси. — Его голос надломился. — Но для меня… прямо здесь… — Он ударил себя кулаком в грудь. — Ты всегда была моей девушкой.
— И ты всегда был моим мужчиной.
— Твой мужчина хочет, чтобы ты была голой в постели. — Рокко удовлетворенно хмыкнул.
— Здесь немного холодно, — поддразнила она.
— Я согрею тебя. — Он положил её руку на свой член, уже наполовину твёрдый, и она рассмеялась.
— Я беру назад всё, что я сказала о твоём возрасте. Ты машина.
Он снова хотел её, но в то же время ему было достаточно просто обнимать её, поэтому он провёл рукой по её спине и прислушался к ровному биению её сердца.
— Твоё пение сегодня вечером было потрясающим, — сказал он. — Твой голос изменился. Он намного богаче, глубже, и ты удвоила свой диапазон.
— Я брала уроки вокала в помощь для записей на радио, когда переехала сюда. Я проделала кое-какую закулисную работу по записи. Это был способ продолжать петь, не находясь перед людьми.
Он нежно обхватил её подбородок и провёл большим пальцем по шраму. Он помнил каждую жестокую секунду, когда нож полоснул её по щеке, почувствовал жгучую боль, как будто это было сделано с ним.
— А теперь, cara mia (дорогая моя, итал., прим. перев.)? Ты будешь петь снова?
— Не знаю. Я могла бы выступать на местных концертах, если смогу носить маску. Итан пригрозил, что будет проигрывать запись своего пения двадцать четыре часа в сутки, если я не соглашусь.
— Ты можешь выступать на моей сцене в любое время. — Он поцеловал её в лоб. — Если это поможет тебе обрести уверенность, ты можешь петь там каждый вечер. Ты можешь осуществить свою мечту, Грейси. Я сделаю всё, чтобы это произошло.
— Я знаю, что быть силовиком никогда не было твоей мечтой. — Она приподнялась выше, открывая ему дразнящий вид на свою грудь. — А как насчёт владения джаз-клубом?
— Я должен тебе сказать. У меня был только один рабочий день. — Он слегка подвинул её, раздвинув ноги так, чтобы его член оказался на стыке её бёдер.
— Я полагаю, что у меня тоже был только один день на работе. — Она извивалась рядом с ним и насаживалась на него, пока он снова не стал полностью твёрдым. — Я никогда не думала, что смогу добиться успеха. В лучшем случае я думала, что буду петь по вечерам после того, как закончу свою дневную работу. Но после того, как я получила степень, обычной работы не было. Так что я думаю, что в глубине души я втайне мечтала о несбыточной мечте. Она промурлыкала несколько тактов «Impossible Dream» (Название песни переводится как несбыточная мечта, игра слов, автор проводит параллели между словами и музыкой, прим. перев.), и он почувствовал прилив удовольствия, подобного которому он никогда раньше не испытывал.
— Спой это для меня, dolcezza (*сладкая, итал., прим. перев.). Он приподнял её бедра и вошёл в её влажность. — Живи своей мечтой так, как я живу своей.
 
Он перевернул её, лизнул и пососал её соски, когда вышел и снова скользнул внутрь, снова и снова, пока её прекрасный голос наполнял комнату. Она добралась до части о недостижимой звезде, а затем он провёл большим пальцем по её клитору и отправил на край. И они вместе упали обратно на простыни.
Глава 14
— Я так рад, что тебе лучше. — Грейс сжала руку Мантини. Впервые после стрельбы её отец смог сесть и говорить связно. Она бросилась в больницу сразу, как только одна из медсестёр позвонила ей и сообщила, что ему перестали давать обезболивающие из-за которого он был в седативном состоянии, и перевели его из отделения интенсивной терапии в отдельную палату на послеоперационном этаже.
— Похоже, у меня много незаконченных дел, — сказал отец, озабоченно нахмурив лоб. — Я решил, что достаточно отдохнул. Сегодня утром я уже разговаривал по телефону со своими капо и с Пьеро Форзани, который всё ещё скорбит о смерти своего сына. Расскажи мне, что происходит.
— Том пропал после стрельбы.
— Тела нет? — побледнел Мантини.
— Нет, папа. Я пыталась найти его. — Грейс рассказала ему обо всём, что произошло, а также об информации, которую Рокко дал ей прошлой ночью, не упоминая его по имени. Про то, что Тони нанял албанцев для охоты на Тома, её подозрения, что Тони и его команда были ответственны за стрельбу в «Карвелло», и усилия Нико по обеспечению его безопасности.
— Я в долгу перед Нико, — сказал отец. — Я как раз собирался позвонить ему, когда ты приехала. Я всё утро пытаюсь дозвониться до дона Гамболи, чтобы обсудить этот вопрос, но он не отвечает.
— А как насчёт его консильери Луиджи Кавалло?
— Ничего. — Мантини покачал головой. — Я звонил телохранителю дона Гамболи, его жене и брату, но они тоже не ответили. Я послал нескольких своих капо в Нью-Йорк посмотреть, что они смогут найти.
— Рокко сказал, что Нико тоже пытался связаться с ними, но безуспешно.
— Рокко?
— Да, Рокко Де Лукки. — Грейс с трудом сглотнула. — Он был в «Карвелло». Один из стрелков крикнул что-то о том, чтобы взять меня живой, и Рокко защитил меня.
Папа так сильно сжал её руку, что она подумала, что он сломает кость.
— Почему он был там?
— Я… — Она втянула губы. — Он пришёл повидаться со мной. Мы были в…
— Ты пригласила его?
— Нет, папа, но мы…
— Ты сказала ему, с кем мы встречаемся и где?
— Нет. — Грейс сцепила руки на коленях.
— Так он просто появился? — Папа приподнялся на кровати. — Когда ты ужинала со своей семьёй и друзьями семьи? Как он нашёл тебя?
Желудок Грейс скрутило узлом.
— Я не знаю. Я думаю, он последовал за мной.
— Он последовал за тобой. — Голос папы поднялся до крика. — Господи Иисусе. Он Де Лукки. Если он был там, значит, был замешан. У него, вероятно, был контракт на Тома и меня, и он привёл этих людей, чтобы убедиться, что работа выполнена.
— Нет. — Она отдёрнула руку. — Он стрелял в них. Он защищал нас, защищал тебя и Тома. Он перевернул стол и выстрелил одному из парней в грудь. Потом он вытащил меня оттуда и отвёз в безопасное место.
— Он убил человека, в которого стрелял?
— Нет. — На её лбу выступили капельки пота. — Рокко сказал, что на нём был жилет.
— Был ли кто-нибудь мёртв, когда вы уходили? — Папа фыркнул от смеха.
— Нет. — У Грейс пересохло во рту.
— Тогда это были его люди. Ты когда-нибудь слышала, чтобы Де Лукки оставил кого-нибудь в живых?
Она отодвинула свой стул от края его кровати и встала.
— Он оставил тебя в живых. И Том. И я. Он спас меня. И он помогал мне искать Тома.
— Помогал тебе, чтобы ты привела его к Тому, и он мог бы убить его, не сомневаюсь.
— Нет. Всё было совсем не так. — Грейс обхватила себя холодными руками. — Жена Нико и жена его заместителя помогли мне отследить телефон Тома до стоянки трейлеров. Появился Рокко с несколькими своими людьми и вошёл в трейлер. Я услышала выстрелы, и он вышел весь в крови. Он сказал, что внутри было трое албанцев, и он мог бы разговорить одного из них. Он принёс мне телефон Тома.