Горячее сердце. Новая история Мериды

Но теперь боялась она. Боялась встречи с ним.
Стоило ей закрыть глаза, она снова и снова видела руки, тянущиеся к спасению, посреди бушующего пожара, и Ферадаха, который и пальцем не пошевелил, чтобы помочь. Доброта и человечность, которые, как ей казалось, она увидела в нём во время поездки в Китнил, были лишь притворством. Может, он нёс разрушение не по своей воле, но и жалости к своим жертвам не испытывал. Злобный бог казнил всех жителей Кинлохи и проследил, чтобы никто не смог выбраться оттуда живым.
«Я – природа», – эти слова всё звучали у Мериды в голове.
Нельзя забывать, что он поступит с Данброхом точно так же, если найдёт хоть малейшую причину. Не выживет никто.
– Смотри, Лиззи, там три камня, – сказала Элинор.
Лиззи сплела себе ожерелье из маргариток и теперь кружилась в нём, плавно качая руками над головой. Но услышав эти слова, остановилась и очень серьёзно ответила:
– Я больше не подмечаю знаки. Уж слишком это печально. И служительницы Богородицы это не приветствуют. Я и Мериде предлагала к ним присоединиться.
Элинор нахмурилась.
– Это те, что пекут пироги в деревне?
– Да, но не только. Иногда мы встречаемся возле колодца, чтобы вместе молиться, – сказала Лиззи.
– Я рада, что ты нашла новый интерес, – вздохнула Элинор. – Кстати, о них. Мерида, вы с отцом во время путешествия встретили арфиста?
– Почему ты так решила? – Вопрос прозвучал враждебно даже против воли Мериды.
– Хэмиш спросил меня, может ли он стать арфистом, когда вырастет. Я захотела узнать, как эта мысль пришла ему в голову, на что он ответил, что дело в вашей поездке, но так и не объяснил, что конкретно там произошло.
– Полагаю, ты считаешь, что ему нельзя играть на арфе? – всё так же сварливо спросила Мерида.
– Не самая подходящая профессия для принца, – не стала спорить Элинор.
– Но ведь он младший из тройняшек, не так ли, мэм? – вдруг вмешалась в разговор Айла.
– Это верно, – кивнула Элинор.
– А раз королём ему не быть, почему не позволить мальчику самому выбрать свой путь? – Она тут же испугалась возможной неуместности вопроса и вежливо добавила: – Мэм.
И снова Мерида заподозрила, что Айла на её стороне.
– Посмотрим, как всё сложится. Разумеется, Хьюберт и Харрис первые в очереди на трон, – сказала Элинор, – но обычно младшие братья становятся священнослужителями или учёными, а вот арфист... Думаю, тут Фергус стукнет кулаком по столу. К тому же обучать его некому. Раньше я бы предложила отправить его в Кинлохи, но, судя по всему, это теперь невозможно, верно?
Мерида не смогла заставить себя ответить. Может, ей всё-таки стоит сходить помолиться вместе со служительницами Богородицы, как предлагала Лиззи?
Заметив замешательство дочери, Элинор быстро сменила тему разговора:
– Только взгляните, как он прекрасен в солнечном свете!
Они добрались до полянки, поросшей мхом и крошечными белыми цветочками, на которой находился Чудотворный колодец. От сотен других он отличался только тем, что был окружён высоким каменным кольцом, которое воздвигли вокруг него давным-давно и украсили изображением лица, которое за долгие годы почти стёрлось. Если бы его не считали чем-то особенным, то это место давно бы забылось даже старцами.
Чуть поодаль, на этой же поляне, стоял большой валун, выщербленный временем. Камень вдвое выше Мериды был покрыт резным орнаментом в виде спиралей. В день весеннего солнцестояния первый луч солнца падал на его подножье, а потом плавно поднимался до самой вершины. Это было волшебное зрелище.
Мерида часто приезжала сюда, когда изучала окрестности Данброха. И далеко не сразу поняла, что тропинка к этой поляне всегда была вытоптана, потому что люди приходили к Чудотворному колодцу, а не к камню.
Лиззи достала ленточки, которые принесла с собой (куда же она без них) и закружилась, создавая в воздухе сложный узор. Было трудно сказать, это настоящий ритуал или она его просто придумала. Продолжая танец, Лиззи сказала:
– Служительницы Богородицы рассказывали мне о Чудотворном колодце.
 
– И что они сказали? – спросила Элинор, пряча улыбку.
– Это женский источник силы. Священный для всех, но в первую очередь для женщин. Он может помочь в трудной ситуации. Если есть заветное желание, нужно сделать подношение – бросить в колодец угощение, монету или лучший цветок из своего сада – помолиться Деве, которая обитает в нём, и она исполнит его.
Айла косо на неё посмотрела, а потом спросила:
– А что за Дева живёт в колодце, служительницы Богородицы вам рассказали, мэм?
– Бриджет, – пожала плечами Лиззи. – Наверное. Или Мэри.
– Хм, – протянула Элинор.
Айла повернулась на это «хм».
– А вы как думаете, мэм?
– Как-то мне сказали, что это колодец Кальях, – ответила Элинор.
Мерида в беседе не участвовала, погрузившись в свои мысли, но эти слова заставили её прислушаться. Кальях! Она и не знала, что колодец имеет к ней отношение, хотя в детстве перед сном часто слушала сказки об этой богине. За всю жизнь Мериде ни разу не приходило в голову спросить, как вообще этот колодец заслужил славу волшебного. Такими вещами обычно интересовалась Лиззи.
– Говорят, если отдать ей что-то ценное, взамен она исполнит желание. Вот почему люди вечно что-то кидают в колодец, – продолжала Элинор. Она выглядела немного смущённой. – Я однажды загадала здесь желание, и оно сбылось.
Лиззи была заинтригована.
– Какое же?
– О, нельзя произносить желание вслух, – ответила Элинор. – Не исполнится.
– Лиззи, а что насчёт этого камня? – вмешалась в разговор Мерида. – О нём служительницы Богородицы рассказывали?
– Просто булыжник, – безразлично ответила Лиззи. – Севернее Данброха есть кольцо, выложенное из таких камней, это намного интереснее. А ещё там растёт восковница, она отгоняет мошек.
– Камень Ферадаха, – вставила Айла, – так его называют.
Ладони Мериды тут же вспотели.
– Кто такой Ферадах? – спросила Лиззи.
– Может, ваш Дар подскажет, – хитро улыбнулась Айла.
– Боюсь, он тут ничем не поможет, – сказала Лиззи и пожала плечами, давая понять, что ей совершенно не интересно. – Всё равно какая-нибудь глупость.
– Может, он был воином? – предположила Элинор. – Чьим-то погибшим сыном, который прославился в бою?
Так и не найдя ответа, все склонились над колодцем, зачарованно глядя в его тёмные глубины. Мерида же подошла к камню, ей казалось, что она видит его новыми глазами. Как девушка и помнила, он был покрыт маленькими спиралями, которые соединялись в причудливый узор. Но подойдя почти вплотную, Мерида вдруг заметила нечто странное – в самом низу, почти на уровне с травой, был небольшой участок без резьбы с очень знакомыми очертаниями.
Это был почти стёртый с годами отпечаток ладони.
Ферадах.
Она задумалась: как давно он здесь и что за ужасная судьба постигла это место в прошлом?
И какая участь ждёт его в будущем, если Мерида не найдёт способа изменить Элинор, Харриса и Лиззи?
Она поднесла руку к отпечатку, вспомнив, как Ферадах показал ей прошлое Китнила. Но камень остался просто камнем, холодным и шершавым, ничего сверхъестественного на этот раз не произошло.
– Хочу влюбиться, – сказала Лиззи, усаживаясь на край колодца. – Ох, я сказала это вслух! Неужели придётся загадать другое желание?
– Вероятно, – вздохнула Элинор.
Лиззи послушно опустила в колодец ещё одно печенье и закрыла глаза. Её щёки слегка порозовели, что явно говорило о том, что новое желание не слишком отличается от старого.
– А как насчёт вас, Мерида? Загадаете желание? – спросила Айла.
Мерида подошла к колодцу. Ей очень хотелось попросить Кальях защитить её семью, но это было против правил их с Ферадахом договора. Божественная покровительница и без того сделала всё, что было в её силах. Теперь всё зависело только от Мериды. Глядя на воду, она снова представила себе руины Кинлохи и несчастных, которым не суждено было спастись. Только теперь перед её глазами полыхал Данброх, а несчастные стали её родными. Было невыносимо переживать это всё в одиночестве, быть единственным человеком, который знает о нависшей опасности.