Лето выбора (СИ)
Никон, хоть и был в бешенстве, ценного пленника лишаться не пожелал. И приказал вытащить, показать клистирной трубке, да и подлечить. Алексеева надо будет дотащить до Звенигорода и сдать Пламенному с рук на руки. Авось тот из него какую пользу выдавит.
А сам Никон...
Будь он более адекватным, он бы такое решение не принял. Но бешенство - плохой советчик.
Никон собрался выступать к армии жома Броневого. А по дороге пощипать отряды Валежного.
Вы хотите войны?
Вы получите войну!
***
Податаман Роман Паницкий мрачно надирался до положения риз.
Пить не хотелось.
Жить не хотелось.
После такого позора? Да хоть ты вешайся! Задница-то прошла, а вот репутация... репутацию ему эта стерва императорская погубила навечно. Землю пахать пойдешь - так и то лошадь со смеху подохнет!
А что делать?
Никон податамана, конечно, не выгнал, война идет. Но разжаловал в рядовые. Хуже того. Вместе со всеми его людьми отправил нужники чистить. Так что жизнь была - полное дерьмо. Отборное. И много...
Даже водка им смердела.
- Пьешь, атаман?
Рядом с Романом присел Федот, не спрашивая, плеснул и себе. В другое время получил бы он кувшином по голове, чтобы не наглел. А сейчас и драться не хотелось. И как-то...
Все ж Федот и старше, и мощнее, и сильнее. И лет ему около сорока, дураки до такого возраста не доживают. И чего-то он там говорит?
Роман прислушался.
- Ты подумай, атаман, ведь баба по-доброму поступила.
- Что!? - Роман аж воздухом подавился от удивления. - КАК!?
- А так. Мы к ней с письмецом ехали, считай, в блуде ее обвинили прилюдно, в грязи извалять пытались. А она - императрица, могла вообще за такое приказать головы снести. Как наш Счастливый гонцу от Валежного. Помнишь?
Роман помнил.
Еще и сам поучаствовал... ладно, рук не пачкал, но рядом с Никоном был. А если бы императрица вот их... вот так? Шею он начал растирать совершенно непроизвольно.
Страшновато было.
- Во-от. А она нас, считай, целыми и невредимыми отпустила.
- А...
Теперь рука непроизвольно дернулась к заду.
- Что она могла сделать, самое малое? За наглость? Никому ж даже кожу не просекли, считай, как детей отшлепали...
Федоту тоже было обидно. Но сорок лет - это тебе не двадцать пять, и повидать побольше успел, и передумать о многом... нет, императрица решительно могла их всех положить. Рядочком.
Или в тюрьму, или еще куда...
Могла.
Она ничего такого не сделала. Их отпустили, а позор... а что - позор? Грязь не сало, высохло и отстало. Надо только подходящий момент подобрать.
Опять же...
Федот здраво оценивал свои возможности. Один он уйдет в любую минуту. Но вот насчет своего кармана... да, будь ему двадцать пять, он бы и не задумался. А ему сорок. Надо уже гнездо вить, надо задумываться о будущем. Но какое тут будущее?
В Никоне Федот разочаровался. Эти его устремления, вроде Великого Хормеля, они, конечно, красивые. И народ на них хорошо идет. А в реальности - увы.
Сожрут.
Не задумавшись.
Не бывает гордых и свободных крыс. Нет, не бывает...
Так что с Хормелем Федот свое будущее связывать не собирался. Надо уходить. Вопрос - куда, когда и с чем. И это он в одиночку не решит. Ладно, куда, когда, но... нужно еще и что-то с собой прихватить. Много чего хорошего. Тогда уходить будет не обидно.
А с деньгами...
Да ты в любом городе устроишься, документы себе купишь и позабудь про любой позор. Кто там тебя узнает?
Никто и никогда...
Это Федот и постарался донести до Паницкого.
Роман слушал, потягивал водку уже небольшими глотками, и был, пожалуй что, согласен. Чего им-то свои жизни класть? Пусть Никон сам дохнет, коли хочет. А они с ребятами подождут своего момента, а потом потихоньку в сторону и отойдут. Надо только приглядывать, что с собой взять...
А то, что добро - оно одно и на всех не делится... эту мысль и Федот, и Роман дружно оставили при себе. Не сговариваясь. Чего собеседника-то смущать?
Правильно. Незачем.
Русина, Звенигород.
КТО СТАНЕТ СУПРУГОМ ИМПЕРАТРИЦЫ!?
Неизвестный на престоле!
Император в маске!
Газетчики изощрялись, кто во что горазд.
Известно стало и о самом заседании, и о подписанных Яной документах.
Более того, был еще один нюанс, о котором умолчал Валежный. Или не умолчал, просто считал, что Яна в курсе. А Яна-то и не думала...
Первый указ императора всегда становился законом.
Нерушимым и незыблемым. Что будет потом - вопрос, но первый указ оспорить было нельзя. Нигде и никогда.
Фактически, Яна сейчас назначила соправителя. И человек, чье имя окажется в документах, станет правителем Русины. Вполне легитимно.
Что бы с Яной ни случилось. Женщина об этом не знала, да и неинтересно ей было. А и узнала бы...
Что-то поменяется? Ни разу. Ее планы останутся неизменны. Хелла дама серьезная и своего мнения не меняет.
Жом Тигр об этом не знал, потому и пребывал в бешенстве.
Замужество?
УБЬЮ!!!
В таком состоянии он пребывал до визита Урагана, который хлопнул газетой по столу и поинтересовался.
- Видел?
- Читал.
- Что думаешь?
Тигр ответил простыми русинскими словами. Ураган качнул головой.
- Ты не рычи. Понятно, что она овдовеет до брака. С твоей помощью. Но если там - твое имя?
Это Тигру в голову не приходило.
- Рехнулся?
- Ты бы лучше о себе подумал. Я уже к тебе дополнительно охрану приставил.
- Зачем?
- Потому что ее величество сказала, что этот человек - освобожденец. Думаешь, у нее был большой выбор? Из тебя и тебя?
Тигр замолчал и задумался.
А ведь и правда.
Жом. Освобожденец. В Звенигороде.
- Думаешь, Пламенный два и два не сложит?
- Если умный...
- Считай, уже сложил. Твое величество?
Пламенный вошел в незапертую дверь кабинета и посмотрел на Тигра. Так... по-доброму. Как оголодавшая кобра.
Тигр, к его чести, кобры бояться не стал. Подумаешь... они тоже съедобные. И посмотрел на Пламенного столь же добрым взглядом.
- А поклон где?
Пламенный уселся на край стола.
- В ....
- Тогда и с титулом туда же. Я думал, ты умнее.
- Неужели?
Пламенный тоже с трудом себя сдерживал. Тигр развел руками.
- Ты сам-то газеты читал? Имени никто не видел, никто ничего не знает, но императрица сказала... якобы. Потому как газетчиков тоже не допустили.
Пламенный задумался.
- Ну...
- Цена этой писульке - грош. И газетенке тоже. А вот если нас захотят поссорить... если Яна - действительно та самая, она на это вполне способна. Ты вцепишься в меня, я в тебя, а Валежный нас возьмет голыми руками.
- Провокация? Возможно...
Пламенный серьезно задумался.
Тигр скривился.
- Знаешь, как-то это не забавно, когда без меня - меня женили.
- И ладно б на ком приличном, - согласился Ураган.
Пламенный сверкнул на Рыцаря глазами, но напугать Константина такой мелочью? Х-ха!
- Может, и подстава. Не спорю.
- А что ты предлагаешь? Учти, запереть себя я не дам.
Пламенный и не сомневался.
- Не запереть. Но людей я к тебе приставлю.
Тигр пожал плечами.
- Я бы на твоем месте набрал побольше. А то... попортятся.
Пламенный хмыкнул.
- Тигр, ты подумай сам. В такой ситуации...
- Вот именно, что в такой ситуации. Пламенный, мне твои убийцы за спиной не нужны.
Ураган вежливо кашлянул.
- Соратники, я вообще не понимаю, о чем мы говорим. Из-за какой-то статейки... на туалетной бумаге, мы готовы перегрызть друг другу глотки?
Ответом ему были насмешливые взгляды.
Из-за? Да они бы и без статейки...
Ураган хмыкнул.
- Я не говорю о доверии. Но скорее всего, это провокация.
- А если нет?
- Пламенный, ты меня будешь убеждать, что Кремль не нашпигован твоими шпионами? Я скоро под подушкой их находить буду, - огрызнулся Тигр. - Скорее уж императрица о тебе говорила. Ты с ней мог держать связь через Мишеля...