Лето выбора (СИ)

Тяжела и неказиста жизнь простого террориста?
А жизнь простого золотаря? Сами поворочайте вот ЭТО! Да лопатой! Да...
Когда появился тор Вэлрайо, Митя искренне за себя порадовался. Оправдался расчет! Дальше все было делом техники. Тор отправился в домик с окошком, там Митя с ним и пообщался. А потом - что?
Да ничего особенного.
Надо только вывезти тора... ну как вышло, так и вышло. Воняет, правда, сильно, но Митя отродясь о лионессцах плохо думал. Так что... подобное к подобному.
Сейчас тор был по-простому окачен из колодца (заодно в себя пришел), как следует увязан и заперт в сарае. Митя решил вывезти его из Звенигорода.
А что?
В хозяйстве пригодится, и вообще, пусть Валежный его допрашивает. Авось, чего полезного узнает. И императрица просила...
Ее величество Мите понравилась. Он ценил черный юмор.
Кстати, как бы лучше?
А лучше всего попросить помощи у жома Тигра. Он не откажет... наверное.
***
Тор Вэлрайо лежал связанный, и думал, что всему виной его любовь к чистоте.
Сам напросился.
Пахнет ему, то да се...
Вот видел бы у себя в покоях, с ночной вазой, и проблем бы не было. А он... доходился! Запах, казалось, под кожу въелся. И тошнило тора ужасно. Но... кляп. Если его сейчас вырвет, он просто задохнется. Не хотелось бы.
Интересно, зачем он этому негодяю? Хочет потребовать выкуп? Да, наверное...
Погоди ж ты! Выкуп тебе заплатят! А потом я заплачу за твою голову! Ты и в Ферейских горах не скроешься! Нигде и никогда!
Ярость захлестывала так, что казалось - он сейчас и веревки разорвет, как гнилые. Увы... Митя выбрал качественные и увязал тора, словно колбасу, и вдоль, и поперек. Вырваться не было ни малейшего шанса. Оставалось лежать и страдать.
И мечтать о мести.
Она будет жестока.
***
К жому Тигру Митя попал без проволочек.
- Добрый день, жом.
- И вам того же, - нелюбезно ответил Тигр. Пришли вести о победе Счастливого, и Тигр пребывал в отвратительном настроении. А чему тут радоваться?
Что еще и эту сволочь давить?
А давить придется... слишком независим, слишком умен, слишком... растопырился! Тесновато им будет в одной Русине!
- Жом Тигр, вы мне проездной билет не выпишете?
- Куда?
- Куда подальше, а там уж я и сам доберусь. На двоих человек, желательно.
Жом Тигр едва перо не уронил.
- Погоди-ка... лионессец - твоя работа?
Митя принял одновременно скромный и гордый вид.
- Я так не люблю хвастаться...
- Но как тебе это удалось?
- Золотарем переоделся, да и подстерег, - не потаил секретов профессии Митя. - Так и вывез, бочки-то не проверяют...
- Зачем тебе эта гадина понадобилась? - поинтересовался Тигр.
- Не мне. Торе Яне.
- Она просила?
- Убить. Но я решил, что это будет хорошим подарком... к примеру, совместным? Жом, вы ничего не дарили этой милой даме?
Жом Тигр покраснел.
Не дарил.
Да и дарить было нечего, они же только и успели в поезде прокатиться. Ладно... мечтал, было дело. И подарить, и снять подаренное... было. Вот ведь зараза! Чувствуешь себя прыщавым гимназистом... так бы и съездил по морде.
Митя пакостно улыбнулся.
Как раз он себя чувствовал в полной безопасности. А по морде - так у морды и хозяин есть, он и ответить может. У нас же равноправие? Вот и схлопочешь, и с левой, и с правой. Очень даже равноправно!
- Жом, подарите девушке лионессца? Неужели вам жалко?
- Один подарок на двоих? - пришел в себя жом Тигр.
- Зато какой! Упитанный, откормленный, на всех хватит! Хотите - верхнюю часть я подарю от вас, а нижнюю от себя?
Жом Тигр отогнал страшное зрелище, в котором Митя поджаривал тора Вэлрайо на большом вертеле, а потом предлагал Яне отведать. Привидится же... гадость!
- Выпишу я тебе пропуска и проездные листы. Только скажи, на какое имя.
Митя достал из кармана два паспорта и протянул Тигру.
- На эти. Мне хватит.
- А к торе как доберешься?
- Предоставьте это мне, жом. Я справлюсь. Вы ей больше ничего передать не хотите?
 
Жом Тигр подумал пару минут, да и махнул рукой.
- Передай, что я ее люблю.
Митя присвистнул.
- Так взаимно? А у торы это вышло эффектнее, я даже со стула упал.
- Пнуть? - мило предложил Тигр.
- Никакой в вас душевной тонкости, - вздохнул Митя. - Ладно. Цветочки я сам куплю по дороге. Куда ж это годится - признаваться девушке - и без цветов? Тем более такой девушке...
Жом Тигр скрипнул зубами.
Наглец!
Сволочь!
Но - полезная. Надо работать...
А повесить?
Нет, это уже расход ценного материала. Но когда все закончится, морду он ему обязательно набьет! Ради своего удовольствия. А пока...
- Подожди пять минут. Я ей еще письмо напишу. Передашь.
- Почтовый голубь любви к вашим услугам.
А может, все-таки пнуть?
- Кстати, а для чего жом Пламенный скупил всю взрывчатку в Звенигороде? Он вам не сообщал?
Куда и романтическое настроение делось. Жом Тигр подобрался.
- Рассказывай!
Попинать всегда успеем. Очень уж полезная сволочь.
***
Жом Тигр проводил Ромашкина, и отправился к Урагану.
Рыцарь Освобождения был занят. Он сидел за столом и писал письмо. и судя по идиотскому выражению на лице... интересно, сам Тигр выглядел так же?
Когда не знаешь, что написать, а слова еще, как на грех, кажутся совершенно бесцветными. Что такое - помню? Глупое слово.
Это не память, это ты рядом со мной, до смерти и за смертью, в каждой клеточке моего тела, выжженная, словно огнем.
- Добрый день, - сухо сказал жом Тигр.
- Надеюсь. Что ты хочешь мне сказать?
- Пламенный скупает взрывчатку.
Куда и романтическое настроение делось? Вот словно губкой провели по портрету, стирая романтика и возвращая прагматика. За одну секунду...
- Зачем?
- Я тоже хочу это знать. Может, решил взорвать колокольню?
- Я не в курсе.
- Есть вариант, что он минирует подходы к городу. Но это бред несусветный. Такое мимо нас не прошло бы, а мы ничего не знаем. Ни я, ни ты?
Ураган кивнул, подтверждая худшие предположения товарища.
- Согласен. Что может быть еще?
- Мне бы тоже хотелось это узнать.
Константин... нет, сейчас только Ураган, некогда о любви, да и нельзя расслабляться в гадюшнике, покусают, задумчиво постучал ногтями по столу.
- Я узнаю.
И мужчины заговорили о важных делах. О Калинине, о Мишеле, который так пока и сидел в подземелье дворца, о Счастливом, вилы ему пониже поясницы, о...
Какая уж тут любовь?
Выжить бы.
Ида, Свободные Герцогства.
- Это - мой дом!
Ида чувствовала себя совершенно свободно рядом с Гошкой и Топычем. Наверное, потому, что и они чувствовали себя спокойно рядом с ней.
Это - тетя Ида. Сестра мамы Яны.
Своя. Вот и весь разговор.
Ида тоже была счастлива рядом с мальчиками.
Жом Меншиков отпустил с ней ребят и обещал приехать в скором времени.
- А это что за чучело?
Гошка был безжалостно искренним, как бывают только дети. Ида застонала.
Тор Рессаль! Что ж тебя ни одна холера не берет?! Где справедливость?
- Тора Ида! Вы вернулись!
Ида заскрипела зубами. Мальчишки переглянулись.
- Кажись, он твоей тетке не по душе?
- Ага...
- Чего делать будем?
- Отваживать.
Это Потап не знал ламермурского. А вот Гошку учили с малолетства. И он вполне бегло разговаривал уже на трех языках. Анна настояла.
- А что это за юные торы с вами?
- Мои дети, - недолго думая, ответила Ида.
- Ваши дети? Тора, вы слишком молоды для столь взрослых детей, - не поверил Армандо. - К тому же, это явно крестьянское отродье, - его взгляд остановился на Потапе.
 
Что поделать. Осанку и мозоли на руках не спрячешь.