Семь "Я" Семеновых (СИ)

Мурашки помчались по коже ее ног и спины.
— Я готов. А ты? — спросил Сергей у самого ее уха, обдавая горячим дыханием нежную кожу.
— Умираю от любопытства, — как можно более весело сообщила Маша.
Скворцов пробежал пальцами по ее подбородку и скулам, нежно коснулся волос, вызывая вторую волну мурашек.
— Что ты делаешь? — насторожилась Семенова.
— Снимаю повязку, — сказал он, и тут же шарф соскользнул с ее лица.
Маша открыла глаза, недоуменно замерла, и даже перестала дышать.
Весь сад, в том числе и розовые кусты, был украшен свечами. Их было здесь более сотни, и все горели, создавая видимость огненного озерца, и освещая мягким, желтым светом всю прелесть летнего сада Ольги. Налитые дождевой водой бутоны, светились и переливались.
Маша, наконец, выдохнула.
— Тебе нравиться?
Девушка перевела на него удивленный взгляд.
— Как ты…
— Это просто свечи. А это, — он достал из-за спины огромный букет, — это просто розы.
Маша приняла сотню белоснежных роз, и вздохнула. Как это замечательно, когда за тобой ухаживают красиво.
«Эй, Семенова, — сказала она себе, — Ухаживают вовсе не за тобой! А за предложением Голицына! Холят его и лелеют! Дабы ты, влюбившись, прозевала! И этот нахальный Скворцов выпендрился перед своей «бывшей»!»
Маша прислушалась к разумным мыслям, и вернулась на землю обетованную. Он ведь не в серьез. Но… как красиво!
— Тебе нравиться? — вновь спросил он, заглядывая Маше в глаза.
— Это чудесно. Не знала, что ты романтик.
Сергей улыбнулся, и сел рядом на лавочку
— А, это все мелочи, — сказал он, закинув ногу на ногу, и закурив, — больше женщин влюбляются в меня после секса.
Маша кинула на Сергея неприязненный взгляд.
— Фу, Скворцов, спрячь этого Казанову — неудачника, и верни симпатягу, что подарил мне цветы.
Сергей усмехнулся, и закинул руку за спину Марии, на спинку скамьи.
— Полагаю, я заслужил награду? — томно спросил он.
— Зачем ты все портишь? Твое поведение не всегда уместно.
— Этим я и хорош, — усмехнулся он.
Маша не сдержалась, и улыбнулась в ответ.
— Ну что там, с наградой, то?
— Ты ведешь себя, как ребенок!
— Каждый рыцарь в праве получить поцелуй прекрасной дамы, за достойный поступок. Одним «чудесно» ты не отделаешься.
Маша повернулась к Сергею, и взглянула в его лицо. Скворцов понимал каждый ее жест с полувзгляда, видел все в ее глазах. Она делала вид, что собирается что-то сказать, а сама ждала, когда же он поцелует ее. Сергей не стал долго тянуть, и коснулся ее губ своими. Он овладевал ее губами медленно, но уверенно, как рыцарь во время войны, он твердо знал, к чему шел. Когда их губы разъединились, Сергей положил свою руку ей на плечо, едва касаясь пальцами волос.
— А ты, Семенова, не плохо целуешься.
— Спасибо, — улыбнулась она, по-прежнему вглядываясь в его лицо.
— Но я так и не получил своей награды как следует. Все удовольствия только тебе достались.
Маша засмеялась. Кто бы мог подумать, что она будет целовать со Скворцовым!
— Ты, Скворцов, понятия не имеешь, как надо целоваться.
— Не понял.
— Я целовалась всегда лучше всех моих сестер, подруг, и одноклассниц. В поцелуях мне нет равных.
— А как же стальная бизнес леди?
— Она ведь была не всегда, верно?
Скворцов улыбнулся, совсем по другому, и в какой-то момент Маше показалось, что она таки докопалась до настоящего Сергея Скворцова, оставив все го маски, как ненужную шелуху.
— Ну, так я получу королевский поцелуй? — тихо спросил он.
Маша засмеялась.
— Держись, Скворцов, — прошептала она, смеясь, — сейчас ты потеряешь чувство ориентации на местности, да всего остального…
И парочка снова принялась целоваться.
Сергей, правда, на секунду оставил все свои амбиции, отдаваясь только ощущениям.
Стоящий на веранде Андрей Лесной сделал пару живописных кадров, и поздравил себя. Живой будет материальчик, продаваемый. В его коллекции Рязанов с женой, и их любовники, старый банкир, флиртующий с младшей дочкой Семенова, сам Семенов, провожающий взглядом шикарную девицу в зеленом, спортсмен со своей бывшей невестой, и вот, враги в рекламе, любовники в жизни. Парадокс!
 
Андрей откинул бычок в урну, и вернулся в освещенный зал. И как раз вовремя.
«Молодожены» целовались, под веселые крики гостей.
Андрей быстро их сфотографировал, и поискал глазами Дашу. Она стояла у лестницы, грустная и одинокая, в бледно-желтом наряде, который ей почему-то не шел. Она казалась бледной, и не здоровой.
Лесной подошел к девушке.
— Тебе не хорошо?
— Здесь просто очень душно.
— Ты уверена?
Даша на глазах сжалась, и отвела глаза. Андрей оглянулся, желая принять явную угрозу, которой так испугалась девушка, на себя.
К ним шел Антон Титов, ее муж.
— Вот черт! — прошептала она, — Уведи меня, Бога ради!
Андрей взял Дашу за руку, и оба, двинулись было прочь, но Антон преградил им дорогу.
— Даша…
— Я не хочу с тобой разговаривать.
— Ты ужасно выглядишь. Тебе нездоровиться?
— Андрей, пойдем.
Антон схватил девушку за руку, Лесной вскинул на него уничтожающий взгляд.
— Не трогай ее.
Антон недоуменно уставился на журналиста, словно впервые его увидел.
— Я не понял, а ты кто такой?
Даша уловила этот угрожающий тон, и настороженно встала между мужчинами. Ей вовсе не хотелось, что бы журналист схлопотал еще один синяк по вине ее семейства.
— Это журналист, — сказала Даша, — но ты к нему не имеешь никакого отношения. Он собирает материал только о нашей семье. А ты ею не являешься, насколько я помню.
— Зато, он к тебе имеет отношение, я смотрю, — холодно хмыкнул Титов, — а он в курсе, что ты беременна?
— Я должен в испуге бежать? — спросил Андрей.
Мужчины зацепились взглядами.
— Единственный, кто должен был испугаться, это ты Антон. Ты никогда не увидишь своего сына. Это я тебе обещаю.
— Даша…
— Ты зря приехал. Ее любишь? Вот и езжай к ней.
— Даша…
— Я больше не хочу разговаривать с тобой, ты уж извини. Мне неприятно смотреть на тебя.
Титов молча оглядел бледную жену, потом более мрачно — журналиста, и отошел.
Даша заметила, что он уйти то, ушел, но контролирует ее исподтишка. И стоит Андрею отойти, он непременно подойдет.
Иван оглянулся, продолжая придерживать Ольгу, и снова встретился глазами со своим прошлым. С женщиной, которую, ему казалось, не суждено было больше встретить. Анжела, жгучая брюнетка из поезда, не сводила глаз с политика. Ее пронзительный и цепкий взгляд пугал Ивана. В поезде она такой не казалась.
Ольга увидела старого знакомого, и оставила мужа. Ваня тут же двинулся к Анжеле.
— Что ты делаешь тут?
Женщина мягко улыбнулась.
— Ты вскружил мне голову, тогда, в поезде. Я не смогла тебя забыть.
— И поэтому приехала на юбилей моей супружеской жизни?
— Но твоя жена ведь ничего не знает, верно?
Иван напрягся. Она произнесла последнюю фразу с таким самодовольным видом, что Семенов осознал, что шантажа ему не избежать.
— Что ты хочешь?
— Папа! Ты Макса не видел?! — сквозь шум вечеринки, спросила Ксюша.
Иван быстро скользнул глазами по толпе, и, заприметив голубой наряд модели, махнул рукой в ее сторону.
— Там посмотри, — отозвался он, и снова обратился к Анжеле, — ну так что?
Роднина снова улыбнулась своей заманчивой улыбкой.
— Неужели ты считаешь, что я приехала, чтобы шантажировать тебя?
— Давай пройдем в мой кабинет? Там нам будет удобнее разговаривать, без лишних ушей.
Анжела осмотрелась, и медленно кивнула. Иван нашел Ольгу.
— Оленька, я поднимусь с Анжелой в кабинет. Петька звонил, какие-то проблемы.
Женщина недоверчиво посмотрела на мужа.
— Куда он звонил, твой сотовый остался в нашей комнате.
— Он позвонил на ее телефон.
Ольга кинула осторожный взгляд на женщину, и снова посмотрела на мужа. Неужели он изменит ей на юбилее свадьбы?