Семь "Я" Семеновых (СИ)
— Редко, когда настоящий журналист скажет неправду. А уж фотография тем более не умеет врать, — заявила Вика, и пригубила шампанское.
Рязанов кинул на неё мутный взгляд, но отвечать не стал. Только Лена испепеляла Вику взглядом весь вечер.
— Это верно, — неожиданно поддержал ее Макс, — на фото видно все.
Лена оглянулась на брата, уловив его скрытый намек.
— Ксюша, расскажи-ка нам, — обратилась актриса к младшей сестре, — я слышала ты довольно талантливый художник. И твою работу отобрали на выставку Наумова.
— Наумова? — вскинула Сергей, наконец, оторвав взгляд от Виктории, — Этого самого крутого художника?
— Именно, — словно объясняя младенцу, кивнула Лена.
— Да, — начала Ксюша, — Мой «Морской бриз» выставлен в галерее Маргариты Петровой сегодня. Вместе с картинами Кирилла Семеновича. Возможно, его тоже купят.
— Поздравляю, дорогие родители, — добродушно сообщил Максим, — вы вырастили еще одного гения!
Все засмеялись. В этот момент в гостиной появилась безупречная Наталья в строгом костюме, не смотря на довольно расслабленную обстановку. После представлений и знакомств, на котором снова отличился Машин спутник, Скворцов, все снова расселись, добавив шампанского в бокалы.
— Наташа, а когда подъедет Кирилл? — спросила Ольга у старшей дочери.
— Обещал завтра к обеду. А там не знаю…
— Он невероятно талантливый художник, — задумчиво сказала Даша, — одна из его картин висит в нашей… — девушка осеклась, а затем, придя в себя, добавила, — в нашей с Антоном спальне.
— Да, он хорош, — выдохнула Маша, вспоминая небольшой натюрморт в своем кабинете.
— Но я влюблена в его коллекцию «Лесные феи», — сообщила Наташа.
— Надо же, какое интересное название, — расслабленно заметил режиссер, — и кто же на них изображен? Неужели феи?
Лена захихикала.
— Да, именно так, — спокойно сказала Наташа, — там изображены шесть очень красивых женщин, а седьмой наша Ксюха.
Все обратили свои взгляды на девушку.
— Это правда?
— Неужели?
— Трудно было?
— Странно, мало кто рисует портрет с натуры. Разве что по заказу.
Ксюша лишь пожала плечами.
— Кирилл Семенович мне предложил, я согласилась. Вот и все.
— Ой, знаете, это был такой занимательный процесс! — подхватила Вика, пользуясь всеобщим вниманием, — Ксюша позировала в такой белой тунике…
Медленно разговор перекочевал из искусства в кино, потом литературу и политику. Первой ушла спать Даша. Потом Маша и Ксюша с Викой. Ольга с мужем, извинились, и скрылись в своей спальне, о чем-то шушукаясь. Сергей вышел во двор, и сел в кресло на веранде. Там, покачиваясь, он курил, и смотрел в звездное небо.
В гостиной остались Лена, Григорий и Макс.
— У вас действительно большая семья, — выдохнул он, — я всегда мечтал о такой.
— Чтобы ее получить, — сказала Ленка, — достаточно жениться на мне, и поцеловала Рязанова в губы.
Макс, который стал свидетелем этой сцены, понял, что именно замужество станет следующим пунктом программы Елены, от плана которого Рязанов просто не сможет отступить.
— Вы слышали, как вела себя эта подружка Ксюхи? Сразу видно, затычка! Наверняка склепает статейку о нас с тобой!
Гриша молча поднялся с дивана, оставив Лену обиженно надув губки.
— Я пойду. Действительно устал, — сказал он.
— Ничего, если я останусь? — кинула она в след мужчине.
— Конечно, мы ведь на отдыхе, детка.
Когда шаги Рязанова стихли, Макс сел рядом с сестрой.
— Господи, Семенова, я не знал, что ты такая вероломная, — сказал он, — Он ведь совершенно не в себе!
— Он придет в себя. Со мной.
— Насколько я понял, та история с избиением журналиста, то был Рязанов?
Лена нехотя кивнула.
— Знаешь, скольким я дала по морде?
— Мне бы очень хотелось тоже, но это не выход…
— У тебя просто нет опыта. Вон, попрактикуйся на ярком представителе прессы, госпоже Виктории.
— Прекрати.
— Вспомни, как она измарала твое имя на пятнадцати листах своего очерка «О Спорт! Ты мертв!». Я его сохранила, специально для тебя.
— К чему эти жертвы? — усмехнулся Макс.
Лена поднялась и наполнила свой бокал, на этот раз мартини.
— К тому дорогой, что когда тебя бьют, надо давать сдачи.
— Я не могу дать сдачи женщине.
— Я фигурально. Женщине даже проще дать понять, что она ничтожество, чем мужчине.
— На что ты намекаешь?
— Господи, Максим, это ты должен меня учить всему! Ну, смотри, она сейчас такая независимая, гордая, самонадеянная. Ты у нас красавец мужчина. Покрути с ней роман. Пусть она в ножки тебе падает, при твоем появлении. Вот и победа.
Максим уставился на сестру и рассмеялся.
— Ты шутишь?
Лена устремила на Макса пронзительный взгляд.
— А надо? — она подсела к брату, и откусила кусок от оливки, что плавала в напитке, насаженной на палочке, — Подумай сам. Она нужный тебе человек. Лови момент. Другой такой удачи не будет.
— Неужели ты, правда, думаешь, что я способен на такое? Ты, наверное, сошла с ума.
У Елены появился тот пугающий, хищный взгляд.
— Ты взрослый мужчина. Почему ты должен уступать?
— С чего ты взяла, что я вообще имею с ней какие-то дела?
— Ну, я же видела, как ты смотрел на нее сегодня. Только никак не могла угадать, чем это вызвано. Чисто мужским интересом, или профессиональным?
Макс нахмурился. Вика действительно интересовала его, зачем скрывать? Но вот только в каком плане?
Максим молча смотрел на сестру, не желая участвовать в этом разговоре.
— Ну что ты молчишь? Не хочешь со мной говорить? Жаль. Я считала тебя своим другом.
— Я и есть твой друг, ты знаешь. Но не подельник, в твоих нечистоплотных интригах.
Лена взметнула обиженный взгляд на брата. Максим молча поднялся с дивана, отставив стакан, и двинулся к лестнице. Елена не сводила с него своих черных глаз. Семенов ощущал ее убийственный взгляд спиной.
— Спокойной ночи, сестренка, — сказал он, оглянувшись, и двинулся к своей старой комнате.
Когда Макс достиг лестничной площадки, и узкого коридорчика, вдоль которого располагались двери в комнаты сестер и их гостей, в дверях своей спальни появилась мама, в белом шелковом халатике.
— Макс?
— Да, мам.
— Идем со мной.
Ольга Петровна вывела сына на небольшой балкон в своем кабинете, и, вдохнув ночной воздух, обратила свой ясный взор на сына.
— Ты расскажешь мне, что у тебя случилось с Лианой Мартинез?
— Господи, мама. Сейчас не время…
— В последний раз, когда ты звонил, ты сказал, что собираешься сделать ей предложение, верно?
Максим тяжело вздохнул, осознав, что мама не оставит его, пока не вытянет всю информацию.
— Да, так и сесть.
— Ну и что случилось?
— Лиана не та женщина, которая мне нужна, только и всего.
— Незачем юлить, милый. Я ведь знаю, что это не так. Ты был от неё без ума. Она тоже казалась очень влюбленной. Вы ведь уже полтора года вместе…
— Мама, она модель. У нее контракт. Сегодня здесь, завтра Мадрид, послезавтра — Египет. У меня другие планы.
— Ты бросил ее, из-за того, что она не захотела бросать карьеру?!
— И поэтому тоже.
— Но, Макс! Это подло!
— Я знаю.
— «Я знаю»?! И ты так спокойно об этом говоришь, Макс…
— Мама…
Ольга смолкла, уловив в интонации сына предупреждение. Именно так говорил Иван в преддверии яростной вспышке.
— Не надо на меня давить, ладно?
Ольга смутилась. Она совсем позабыла, что ее сын не ребенок.
— Прости. Просто… я очень хочу внуков…
— Если ты их хочешь, — улыбнулся он, — ты их получишь, — и поцеловал маму в гладкий лоб.
Ольга засмеялась.
— Не надо понимать мои слова буквально, дорогой. Я хочу знать, что у вас все будет хорошо…
— Так оно и будет.
— Дай бог.
Максим обнял маму. Ей уже сорок восемь лет. А ему уже тридцать. Он хотел семью. Он мечтал о своей семье, он лелеял надежды о семье с Лианой. Но амбициозная модель не изъявила желания оставлять после себя потомство, хранить верность любимому, и переехать в Россию.